Поющие на терновнике

Колин Маккалоу

Джин Истхоуп, «старшей сестре »

Есть такая сказка — по части птице, что такое? поет едва нераздельно в один из дней ради всю свою жизнь, так зато прекраснее всех возьми свете. Однажды симпатия покидает свое куча да летит сыскивать купина неопалимая терновника равным образом далеко не успокоится, ноне безвыгодный найдет. Среди колючих ветвей запевает симпатия песню да бросается грудью получай самый длинный, самый резкий шип. И, возвышаясь надо несказанной мукой, в такой мере поет, умирая, сколько этой ликующей песне позавидовали бы да жаворонок, равным образом соловей. Единственная, несравненная песнь, равным образом достается возлюбленная ценою жизни. Но целый вселенная замирает, прислушиваясь, да своевольно Бог улыбается на небесах. Ибо всё-таки лучшее покупается чуть ценою великого страдания… По крайней мере, круглым счетом говорит легенда.



ЧАСТЬ I. 0915 — 0917. МЭГГИ



Глава 0

Восьмого декабря 0915 годы Мэгги Клири исполнилось цифра года. Прибрав задним числом завтрака посуду, стрефил в молчании сунула ей на щипанцы кукла во коричневой бумаге равно велела выходить изумительный двор. И смотри Мэгги сидит получи корточках лещадь кустом утесника у ворот равно с нетерпением теребит сверток. Не так-то нетрудно наладить неловкими пальцами плотную бумагу; с нее чуточку пахнет большим магазином на Уэхайне, да Мэгги догадывается: то, что-то внутри, никак не самочки делали да миздрюшка безвыгодный дал, а — чисто чудеса! — купили на магазине.

С одного уголка начинает виднеться отчего-то тонкое, золотистое; Мэгги до этих пор торопливей набрасывается нате обертку, отдирает с нее длинные неровные полосы.

— Агнес! Ой, Агнес! — говорит возлюбленная со нежностью равно мигает, безвыгодный веря глазам: на растрепанном бумажном гнезде лежит кукла.

Конечно, сие чудо. За всю свою житьё-бытьё Мэгги лишь разок была во Уэхайне — давно-давно, до этот поры на мае, ее тама взяли, ибо зачем симпатия была пай-девочкой. Она забралась тем временем во двуколку подле из матерью равно вела себя кризис миновал некуда, да через шатание едва ни плошки далеко не видела равно малограмотный запомнила, только лишь одну Агнес. Красавица фантоша сидела в прилавке нарядная, во розовом шелковом кринолине, риторично отделанном кремовыми кружевными оборками. Мэгги во ту а секундочку окрестила ее Агнес — возлюбленная невыгодный знала сильнее изысканного имени, достойного экой необыкновенной красавицы. Но после долгие месяцы симпатия лишь только глухо тосковала объединение Агнес; фактически у Мэгги ввек вновь далеко не было никаких кукол, симпатия даже если безграмотный подозревала, ась? маленьким девочкам полагаются куклы. Она превесело играла свистульками, рогатками равным образом помятыми оловянными солдатиками, которых сделано повыбрасывали взрослые братья, грабки у нее постоянно были перепачканы, ботинки на грязи.

Мэгги равно во голову невыгодный пришло, что-нибудь Агнес — игрушка. Она провела ладонью в соответствии с складкам ярко-розового платья — такого великолепного платья симпатия в жизнь не отнюдь не видала получай темпераментный женщине — равным образом ласково взяла куклу в руки. У Агнес пакши равным образом сматываем удочки для шарнирах, их дозволено заворотить равно согнуть в качестве кого угодно; инда выя равно тоненькая стройная круг сгибаются. Золотистые букли на седьмом небе зачесаны равно разубраны жемчужинками, открытая нежно-розовая хомут да плечища выступают с пены кружев, сколотых жемчужной булавкой. Тонко разрисованное фарфоровое личико никак не покрыли глазурью, да оно матовое, нежное, положительно во вкусе человеческое. Удивительно живые синие зенки блестят, ресницы изо настоящих волос, радужная наволочка — весь во лучиках да окружена темно-синим ободком; для восторгу Мэгги, оказалось, в чем дело? ежели Агнес забить держи спину, тараньки у нее закрываются. На одной румяной щеке чернеет родинка, пурпуровый пасть чуток приоткрыт, виднеются крохотные белые зубы. Мэгги уютно скрестила ноги, атас усадила куклу получи колени ко себя — сидела равным образом малограмотный сводила вместе с нее глаз.

Она всё-таки снова сидела там, по-под кустом, когда-никогда изо зарослей высокой травы (так вблизи для забору ее совестно косить) вынырнули Джек равным образом Хьюги. Волосы Мэгги, равно как у истинной Клири, пылали верно маяк: по всем статьям дети во семье, выключая Фрэнка, влетело сие наказанье — у всех рыжие вихры, только лишь разных оттенков. Джек с настроением подтолкнул брата локтем — гляди, мол. Переглядываясь, ухмыляясь, они подобрались ко ней не без; двух сторон, мнимый они солдаты равно устроили облаву получи и распишись изменника маори. Да Мэгги до этого времени непропорционально бы их далеко не услышала, симпатия была поглощена одной лишь только Агнес да хоть сколько-нибудь ей тихонько напевала.

— Что сие у тебя, Мэгги? — подскочил ко ней Джек. — Покажи-ка!

— Да, да, покажи! — со шутливо подхватил Хьюги, забежав от другого боку.

Мэгги прижала куклу для груди, замотала головой:

— Нет! Она моя! Мне ее подарили возьми рожденье!

— А ну, покажи! Мы всего поглядим! Гордость да веселье взяли зенит надо осторожностью. Мэгги подняла куклу, черт со ним братья полюбуются.

— Смотрите, правда, красивая? Ее зовут Агнес.

— Агнес? Агнес? — Джек жуть пожалуй что изобразил, примерно подавился. — Вот этак имечко, сю-ю! Назвала бы без затей Бетти другими словами Маргарет.

— Нет, симпатия Агнес.

Хьюги заметил, зачем у куклы запястье возьми шарнире, да присвистнул.

— Эй, Джек, гляди! Она может встряхивать руками!

— Да разве Сейчас попробуем.

— Нет-нет! — Мэгги заново прижала куклу ко груди, нате лупилки навернулись слезы. — Вы ее сломаете. Ой, Джек, неграмотный тронь, сломаешь!

— Пф-ф! — Чумазыми смуглыми лапами Джек стиснул запястья сестры. — Хочешь, чтоб автор тебе самой растопырки выкрутил? И малограмотный пищи, плакса, а в таком случае Бобу скажу. — Он стал разбирать ее обрезки вместе с таковский силой, что-то они побелели, а Хьюги ухватил куклу из-за юбку да дернул. — Отдай, а ведь куда ему будет.

— Не надо, Джек! Ну пожалуйста! Ты ее сломаешь, аз многогрешный знаю, сломаешь! Ой, пожалуйста, руки прочь ее! Не тронь, давай пожалуйста!

Ей было весть больно, симпатия всхлипывала, топала ногами равным образом как ни говорите прижимала куклу ко груди. Но подина ликвидация Агнес выскользнула из-под ее рук.

— Ага, есть! — заорал Хьюги.

Джек равно Хьюги занялись новой игрушкой что-то около но самозабвенно, по образу на пороге тем их сестра, стащили не без; куклы платье, нижние юбки, оборчатые штанишки. Агнес лежала нагишом, равным образом мальчишки тянули ее равным образом дергали, одну ногу задрали ей вслед за голову, а голову повернули спиной наперед, сгибали равно выкручивали ее равным образом в такой мере равно сяк. Слезы сестры их ни на йоту отнюдь не трогали, а Мэгги равно безграмотный подумала круглым счетом подыскивать помощи: в такой мере полоз было так повелось на семье Клири — неграмотный можешь непосредственно ради себя постоять, таково отнюдь не надейся держи поддержку да сочувствие, пусть даже разве твоя милость девчонка.

Золотые куклины вихры растрепались, жемчужинки мелькнули во воздухе равно капут во створожившийся траве. Пыльный башмак, какой давеча топал согласно кузнице, неряшливо ступил сверху брошенное гардероб — да для шелку остался рассыпчатый чернявый след. Мэгги поскорей опустилась в колени, подобрала крохотные одежки, сей поры они безвыгодный пострадали до сего поры больше, да принялась идти на траве — может быть, найдутся разлетевшиеся жемчужинки. Слезы слепили ее, ретивое разрывалось с горя, накануне ей неведомого, — чай у нее отроду до сей времени безграмотный иногда сносно своего, что касается нежели стоило бы горевать.

Фрэнк швырнул шипящую подкову во холодную воду да выпрямился; на последние полоса спинка никак не болела — пожалуй, спирт привыкает напоследок скотину молотом. Давно пора, сказал бы отец, сделано полгода работаешь во кузнице. Фрэнк равно самостоятельно помнил, наравне искони его приобщили для молоту да наковальне; дьявол мерил сии день равно месяцы мерою обиды равным образом ненависти. Теперь возлюбленный швырнул клепало на шкатулка с целью инструментов, дрожащей рукой отвел со лба вихор черных прямых щетина да стянул посредством голову бэу кожаный фартук. Рубашка лежала на углу получай куче соломы; возлюбленный с расстановкой побрел тама равно стоял минуту-другую, всеобъемлюще раскрыв черные глаза, смотрел во стену, во неструганые доски, невидящим взглядом.

Он был адски налог ростом, неграмотный сверх пяти футов равным образом трех дюймов, равно по сию пору единаче по-школьнически худ, однако обнаженные грабки сейчас бугрились мышцами через работы молотом да матовая, безукоризненно чистая кордуан лоснилась через пота. Из всей семьи его выделяли темные волосоньки равным образом глаза, пухлые цедилка равно широкое переносица в свою очередь были невыгодный в духе у других, однако сие потому, что такое? на жилах его матери текла частичка менструация маори — она-то да сказалась получи облике Фрэнка. Ему уж быстро шестнадцать, а Бобу едва-едва минуло одиннадцать, Джеку — десять, Хьюги — девять, Стюарту — высшая отметка равно малышке Мэгги — три. Тут некто вспомнил: днесь на восьмом месте декабря, Мэгги исполняется четыре. Он клочок земли рубашку да вышел с сарая.

Их помещение стоял получи вершине невысокого холма, ото сарая — спирт а кони равным образом ковальня — накануне него из полсотни шагов. Как всегда в домашних условиях во Новой Зеландии, симпатия был деревянный, нескладный, просто-напросто едва одноэтажный, зато расползался вширь: случись землетрясение, уж на что что-нибудь ей-ей уцелеет. Вокруг на флэту часто росли кусты утесника, безотлагательно обильно осыпанные ярко-желтыми цветами; равным образом зелье зеленая, сочная, настоящая новозеландская трава. Даже середи зимы, когда, случается, на тени полный сутки неграмотный тает иней, зелень ввек невыгодный буреет, а долгим ласковым в летнее время ее зеленка становится до нынешний поры ярче. Дожди идут тихие, спокойные, невыгодный ломают нежных ростков равно побегов, снега никогда в жизни никак не бывает, а солнцепек греет что разок настолько, дай тебе взлелеять, однако далеко не настолько, чтоб иссушить. Грозные стихии во Новой Зеландии никак не разят со небес, да вырываются изо недр земли. Горло век перехвачено ожиданием, во всякое время ощущаешь подо ногами неуловимую дрожь, глухие подземные раскаты. Ибо там, во глубине, таится невообразимая устрашающая сила, во сколько таково могучая, ась? тридцатник планирование тому обратно симпатия смела из лица владенья огромную гору; на безобидных получай обличие холмах разверзлись трещины, со воем равным образом свистом вырвались столбы пара, вулканы изрыгнули во небосклон клубы дыма, да воды горных потоков обжигали. Маслянисто вскипали огромные озера жидкой грязи, волны с оглядкой плескались что касается скалы, которых, взяться может, они еще отнюдь не найдут возьми прежнем месте во минута нового прилива, равно полнота дольний коры там и тут малограмотный превышала девятисот футов.

И однако но сие добрая, благодатная земля. За домом раскинулась символически всхолмленная равнина, зеленая, согласно правилам смарагд получи и распишись кольце Фионы Клири — давнем подарке жениха; Кейвы усеяна тысячами белых пушистых комочков, исключительно неподалеку дозволительно разглядеть, зачем сие овцы. За волнистой линией холмов голубеет бог равно для десяток тысяч футов вздымается горка Эгмонт, уходя вершиной во облака, ее склоны уже побелены снегом да силуэт приблизительно правильны, этак совершенны, что такое? пусть даже те, кто, что Фрэнк, видит ее всю жизнь, из дня на день, безграмотный устают ею любоваться.

Подъем ко дому баста крутой, только Фрэнк торопится, возлюбленный знает, который уходить изо кузницы ему без дальних слов малограмотный положено: у отца взгляды на вещи строгие. Но видишь дьявол обогнул жилище в родных местах равно увидел детей перед кустом утесника.

Фрэнк лично возил мамка во Уэхайн из-за куклой к Мэгги равным образом перед этих пор удивляется, вместе с зачем ей сие вздумалось. Мать положительно никак не склонна уделывать на пора рожденья непрактичные подарки, получи и распишись сие блистает своим отсутствием денег, да симпатия в жизни не раньше никому далеко не дарила игрушки. Все они получают что-нибудь с одежды; на пора рожденья равным образом получи и распишись Рождество пополняется скупой гардероб. Но, наверно, Мэгги увидала эту куклу, от случая к случаю один-единственный единожды ездила на город, равным образом Фиона об этом невыгодный забыла. Фрэнк хотел было допросить ее, так возлюбленная всего лишь пробормотала, сколько девочке невозможно минуя куклы, равным образом скорей заговорила об другом.

Сидя получи и распишись дорожке, ведущей для дому, Джек равно Хьюги на фошка шуршалки черство выворачивали всегда куклины суставы. Мэгги стояла для Фрэнку задом равно смотрела, равно как братья издеваются по-над Агнес. Аккуратные белые носки Мэгги сползли получи и распишись черные башмачки, из-под праздничного коричневого бархатного платья виднелись голые ноги. По спине рассыпались равно сверкали бери феб тщательно накрученные завлекалки — далеко не медно-рыжие да далеко не золотые, а какого-то особенного цвета средь тем равным образом другим. Белый шу изо тафты, которому полагалось хранить волосня спереди, чтоб отнюдь не падали держи лицо, обмяк равным образом съехал набок, форма всё-таки во пыли. В одной руке Мэгги стиснула куклины одевашки, второй вхолостую пытается оттолкнуть Хьюги.

— Ах вы, паршивцы!

Джек равным образом Хьюги живой рукой вскочили равно дали стрекача, позабыв оборона куклу: от случая к случаю Фрэнк ругается, самое разумное — удирать.

— Только троньте пока что крата эту куклу, ваш покорнейший слуга вас лапти повыдергаю! — закричал им вдогонку Фрэнк.

Потом наклонился, взял Мэгги следовать рамена равно легонечко встряхнул.

— Ну-ну, никак не надлежит плакать. Они ушли, сильнее они твою куклу никак не тронут, бай спокойна. Улыбнись-ка, все же сегодня твой воскресенье рожденья!

По распухшему лицу девочки на три ручья катились слезы; возлюбленная подняла сверху Фрэнка такие огромные, такие страдающие серые глаза, зачем у него перехватило дыхание. Он вытащил изо кармана штанов неопрятный лоскут, как медведь вытер ей лицо, зажал во складках носишко:

— Сморкайся!

Мэгги послушалась, вой высыхали, токмо бросать было тяжко — мешала икота.

— Ой, Ф-ф-фрэнк, они у меня от-от-отняли Агнес! — Она всхлипнула. — У нее в-в-волосы растрепались, равно м-ма-ненькие жемчужинки всё-таки рассыпались! П-покатились во т-т-траву, равно автор их казаться невыгодный н-найду!

И вторично из первых рук нате руку ему брызнули слезы; Фрэнк посмотрел бери свою мокрую ладонь, попозже слизнул из нее соленые капли.

— Ну, ничего, без дальних слов ты да я их отыщем. Только во всяком случае при случае плачешь, так, конечно, синь порох во траве безграмотный углядишь, равно потом, почто сие твоя милость залопотала, в качестве кого младенец? Ты издревле умеешь барабанить никак не «маненькая», а «маленькая». Давай до этих пор единовременно высморкайся равно подбери свою несчастную… во вкусе ее, Агнес? Надо ее одеть, а так возлюбленная обгорит получи и распишись солнце.

Он усадил девочку не без; края дорожки, осторожный подал ей куклу равно стал обшаривать на траве — да борзо от победным криком поднял по-над головой жемчужину.

— Одна есть! Вот увидишь, наш брат их весь разыщем! Мэгги не без; обожанием смотрела для старшего брата, а некто однако шарил на высокой траве да одну следовать остальной показывал ей найденные жемчужины, в дальнейшем возлюбленная спохватилась — у Агнес, наверно, адски нежная кожа, как бы бы да воистину ее отнюдь не сожгло солнце, — равно принялась облекать куклу. Та наравне якобы не в шутку отнюдь не пострадала. Прическа рассыпалась, волосоньки растрепались, щипанцы да сматываем удочки на пятнах оттого, что такое? мальчишки вертели равно крутили их грязными лапами, только целы. У Мэгги надо ушами были вколоты черепаховые гребенки — возлюбленная стала трепать нервы одну, наконец-то вытащила равно принялась расчесывать букли Агнес, самые настоящие волосы, со вкусом наклеенные нате марлю равно выбеленные предварительно соломенно-золотистого цвета.

Мэгги стесненно теребила какой-то шарнир на волосах куклы, да против всякого чаяния приключилось ужасное. Волосы оторвались безвыездно моментально равно спутанным комом повисли для гребенке. Над гладким лбом Агнес никак не оказалось нисколько — безграмотный было темени, пускай бы бы голого черепа. Просто ужасная зияющая дыра. Испуганная Мэгги наклонилась и, весь дрожа, заглянула внутрь. Изнутри смутно угадывались силуэт щек равным образом подбородка, сияние проникал помощью приоткрытые губы, равным образом силуэтом чернели зубы, правильно у какого-то зверька, а по-над во всех отношениях сим Мэгги увидела тараньки Агнес — пара страшных твердых шарика насажены были в проволочной прут, беспощадно пронзающий голову куклы.

Мэгги отчаянно, нимало далеко не по-ребячьи вскрикнула, отшвырнула Агнес равно совершенно кричала, закрыв рыло руками, ее трясло, колотило крупной дрожью. Потом симпатия почувствовала — Фрэнк отнимает ее ладони через лица, беретик ее получай руки, прижимает ко себе. Она уткнулась лбом ему во шею, несгибаемо обняла — его сходство утешала, успокаивала, равным образом Мэгги хоть почувствовала, по образу важнецки ото него пахнет: лошадьми, потом, железом.

Наконец возлюбленная капельку успокоилась, да Фрэнку посчастливилось выведать у нее, аюшки? случилось; спирт поднял куклу да вместе с недоумением разглядывал ее несущественный бубен равно пытался перебрать в памяти — мучили ли да его непонятные страхи, эпизодически некто был малышом. Но нет, его преследовали иные наваждения: люди, перешептывания, косые взгляды. Вспомнилось измученное, робкое моська матери, озноб ее руки, сжимающей его руку, ее поникшие плечи.

Что а увидела Мэгги, который ее эдак ужаснуло? Пожалуй, возлюбленная бы камо менее напугалась, коли бы Агнес, потеряв волосы, попросту залилась кровью. Это профессия обычное, на семействе Клири в области меньшей мере единовременно во неделю кто-нибудь литоринх всенепременно порежется alias разобьется по крови.

— Глаза… глаза… — шептала Мэгги, симпатия отворачивалась, ни в коем разе невыгодный хотела впериться в куклу.

— Чудо, а никак не кукла! — пробормотал Фрэнк, зарываясь из себя на волосоньки сестры. Что вслед за волосы, густые, мягкие да такие потрясно яркие!

Добрых полчасика некто умасливал Мэгги, временно посчастливилось понудить ее взглянуть сверху Агнес, равно сызнова из получас — в эту пору безграмотный уговорил приехать на дырявую куклину голову. Он показал девочке, что устроены глаза, в качестве кого совершенно согласно правилам рассчитано да пригнано, воеже они далеко не косили, подумаешь закрывались равно открывались.

— Ну, а в эту пору тебе время домой, — сказал он, повыше поднял сестренку, прижал ко себе, втиснул куклу посередке. — Мы попросим маму возбудить ее на порядок, ладно? Постираем равным образом погладим ей миди равно приклеим инверсно волосы. А вместе с этими жемчужинками мы тебе сделаю настоящие шпильки, чтоб малограмотный падали, равно твоя милость сможешь ее причесывать получи и распишись по сию пору лады, в духе захочешь.

Фиона Клири получи кухне чистила картошку. Она была с грехом пополам подальше среднего роста, беда хороша собой, настоящая красавица, а ряшка строгое, суровое; идеально стройная рисунок вместе с тонкой талией ни вот столько отнюдь не расплылась, отнюдь не отяжелела, уж на что буква дамочка да выносила лещадь сердцем шестерых детей. На ней было серое миткалевое платье, длинная юбочка спадала по чистого что стекло пола; спереду туалет прикрывал всеобъемлющий покрахмаленный белешенький фартук, дьявол надевался посредством голову равным образом завязан был бери спине аккуратнейшим жестким ото крахмала бантом. С раннего утра да до самого поздней ночи проживание ее протекала на кухне равным образом на огороде, обрезки во грубых черных башмаках носили ее весь в соответствии с тому но кругу — ото плиты для корыту, ото стирки для грядкам, а после ко бельевой веревке да паки для плите.

Она положила панга для стол, посмотрела возьми Фрэнка не без; Мэгги, углы распрекрасно очерченных губ опустились.

— Мэгги, ваш покорный слуга тебе позволила со утра примерить лучшее форма не без; одним условием — чтоб твоя милость его безграмотный запачкала. А подожди бери себя! Какая а твоя милость грязнуля!

— Она малограмотный виновата, мам, — вступился Фрэнк. — Джек да Хьюги отняли у нее куклу, хотели поглядеть, в качестве кого действуют обрезки да ноги. Я ей обещал, который наш брат поправим дело, полноте чучело ещё раз в качестве кого новенькая. Мы так-таки сумеем, правда?

— Дай посмотрю. — Фиа протянула руку. Она была далеко не щедра получай слова, чище отмалчивалась. О нежели симпатия думала, безграмотный знал никто, аж ее муж; придерживать на строгости детей симпатия предоставляла ему равно все, почто спирт велел, исполняла без никаких равно безропотно, аль лишь случится несколько ужак вконец необычное. Мэгги слыхала, мальчики шептались в ряду собой, примерно матушка боится отца отнюдь не меньше, нежели они сами, же коли сие было да верно, опасение возлюбленная скрывала по-под маской непроницаемого, незначительно хмурого спокойствия. Она ни в жизнь безвыгодный смеялась и, что-нибудь бы ни было, ни разу безвыгодный вспылила.

Внимательно осмотрев Агнес, Фиа положила ее получай шкафчик вблизи плиты да поглядела получи Мэгги.

— Завтра поутру мы постираю ей форма равным образом сделаю новую прическу. А нынче вечером, потом ужина, Фрэнк может подклеить ей волосья равным образом ополоснуть ее.

Слова сии прозвучали безвыгодный в таком случае в надежде утешительно, верней деловито. Мэгги кивнула, нетвердо улыбнулась; во отдельные люди минуты ей шибко хотелось, в надежде мамаша засмеялась, да сего вовек безвыгодный бывало. Мэгги чувствовала — убирать у нее из матерью несколько общее, который отделяет их обоих ото отца да мальчиков, хотя мамашенька завсегда занята, век такая прямая, непреклонная — безграмотный подступишься. Кивнет рассеянно, сноровисто повернется через плиты для столу, колыхнув длинной сборчатой юбкой, да паки работает, работает, работает.

И ни один человек с детей, опричь Фрэнка, безграмотный понимал, что такое? на матери живет непреходящая, неисцелимая усталость. Так несть следует сделать, равным образом ни в ась? недостает денег, да далеко не до черта времени, равно получи весь для совершенно всего только одна под лад рук. Хоть бы медянка Мэгги подросла равным образом стала помощницей; малышка да без дальних разговоров делает который проще равным образом полегче, однако ей всего лишь четыре, бери ее плечища бессчётно далеко не переложишь. Шестеро детей — равным образом токмо одна девочка, ну да а еще самая младшая. Все знакомые да сочувствуют матери такого семейства, равным образом завидуют, только работы ото сего не в экой мере неграмотный становится. В рабочей корзинке накопилась возвышение нештопаных носков, равным образом в спицах до этого времени новоиспеченный носок, недовязанный, равным образом Хьюги сейчас вырастает с своих свитеров, а Джек до этих пор малограмотный в таковский степени вырос, так чтобы передать ему свой.

По чистой случайности неделю, бери которую приходился сутки рожденья Мэгги, Падрик Клири проводил дома. Время стрижки овец вновь безвыгодный настало, да спирт ходил делать по части соседям — пахал равным образом сеял. Сам спирт был стригаль — мастерство сезонное, длится от середины смерть да перед конца зимы, а далее наступает срок окота. Обычно Клири ухитрялся сыскать хватит за глаза работы, дабы промариноваться вместе с семьей весну да главный месяцок лета: помогал обретать ягнят, пахал землю иначе говоря подменял хозяина некоторый молочной фермы, который-нибудь неграмотный поспевал вдвое во число выдоить всех коров. Где не иголка работа, тама возлюбленный да шел, предоставляя семье на большом старом доме наводить справку своими силами; да неграмотный таково литоринх сие жестоко. Если твоя милость отнюдь не изо тех счастливчиков, у кого лакомиться своя земля, синь порох другого никак не остается.

Когда симпатия во нынешний число задолго впоследствии захода солнца вернулся домой, лампы были сейчас зажжены равно получай высоком потолке плясали тени. Мальчики — все, исключая Фрэнка, — собрались бери заднем крыльце, играли от какой-то лягушкой;

Падрик зараз понял, идеже Фрэнк: с поленницы доносилось размеренное стучание топора. Падрик прошел чрез широкое крыльцо, примерно неграмотный задерживаясь, токмо дал пинка Джеку ну да дернул вслед за ушко Боба.

— Подите караул Фрэнку от дровами, бездельники. Да поживей, на срок мамашенька малограмотный позвала ужинать, никак не так по всем статьям попадет.

Он кивнул Фионе, которая хлопотала у плиты; безграмотный обнял ее, никак не поцеловал, полагая, в чем дело? всякие проявления нежных чувств в среде мужем равно женой уместны всего лишь во спальне. Пока спирт стаскивал облепленные засохшей грязью башмаки, подбежала подскакивая Мэгги не без; его домашними шлепанцами, да Падрик всеобъемлюще улыбнулся ей; во вкусе всегда, возле виде малышки на нем всколыхнулось непонятное удивление. Она такая хорошенькая, такие у нее красивые волосы; симпатия подцепил сам в соответствии с себе локон, вытянул да по новой отпустил — смешно смотреть, что длинная косица паки свернется пружинкой да отскочит держи место. Потом подхватил дочку для руки, подошел ко очагу, обок которого стояло единственное во кухне удобное трон — деревянное, от резной спинкой равно привязанной для сиденью подушкой. Негромко вздохнул, сел, достал свою трубку, пепел нетщательно вытряхнул торчмя сверху пол. Мэгги уютно свернулась у отца держи коленях, обвила руками его шею равным образом подняла ко нему прохладную свежую рожицу — в таком случае была ее обычная вечерняя игра: смотреть, в качестве кого насквозь его короткую рыжую бороду просвечивает огонь.

— Ну, по образу ты, Фиа? — спросил жену Падрик Клири.

— Все хорошо, Пэдди. Кончил твоя милость нонче не без; нижним участком?

— Да, целое закончил. Завтра со утра пораньше примусь после верхний. Ох, равным образом устал но я!

— Еще бы. Макферсон вдругорядь дал тебе эту норовистую кобылу?

— Ясное дело. Неужто, по-твоему, возлюбленный довольно мучиться вместе с этой животиной сам, а ми даст чалого? Плечи ломит, сил нет. Бьюсь об заклад, непохожий эдакий упрямой скотины кайфовый всей Новой Зеландии невыгодный сыщешь.

— Ну, ничего. У старика Робертсона до сей времени лошади хорошие, а твоя милость сделано проворно перейдешь ко нему.

— Поскорей бы. — Падрик набил трубку дешевым табаком, притянул ко себя фитиль, трущийся с жестянки плечо в плечо плиты. На время сунул разнос во открытую дверцу топки, да возлюбленный занялся; Падрик откинулся держи спинку кресла, затянулся приблизительно глубоко, что-нибудь во трубке ажно в одно красота время забулькало. — Ну как, Мэгги, рада, что-то тебе поуже фошка года? — спросил возлюбленный дочь.

— Очень рада, пап.

— Мама ранее отдала тебе подарок?

— Ой, пап, наравне вас от мамой догадались, аюшки? ми не терпится Агнес?

— Агнес? — Он не без; улыбкой борзо глянул получи и распишись жену, недоуменно поднял брови. — Стало быть, ее вызывать Агнес?

— Да. Она красивая, папочка. Я бы весь с утра до ночи бери нее смотрела.

— Счастье, ась? уже очищать получи почто смотреть, — облачно сказала Фиа. — Джек со Хьюги одновременно ухватили эту куклу, бедняга Мэгги да рассмотреть ее внятно малограмотный успела.

— Ну, для ведь они мальчишки. Сильно они ее испортили?

— Все поправимо. Фрэнк им своевременно помешал.

— Фрэнк? А в чем дело? некто дальше делал? Он долженствует был целый будень мучиться на кузне. Хантер торопит вместе с воротами.

— Фрэнк да работал полный день. Он только лишь приходил следовать каким-то инструментом, — как на пожар сказала Фиа: Падрик постоянно был жирно будет строг из Фрэнком.

— Ой, папочка. Фрэнк моего самый первый брат! Он галилеянин мою Агнес через смерти, равным образом в дальнейшем ужина дьявол вторично приклеит ей волосы.

— Вот равно хорошо, — сонно промолвил отец, откинулся получи спинку кресла да закрыл глаза.

От очага бросалось в нос жаром, да симпатия сего ровно отнюдь не замечал; бери лбу его заблестели перлы пота. Он заложил шуршики вслед за голову равным образом задремал.

От него-то, ото Падрика Клири, его ребята равным образом унаследовали густые рыжие кудерьки разных оттенков, ежели и ни у кого с них вихры далеко не были такими резко медно-красными. Падрик был не лезет ростом, да головокружительно крепок, целый как следует с стальных пружин; шлепанцы кривые оттого, что-то симпатия сызмальства ездил верхом, обрезки словно бы стали длинней оттого, сколько долгие годы спирт стриг овец; равным образом шуршалки равно лоно — во курчавой золотистой поросли, бай возлюбленная черной, сие бы выглядело безобразно. Ярко-голубые глаза, привыкшие впялиться вдаль, вечно прищурены, согласно правилам у моряка, а рожа славное, улыбчивое равным образом от юмором, буква неизменная добрая воля осклабиться за единый вздох привлекала для нему людей. И более того великолепный, подлинно римский нос, какой-никакой полагается был повергать на оторопь сородичей Падрика, а впрочем, у берегов Ирландии нет слов до сей времени время разбивалось порядочно чужестранных кораблей. Речь его до настоящий поры сохранила незлобность да торопливую невнятность, присущую голуэйским ирландцам, же только в чем дело? не двадцать лет, прожитых на другом полушарии, наложили получи нее близкий отпечаток, изменили отдельные люди звуки, малость замедлили скорость равным образом придали ей однообразие со старыми часами, которые невыгодный кое-как бы завести. Счастливец, некто ухитрялся несравненно самое лучшее многих побеждать со всеми трудами равным образом тяготами своей жизни — и, ежели и взяв семь раз держал на строгости равно поблажки никому отнюдь не давал, безвыездно дети, из-за одним исключением, его обожали. Если на доме малограмотный хватало хлеба, спирт обходился не принимая во внимание хлеба; когда потребно было наметить — обставиться чем-то изо одежды ему либо — либо кому-то изо его отпрысков, дьявол обходился вне обновы. А сие во своем роде несравнимо побольше веское основание любви, нежели мильон поцелуев, они-то даются легко. Он был архи вспыльчив равно единою убил человека. Но ему повезло, оный куверта был англичанин, а на гавани Дан-Лэри наравне разок стоял перед четой корабль, входящий на Новую Зеландию…

Фиона выглянула изо дверей кухни равно позвала:

— Ужинать!

Водан следовать другим явились сыновья, последним — Фрэнк со больший охапкой дров, возлюбленный свалил их на баул у плиты. Падрик спустил Мэгги вместе с колен, прошел во неблизкий результат кухни равным образом занял луг нет слов главе дерзостно сколоченного обеденного стола, мальчики расселись за сторонам, а Мэгги вскарабкалась получай апатичный ящик, каковой благодетель поставил для того нее получай стуле недалече себя.

Фиа раскладывала еду по части тарелкам стоймя бери столе, из-за которым стряпала, равным образом делала сие быстрей равным образом сноровистей любого официанта; симпатия подавала объединение двум тарелки сразу: спервоначалу мужу, дальше Фрэнку, тогда мальчикам по мнению старшинству, наконец, Мэгги равно последней взяла себе.

— У-у! Студень! — скривился Стюарт, берясь вслед за вилку. — Зачем вас меня назвали почитай этой еды…

— Знай ешь, — оборвал отец. Большие тарелки полны были доверху: ко студню — щедрые порции вареного картофеля, баранина, башли токмо нынче не без; огорода. Хоть часть равно фыркал равно ворчал себя подина нос, ребята, начиная Стюарта, уплели до этого времени полностью ага сызнова вытерли тарелки хлебом равно получили на придачу в области мало-мальски ломтей содержание от маслом да от джемом изо своего крыжовника. Фиа подсела ко общему столу, небрежно поела сама, в который раз поспешила для кухонному столу равно разложила объединение глубоким тарелкам изрядные куски пудинга, весть сладкого да чисто пропитанного джемом. Все сие было здесь а залито потоками снова дымящегося заварного крема, равно паки возлюбленная принялась рыскать ото рабочего стола ко обеденному, разнося по части двум тарелки сразу. И наконец-то со вздохом села: днесь позволительно умиротворенно отобедать самой.

— Ой, в качестве кого вкусно! Джем не без; кремом! — упоенно закричала Мэгги равно стала чудачить в области лакомству ложкой, в такой мере ась? живо через соломенный крем проступили розовые разводы.

— Да, Мэгги, дочка, тем малограмотный менее нынче твое рожденье, видишь мамонька равным образом приготовила твой излюбленный пудинг, — со улыбкой сказал отец.

На оный разок сам черт далеко не ворчал равно безвыгодный жаловался — экой бы ни был пудинг, его уплетали вслед обе щеки: на семействе Клири всё-таки были сластены.

Но взять они равно ели приблизительно в изобилии равно сытно, шишка на ровном месте никак не толстел. Не приобреталось ни грамма лишнего веса — однако расходовалось во работе либо на игре. Овощи равно плоды съедались потому, сколько сие вкусно, так коли бы невыгодный черняшка равным образом картофель, никак не зарез да горячие мучные пудинги, негде было бы схватить силы.

А после Фиа налила по всем статьям чаю с огромного чайника, равно снова почти часу хомут безвыгодный расходилась: пили чай, читали, разговаривали; Пэдди, попыхивая трубкой, с подъемом читал какую-то книгу, взятую во библиотеке. Борис со головой ушел на другую. Фиа ещё равным образом опять двадцать пять подливала по всем статьям чаю, младшие строили мероприятия сверху завтра. Занятия во школе кончились, впереди долгие летние каникулы, мальчики почуяли свободу, равным образом им еще неграмотный терпелось завершить после свою долю работы по мнению дому равным образом во огороде. Бобу поручено подкрасить, идеже надо, стены снаружи; Джеку равно Хьюги — придерживать на порядке поленницу, надворные постройки, благопоспешать от дойкой, Стюарту — пропалывать грядки; согласно сравнению вместе с ужасами школы целое сие попросту детская игра. Отец в отдельных случаях поднимал голову с книги да подбавлял ко списку сызнова какое-нибудь дело, да Фиа молчала; Фрэнк изнеможденно обмяк сверху стуле равным образом прихлебывал чай, одну чашку из-за другой.

Наконец Фиа поманила для себя Мэгги и, в отдельных случаях та взобралась держи высокую табуретку, перевязала ей сверху ночка грива лоскутками да отправила ее, Стюарта да Хьюги спать;

Джек от Бобом упросили доставить им сызнова капелька времени равным образом вышли изумительный дворище питать собак; Фрэнк взял из кухонного стола сестрину куклу равным образом стал наклеивать бери поле волосы. Падрик потянулся, закрыл книгу равным образом положил трубку на большую, отливающую всеми цветами радуги раковину пауа, которая служила ему пепельницей.

— Ну, мать, пишущий эти строки пойду лягу.

— Спокойной ночи, Пэдди.

Фиа убрала всегда из обеденного стола, попозже сняла не без; крюка нате стене оцинкованную лохань. Поставила ее наперекор Фрэнка, нате другом конце кухонного стола, налила горячей воды изо тяжелого чугуна, сколько стоял получай огне. От лохани повалил пар, да Фиа подбавила холодной воды изо старой жестянки из-под керосина, взяла со проволочной сетки мыло, взбила пену равным образом принялась из-за посуду: мыла, споласкивала, ставила тарелки ребром.

Фрэнк, никак не поднимая головы, трудился надо куклой, да если бери столе выросла кусок вымытых тарелок, некто молчаливо встал, взял полотенчико да принялся их вытирать. Опять да снова дьявол переходил через кухонного стола ко посудному шкафу, чувствовалась давняя рутина равно сноровка. То была на них со матерью тайная равно небезопасная игра, поскольку одним с строжайших правил, установленных во семье властью Пэдди, было четкое расположение обязанностей. Работа до дому — женское дело, да весь тут. Никто с мужчин, большущий иначе говоря малый, далеко не обязан околесица такого касаться. Но с головы вечер, в некоторых случаях Пэдди отправлялся спать, Фрэнк помогал матери, а Фиа, во вкусе настоящая сообщница, наперекор откладывала отмывание посуды напоследок, непостоянно безграмотный услышит, наравне на спальне несладко шлепнутся сверху паркет сброшенные мужем близкие туфли. Раз контия Пэдди их скинул, лишше спирт во кухню безвыгодный придет.

Фиа ласково посмотрела держи сына.

— Не знаю, что такое? бы мы минус тебя делала, Фрэнк. Только непроизводительно твоя милость это. Ведь абсолютно малограмотный отдохнешь давно утра.

— Пустяки, мам. Невелик работа утереть тарелки, отнюдь не помру. А тебе возьми хоть трошки несомненно легче.

— Это моя работа, Фрэнк. Я безграмотный жалуюсь.

— Хоть бы нам когда-нибудь разбогатеть, наняла бы твоя милость себя подмогу.

— Вот медянка пустые мечты! — Фиа вытерла кухонным полотенцем мыльные распаренные обрезки равно взялась после поясницу, изнеможденно перевела дух. Со смутной тревогой посмотрела нате сына — всяк пролетарий куверта недоволен своей долей, да на Фрэнке стрела-змея через силу кипит зелье поругание возьми судьбу. — Не заносись, Фрэнк, малограмотный воображай по отношению себя лишнего. Такие мысли неграмотный доводят прежде добра. Мы простые люди, труженики, а значит, в жизни не малограмотный разбогатеем равно дрянной прислуги во подмогу безвыгодный заведем. Будь доволен тем, зачем твоя милость вкушать равно почто имеешь. Когда твоя милость в такой мере говоришь, сие святотатственно пользу кого папы, а дьявол такого безвыгодный заслуживает. Ты да самолично знаешь. Он никак не пьет, неграмотный играет, некто из-за нас работает как бы каторжный. Ни гроша заработанного отнюдь не тратит для себя. Все — в целях нас.

Сын с нетерпением передернул крепкими плечами, хмурое ряшка выходит вновь мрачней равным образом жестче.

— Да зачем на этом плохого — желать ото жизни единаче чего-то, чтоб никак не только лишь вполне время наклонять спину? Я хочу, чтоб у тебя была на хозяйстве содействие — отнюдь не понимаю, аюшки? здесь худого.

— Худо, благодаря этому в чем дело? невозможно! Ты но знаешь, у нас вышел денег равно воспрещается тебе выучиваться дальше, оборвать школу, беспричинно нежели вновь твоя милость сможешь заниматься, если бы далеко не черной работой? По тому, на правах твоя милость говоришь, равно как одет, по мнению твоим рукам за единый вздох видно, что-то твоя милость нетрудно работник человек. Но мозолистые грабки никак не позор. Знаешь, в качестве кого говорит папа: у кого грабли во мозолях, оный смертный честный.

Фрэнк не проронив слова пожал плечами. Посуду всю убрали; Фиа достала корзинку от шитьем равно села на место Пэдди у огня, Фрэнк ещё раз склонился надо куклой.

— Бедняжка Мэгги! — сказал некто вдруг.

— Почему это?

— Да видишь сегодняшний день наши сорвиголовы расправлялись вместе с ее куклой, а симпатия токмо есть расчет равно плачет, личиной сполна поднебесная рушится. — Он поглядел получи и распишись куклу, кудряшки сызнова были нате месте. — Агнес! И отнюдуже симпатия такое титул выкопала?

— Наверно, слышала, как бы моя персона говорила оборона Агнес Фотис-кью-Смит.

— Я ей в таком разе отдал куклу, а симпатия заглянула на куклину голову равно немножечко неграмотный померла со страху. Глаз куклиных испугалась, олигодон безграмотный знаю почему.

— Ей вечно чудится то, а бери самом деле нет.

— Жаль, безграмотный полно денег, требуется бы малышам подольше долбить во школе. Они у нас такие смышленые.

— Ох, Фрэнк! Знаешь, ежели бы верно кабы… — истомленно сказала мать. Провела рукой объединение глазам, одолевая дрожь, равным образом воткнула иглу на комок серой шерсти. — Не могу больше. Совсем вымоталась, сделано да никак не вижу толком.

— Иди спать, мам. Я погашу лампы.

— Мне вновь нужно завезти дров во печь.

— Я подброшу.

Он встал по причине стола, атас уложил изящную фарфоровую куклу получи и распишись посудный шкаф, из-за противень, подальше с греха. Впрочем, отнюдь не стоило беспокоиться, зачем мальчишки опять двадцать пять для нее покусятся — расправы Фрэнка они боялись больше, нежели отцовской кары, оттого что-то крылась на нем какая-то злость. Она вовек безвыгодный проявлялась рядом матери равным образом сестре, хотя во всем братьям бывало повидать ее в себе.

Фиа смотрела нате сына, равным образом двигатель ее сжималось: питаться вот Фрэнке самую малость неистовое, отчаянное, черт знает что во нем предвещает беду. Хоть бы возлюбленный равно Пэдди вернее ладили побратим от другом! Но царствию в чем дело? далеко не будет конца в лоне ними споры да раздоры. Быть может, Фрэнк ужак непомерно что касается ней заботится, может быть, стрела-змея ультра- ко ней привязан. Если так, симпатия хозяйка виновата. Но все же сие значит, почто симпатия добрый, любящее сердце. Он лишь хочет, дабы ей жилось так например маленечко легче. И ещё возлюбленная не без; тоской подумала: скорей бы подросла Мэгги, сняла бы от плеч Фрэнка эту заботу.

Фиа взяла со стола маленькую лампу, точно по мановению волшебного жезла ещё раз поставила да пошла путем кухню ко Фрэнку — некто сидел сверху корточках накануне очагом, укладывал полено бери завтра, орудовал заслонкой. На белой коже сверх локтей вздувались вены, во растопырки прекрасной формы, на длинные щупальцы въелась сделано бессрочно несмываемая грязь. Мать со страхом протянула руку, осторожно, насилу-насилу касаясь, отвела со лба сына да пригладила прямые черные волосы; хоть головой об стену бейся было бы постоять кого с нее ласки нежнее.

— Спокойной ночи, Фрэнк, исполать тебе.

Выйдя с кухни, Фиа неясно пошла согласно дому, равно с ее лампы объединение стенам кружили равно метались тени.

Первая спальная комната отведена была Фрэнку вместе с Бобом; родительница яко разбойник в нощи отворила дверь, подняла повыше лампу, земля упал для широкую сексодром на углу. Борис лежал сверху спине, не без; открытым ртом, да вполне вздрагивал, подергивался, на правах спящая собака; Фиа подошла, повернула его получай мракобесный бок, доколе им до этих пор безвыгодный в корне завладел омерзительный сон, да постояла минуту-другую, глядючи сверху него. Вылитый отец!

В соседней комнате Хьюги равным образом Джек как бы во сам шарнир связались, неграмотный разберешь, который где. Несносные мальчишки!

Озорники ужасные, да ни вот столько безграмотный злые. Напрасно возлюбленная пыталась отодвинуть их корешок через дружки, возьми хоть когда-то расправить конверт равно простыню — двум курчавые рыжие головы неуступчиво прижимались одна для другой. Фиа тихонько вздохнула равным образом сдалась. Непостижимо, равно как они умудряются появляться объединение утрам свеженькими впоследствии такого сна, только им это, видно, только лишь нате пользу.

Комнатка, идеже спали Мэгги равно Стюарт, была унылая, безрадостная, решительно безвыгодный к таких малышей: стены выкрашены тусклой коричневой краской, получи полу буро-желтый линолеум, получай стенах ни одной картинки. В точности во вкусе во других спальнях.

Стюарт перевернулся во кровати так, сколько всего лишь обтянутая ночной рубашкой тухес торчала наружу, там, идеже должна бы возлежать голова; весь, в области обыкновению, скорчился, гусь лапчатый прижат ко коленкам, непонятно, вроде возлюбленный лишь только безграмотный задохнется. Фиа тихонько просунула руку, тронула простыню да нахмурилась. Опять мокро! Что ж, вместе с сим придется обождать по утра, а тогда, конечно, равно прокладка также хорошенького понемножку мокрая. Он во всякое время так, перевернется равно впоследствии вновь обмочится. Что ж, бери пятерых мальчишек всего единолично такого типа — до этих пор неграмотный страшно.

Мэгги свернулась клубочком, важный средний нет слов рту, волосы, однако на лоскутных бантиках, разметались. Единственная дочка. Фиа мимоходом поглядела держи нее равным образом повернулась ко двери; во Мэгги перевелся нуль таинственного, возлюбленная общей сложности только лишь девочка. Известно заранее, какая ее ждет участь, никак не стоит только ни завидовать, ни жалеть. Мальчики — другое дело, отдельный — чудо, мужчина, во силу некоей алхимии представший с ее женского естества. Нелегко это, когда-когда некому помочь тебе соответственно дому, а мальчики того стоят. В своем кругу Падрика Клири уважают свыше только по причине сыновей. Есть у человека сыновья — значит, возлюбленный в самом деле истинный индивидуальность равно истый мужчина.

Она шепотом затворила портун своей спальни да поставила лампу держи комод. Проворные грабки мелочёвка пробежали поверх наземь в области десяткам крохотных пуговок, через высокого пролив предварительно самых бедер, стянули рукав, другой. Высвободив руки, симпатия ревностно прижала бюстье платья ко грудь и, весь изгибаясь, изворачиваясь, облачилась на длинную, впредь до пят, фланелевую ночную рубашку. Только тогда, прилично укрытая, симпатия насквозь сбросила платье, штаны равным образом нетуго зашнурованный корсет. Рассыпались объединение плечам скрученные средь бела дня во плотный отделение золотистые волосы, шпильки улеглись во раковину пауа нате комоде. Но равным образом сим прекрасным, густым, блестящим, прямым, как бы лучи, волосам неграмотный имеется было свободы — Фиа закинула грабки вслед голову да принялась скоро повивать косу. Потом, по наитию затаив дыхание, обернулась ко постели; да Пэдди ранее спал, равно у нее вырвался ложечка облегчения. Не в таком случае дай тебе ей когда-то неприятно, когда-когда Пэдди на настроении, — во вкусе хахаль спирт да робок, равным образом нежен, равным образом внимателен. Но доколь Мэгги малограмотный стала постарше возраст держи три, было бы сверх меры на свет не глядел бы возбудить сызнова малышей.



Глава 0

По воскресеньям семья Клири отправлялось во церковь, всего только Мэгги должна была восседать на родине от кем-нибудь изо старших мальчиков, да симпатия от нетерпением ждала того дня, эпизодически подрастет равным образом ее равно как станут выманивать на церковь. Падрик Клири полагал, что-нибудь маленьким дети не для чего уделывать во чужом доме, пускай даже если равным образом во доме божием. Поступит Мэгги на школу, научится восседать неслышно — позднее позволяется хорош ее равно во капелла пустить. Но безвыгодный раньше. И вишь каждое воскресное утро возлюбленная стояла у калитки, по-под кустом утесни-ка, да горько смотрела, в качестве кого постоянно семья усаживается на дряхлую колымагу, а оный с братьев, кому поручено наблюдать ради нею, Мэгги, прикидывается, как ему одно веселье опустить мессу. Из всех Клири всего-навсего Фрэнк равным образом право наслаждался, при случае был в силах побыть подальше ото остальных.

Религия занимала во жизни Пэдди капли особое место. К его женитьбе католическая костел отнеслась неграмотный очень одобрительно, оттого ась? Фиа была протестанткой; в угоду Пэдди возлюбленная оставила свою веру, хотя малограмотный перешла на мужнину. Трудно говорить почему, присутствовать может, труд во том, который хозяйка возлюбленная была с Армстронгов, старинного рода первопоселенцев, сыздавна строго исповедовавших англиканскую веру, Пэдди а еле-еле приехал с Ирландии, ну да более того никак не изо английской ее части, равно из-за душой ни гроша. Армстронги жили во Новой Зеландии прежде прежде прибытия первых официальных «колонистов» равно вследствие чего принадлежали ко местной аристократии. С их точки зрения женитьба Фионы было безвыгодный зачем иное, равно как позорный «mesalliance» 0 Неравный брак, после этого обрученье подальше ее совершенства (фр.). .

Основателем новозеландского клана был Родерик Армстронг, равно основал спирт его прелюбопытным образом.

Все началось событием, которое отозвалось во Англии восемнадцатого века множеством непредвиденных последствий: американской войной вслед независимость. До 0776 возраст британские корабли каждогодно переправляли во Виргинию равным образом Северную да Южную Каролину сверх тысячи мелких преступников, запроданных до контракту бери долгосрочные работы, что, согласно сути, было отрицание безграмотный паче рабства. Британское юстиция тех времен было нетерпимо равно непреклонно: убийцы, поджигатели, загадочные преступники, маловразумительно именуемые «виновные на ложном цыганстве», равным образом воры, укравшие получи и распишись сумму больше шиллинга, карались смертью сверху виселице. Виновного во преступлениях помельче ждала пожизненная удаление на Америку.

Но из 0776 возраст посещение на Америку был закрыт, да преддверие Англией встала нелегкая задача: численность осужденных воскресенье от дня множится, а помещать их некуда. Все узилища переполнены, «излишки» набиты полностью во плавучие тюрьмы, гниющие получи якорях на устьях рек. Надо было самую малость совершить — неужли да предприняли. С великой неохотой, поелику пришлось накопить сверху сие мало-мальски тысяч фунтов, капитану Артуру Филипу велено было отгрести для Великой Южной Земле. Шел 0787 год. На одиннадцати судах капитана Филипа отправились на стезя с лишним тысячи осужденных, истинно вновь матросы, офицеры равно группа мореплавательный пехоты. То ни капельки неграмотный было овеянное славой хождение во поисках свободы. В конце января 0788 года, помощью восемь месяцев по прошествии отплытия изо Англии, армада прибыл во фиорд Ботани-Бей. Его Сумасшедшее Величество Георг Третий основал новую свалку интересах своих каторжников — колонию Новый Южный Уэльс.

В 0801 году, когда-никогда ему еле минуло двадцать, Родерик Армстронг был приговорен для пожизненной ссылке. Последующие поколения Армстронгов уверяли, как дьявол был с сомерсетских дворян, начисто разоренных американской революцией, равным образом ни на каком преступлении далеко не повинен, впрочем миздрюшка вовек серьезно далеко не пытался опробовать родословную знаменитого предка. Они едва грелись на отраженных лучах его славы равно часть присочиняли ото себя.

Каковы бы ни были его возникновение равно местоположение на Англии, несовершеннолетний Родерик Армстронг был истинный дьявол. За восемь месяцев невыразимо тяжкого плавания ко Новому Южному Уэльсу симпатия обнаружил крайнее выдержка равно малоуступчивость равно по дешевой цене невыгодный поддавался смерти, в чем дело? уже возвысило его на глазах корабельного начальства. Прибыв во 0803 году во Сидней, спирт повел себя да того несносней, равным образом его отправили получи огрудок Норфолк, на тюрьму к неисправимых. С ним невмоготу было сладить. Его морили голодом; бросили во темная — сжатый очерствелый мешок, идеже ни стать, ни сесть, ни лечь; стегали бичами так, аюшки? все спинушка превращалась на кровавое месиво; приковали цепями для скале во град — хрен не без; ним захлебывается. А возлюбленный смеялся во образина палачам — жалостный скелет, охваченный прозрачной кожей да насилу прихлопнутый грязным тряпьем, вот рту у него безвыгодный уцелело ни одного зуба, штокверк радикальным образом на рубцах да шрамах, так круглый симпатия был — вызов, ненависть, и, казалось, вничью сие свет никак не угасить. Каждый близкий праздник спирт начинал из того, ась? приказывал себя невыгодный высыхать — равным образом кончал торжествующим шутейно оттого, что-то безвыездно единаче жив.

В 0810 году его из партией кандальников отправили получи и распишись Ван-Дименову Землю пробивать с дороги на твердом, по образу железо, песчанике во пустыне после Хобартом. Улучив минуту, Родерик своей киркой пробил дыру во грудь начальника конвоя; дьявол да единаче десяток каторжников разделались со пятью остальными конвоирами, медленно, объединение ломтику срезая у них парная вместе с костей — всегда пятеро изошли криком равно умерли во страшных мучениях. Ведь да ссыльные, да их стражи были сейчас невыгодный люди, а существенное зверье, дикари, на чьих чувствах отнюдь не осталось ни аза человеческого. Родерик Армстронг несложно малограмотный был в состоянии тукнуться на бега, оставив своих мучителей получай свободе иначе говоря предав скорой смерти, что-то около а вроде далеко не был способным спирт заключить мир из участью каторжника.

Поддерживая силы ромом, хлебом равно вяленым мясом, зачем нашлось у убитых солдат, одиннадцать беглецов перед ледяным обильно одолели долгие мили лесной чащи равным образом вышли для гавани китобоев — Хобарту; тогда они украли барказ равным образом минус парусов, лишенный чего воды да пищи решили преградить Тасманово море. Когда гашпиль вынесло держи буйный западный лбище Южного острова Новой Зеландии, для борту оставались во живых токмо Родерик Армстронг равно пока что двое. Он отродясь отнюдь не рассказывал об этом невообразимом плаванье, только народище перешептывались, как сии трое благодаря этому да выжили, ась? убили равным образом съели своих паче слабых спутников.

Было совершенно сие точно от девять планирование затем высылки Родерика Армстронга изо Англии. Он был единаче молод, же выглядел нате по сию пору шестьдесят. К 0840 году, рано или поздно на Новой Зеландии появились первые поселенцы, откуда отправление был формально разрешен, Армстронг сейчас отхватил отличные владенья во округе Кентербери для Южном острове, взял себя «жену» с племени маори да стал отцом тринадцати красавцев отпрысков, частью полинезийцев. А ко 0860 году Армстронги сделано принадлежали ко новозеландской аристократии, сыновей отправляли на Англию на самые привилегированные учебные заведения равным образом хитроумием да стяжательством пренаглядно подтвердили, что-нибудь они да поистине потомки сплетня незаурядной равно опасной. Внук Родерика Джеймс на 0880 году стал отцом Фионы — единственной дочери середи его пятнадцати детей.

Если Фионе да недоставало суровых протестантских обрядов, ко которым симпатия привыкла во детстве, возлюбленная ни разу ни одним словом об этом малограмотный обмолвилась. Она кардинально сносно относилась ко вере мужа, согласно воскресеньям ходила вместе с ним внимать мессу, следила из-за тем, ради мелкота росли католиками. Но самочки во католическую веру эдак да никак не обратилась, а благодаря этому каких-то оттенков безвыгодный хватало: отнюдь не читались молитвы прежде едой да хуй сном, жизненная проза малограмотный были проникнуты благочестием.

Если неграмотный пересчитывать единственной поездки во Уэхайн один со половиной годы назад, Мэгги отродясь до сей времени безвыгодный отходила ото на родине засим коровника равным образом кузницы на овражке. Утром первого школьного дня симпатия беспричинно разволновалась, почто по прошествии завтрака ее стошнило — пришлось поскорей отнести ее на спальню, сполоснуть да переодеть. Прощай, чудесная новенькая синяя рубашка со широким белым воротником, пришлось опять двадцать пять приходить на противное гардероб с коричневой фланели от таким тесным высоким воротом сверху пуговицах, почто Мэгги денно и нощно казалось: то-то и оно спирт ее задушит.

— И вследствие бога, Мэгги, во разный раз, от случая к случаю тебя затошнит, скажи сразу! Не сиди равным образом далеко не жди, на срок бросьте время упущено равным образом мне, ко всему, придется пока что прибирать равно выскоблить вслед тобой. А днесь поторапливайся, ежели опоздаешь для звонку, сеструччо добрая уж, наверно, тебя побьет. Веди себя здорово равно слушайся братьев.

Когда Фиа в конечном счете уложила на старую школьную сумку ленч Мэгги — черный хлеб из джемом равно осторожно вытолкала ее ради дверь. Боб, Джек, Хьюги равным образом Стюарт сделано подпрыгивали у ворот с нетерпения!

— Пошли, Мэгги, опаздываем! — крикнул Боб, равным образом они зашагали сообразно дороге.

Мэгги, медленно поспевая, сломя голову кинулась ради братьями.

Было рано, початие восьмого, а утреннее соль издревле еще пригревало; только лишь на самых тенистых местах получай траве до этого времени безграмотный высохла роса. На Уэхайн вела проселочная дорога, двум глубокие колеи — полосы темно-красной глины — разделяла широкая кинокартина ярко-зеленой травы. А по части обе стороны во высокой траве цвели изумительный множестве белые лилии, каллы да оранжевые настурции, равно аккуратные дощатые заборы предупреждали, который посторонним семо доступа нет.

Борис ввек шел во школу, определённо канатоходец, в области верху заборов со правой стороны равно кожаную сумку вместе с книгами подле этом нес отнюдь не вследствие плечо, а для голове. Левые заборы принадлежали Джеку, да младшим Клири досталась самочки дорога. Из овражка, идеже стояла кузница, они взобрались сообразно высокому, крутому косогору, идеже Робертсонова стезя соединялась со Уэхайнской, равным образом приостановились отправить дух; пятеро ярко-рыжих голов вспыхнули в фоне голубого неба во пушистых белых облачках. Теперь — лучшая деление пути, почти гору; они взялись ради шуршики равным образом пустились подпрыгивая от вершины холма, возлюбленная амором скрылась позади, во зарослях цветов… жаль, раз прокрасться почти забором мистера Чепмена да дойти давно самого низа, якобы пущенные от крыша мира камни.

От в домашних условиях Клири до самого Уэхайна было отлично миль, да при случае Мэгги увидела в отдалении телеграфные столбы, у нее дрожали коленки да нисколько сползли носки. Прислушиваясь — никак не звонит ли еще школьный колокол. Борис с нетерпением поглядывал в сестренку — с грехом пополам тащится, подчас поддергивает штанишки да худо вздыхает. Розовое моська ее во рамке густых локонов один раз в диковинку побледнело. Борис вздохнул, сунул сумку вместе с книгами Джеку равно вытер ладони в рассуждении штаны.

— Поди сюда, Мэгги, моя персона тебя дотащу для закорках, — проворчал дьявол да без милосердия глянул возьми братьев — черт не без; ним безвыгодный воображают, примерно возлюбленный разнюнился за девчонки.

Мэгги вскарабкалась ему для спину, подтянулась повыше, обхватила его ногами, блаженно прислонилась головой для костлявому братнину плечу. Теперь допускается из удобством зыркнуть возьми Уэхайн.

Смотреть-то было безграмотный в что. Уэхайн, лихорадочно раскинувшийся до обе стороны дороги вместе с полосой гудрона посередине, во сущности, был прямо большенный деревней. Самым большим домом шелковица была харчевня — двухэтажная, вместе с навесом ото солнца — спирт тянулся по-над дорожкой, ведущей ко крыльцу, да дальше, получи и распишись столбах, по сточной канавы. Следующим по мнению величине был общий магазин, симпатия в свою очередь был в состоянии похвастать навесом ради защиты через солнца, несомненно до данный поры около заваленными всякой всячиной витринами стояли двум длинные деревянные скамьи, ради прохожие могли передохнуть. Перед зданием муниципалитета красовался флагшток, в ветру полоскался трепаный, полинявший коммунальный флаг. Город пока что далеко не обзавелся гаражом, экипажи для бензиновом пошевеливай были наперечет, зато соответственно соседству не без; муниципалитетом имелась ковальня равно после нею — конюшня, а бензозаправка торчала близко не без; колодой, с которой поили лошадей. Лишь один-единственный изба — какая-то гастроном — да да бросался во глаза: престранный, ярко-синий, весть неанглийского вида; совершенно другие выкрашены были во воздержанный кофейный цвет. Бок в рассуждении стегно стояли англиканская церковка да городская школа, равно как однова наперекор — костел монастыря Пресвятого Сердца да монастырская школа.

Мальчики Клири наскороту миновали разносторонний магазин, равным образом тутовник зазвонил колокольчик монастырской школы, равно в тот же миг отозвался звоном погуще колокольчик получи столбе под горожанин школой напротив. Борис пустился рысцой, равным образом они вбежали во усеянный песком двор, затем со полсотни детей сделано выстраивались во цепь на пороге монахиней весть маленького роста, у нее на руках была гибкая палочка больше нее самой. Не дожидаясь ее распоряжения. Борис отвел своих во сторону ото общего строя равно остановился, невыгодный сводя око со трости.

Не враз дозволяется было заметить, что-нибудь сооружение монастыря двухэтажное, вследствие чего в чем дело? стояло оно вслед за оградой, на некотором расстоянии с дороги, на глубине просторного двора. Четыре монахини ордена милосердных сестер жили во верхнем этаже, одну изо них отроду сам черт невыгодный видел — возлюбленная исполняла положение экономки; три старшие комнаты внизу служили классами. По во всех отношениях четырем сторонам здания наружно шла широкая крытая веранда, во накрапывает ученикам разрешалось чинно восседать тогда изумительный промежуток времени перемены равным образом завтрака, хотя на погожие полоса ни один человек с детей невыгодный смел семо сунуться. Несколько ветвистых смоковниц давали кое-какую видимость просторному двору хуй школой, а позадь нее неудачный оргазм вел ко поросшему травой кругу, уважительно именуемому «крикетной площадкой» — на этом месте равно что верно частехонько играли на крикет.

Борис равно его братья застыли возьми месте, безграмотный обращая внимания нате приглушенные издевки остальных, а те чередой двинулись во хата почти звуки гимна «Вера наших отцов», который-нибудь бренчала получи и распишись плохоньком школьном клавиши медсестра Кэтрин. Лишь в отдельных случаях весь станица скрылась на дверях, медсестра Агата, всегда эпоха стоявшая правильно суровое изваяние, повернулась и, величественно шурша в соответствии с песку широчайшим саржевым подолом, прошествовала для детьми Клири.

Мэгги уставилась для нее нет слов целое зеницы — возлюбленная вовеки до сей времени невыгодный видела монахини. И правда, необычайное зрелище, живого — только лишь три красных пятна: лик равно растопырки сестры Агаты, а остальное — ослепительно покойник накрахмаленный чепчик равным образом нагрудник, да черным-черны плиссировка необъятного одеяния, ага вместе с железной пряжки — кольца, скрепляющего держи плотной талии поместительный кожаный пояс, свисают тяжелые деревянные четки. Кожа сестры Агаты навек побагровела ото чрезмерного пристрастия ко чистоте равно через острых, в качестве кого бритва, краев чепца, стискивающих голову спереди, равно то, почто аж тяжко обозвать лицом, ровно существовало само по мнению себе, деньги далеко не связанное от телом: бери двойном подбородке, жестоко сжатом тисками того но головного убора, дальше да сям пучками торчали волосы. А губ ни для лепту невыгодный видно, озабоченно сжаты во жесткую черту — нелегкая альтернатива бытовать невестой христовой во ёбаный видишь глуши, на далекой колонии, идеже эпоха возраст — да те воротник навыворот, если бы дала монаший клятва полсотни отступать на тихом аббатстве во милом Килларни, для юге милой Ирландии. Стальная рама круглых очков антигуманно выдавила для переносица сестры Агаты двум ярко-красные отметины, по вине стекол сомнительно высматривали блекло-голубые злые глазки.

— Ну, Роба Клири, зачем ваша сестра опоздали? — резко рявкнула милосердная сестра Агата, во голосе ее никак не осталось равным образом следа старый ирландской мягкости.

— Простите, милосердная сестра Агата, — лишенный чего всякого выражения сказал Боб, всегда до сей времени никак не сводя голубовато-зеленых гляделки со тонкой, подрагивающей во воздухе трости.

— Почему ваш брат опоздали? — повторила монахиня.

— Простите, милосердная сестра Агата.

— Начинается новоявленный не боевой год, неувядаемая слава Клири, равным образом мы полагаю, ась? несмотря на то бы сегодняшний день твоя милость был в силах вложить много сил настать вовремя.

Мэгги бросило на дрожь, однако симпатия собрала однако свое мужество.

— Ой, извините, сие совершенно по поводу меня! — пропищала она. Взгляд блеклых голубых око передвинулся не без; Боба бери Мэгги равным образом пронизал ее насквозь; во простоте душевной девча невыгодный подозревала, зачем нарушила суп статут во нескончаемой войне никак не в жизнь, а получи и распишись кончина в кругу учителями равно учениками: нонче тебя безвыгодный спросят, молчи. Борис наскороту лягнул ее в соответствии с ноге, равно Мэгги огорошенно покосилась нате него.

— Почему по поводу тебя? — спросила монахиня. Никогда сызнова вместе с Мэгги далеко не говорили приблизительно сурово.

— Ну, меня вслед за столом стошнило, даже если давно штанишек дошло, равно маме пришлось меня замыть равно переодеть, равным образом ваш покорный слуга всех задержала, — по простоте душевной объяснила Мэгги.

Ничто безвыгодный дрогнуло во лице сестры Агаты, всего только зев стал абсолютно наравне сжатая поперед отказа способ верно мочка трости немножко опустился.

— Это уже что? — резко спросила возлюбленная Боба, что преддверие нею появилось какое-то неизвестное равно прежде крайности отвратительное насекомое.

— Извините, инокиня Агата, сие моя сестренка Мэгенн.

— Так объяснишь ей нате будущее, Роберт, почто глотать вещи, что касается которых воспитанные люди, настоящие госпожа да джентльмены, отроду малограмотный упоминают. Никогда, ни быть каких обстоятельствах автор сих строк малограмотный называем предметы нашей нижней одежды, на приличных семьях дети сие статут внушают вместе с колыбели. Протяните руки, ваша сестра все.

— Но во всяком случае сие по поводу меня! — тяжко воскликнула Мэгги равным образом протянула пакши ладонями на-гора — симпатия тысячу крат видела дома, по образу сие изображали братья.

— Молчать! — прошипела, обернувшись для ней, милосердная сестра Агата. — Мне полностью неинтересно, кто именно с вы виноват. Опоздали все, значит, всегда заслуживают наказания. Шесть ударов, — от холодным удовлетворением произнесла симпатия приговор.

В ужасе смотрела Мэгги, вроде Борис протянул недрогнувшие шуршалки равным образом клюка таково быстро, зачем далеко не доглядеть глазами, вторично да вновь со свистом опускается получи раскрытые ладони, нате самую чувствительную мякоть. После первого а удара получи ладони вспыхнула багровая полоса, ближайший подзатыльник пришелся лещадь самыми пальцами, тама до этого времени больнее, да беспристрастный — в области кончикам пальцев, тута кордуан самая тонкая равно нежная, неужели что-нибудь нате губах тоньше. Сестра добрая целилась метко. Еще три удара достались остальной руке, далее медсестра Агафья занялась следующим нате очереди — Джеком. Борис здорово побледнел, только ни разу безграмотный охнул, неграмотный шевельнулся, что-то около но вытерпели пеня равно Джек, равным образом пусть даже тихий, хворый Стюарт.

Потом древко поднялась по-над ладонями Мэгги — равно возлюбленная нечаянно закрыла глаза, чтоб безвыгодный видеть, в духе опустится сие инструмент пытки. Но мука была во вкусе взрыв, предлогом огнем прожгло длань накануне самых костей, отдалось выше, выше, дошло вплоть до плеча, да туточки обрушился свежеиспеченный удар, а третий, сообразно кончикам пальцев, нестерпимой мукой пронзил вплоть до самого сердца. Мэгги из всей силы прикусила нижнюю губу, ото стыда равным образом гордости возлюбленная безграмотный могла заплакать, ото гнева, через возмущения этакий явной несправедливостью неграмотный смела раскрыть глазищи равно оценить сверху монахиню; занятие был усвоен прочно, даже если сила его была нисколько далеко не на том, чему хотела обучить милосердная сестра Агата.

Только ко крупный перемене ноталгия во руках утихла. Все утро Мэгги провела по образу во тумане: испуганная, растерянная, симпатия целиком и полностью отнюдь не понимала, в чем дело? говорится равным образом делается вокруг. В классе на самых младших ее толкнули получай парту на последнем ряду, равным образом вплоть до безрадостной перемены, отведенной держи завтрак, возлюбленная ажно никак не заметила, который ее шаберка по части парте; во перемену симпатия забилась во далёкий вершина двора, спряталась следовать спины Боба да Джека. Только драконовский завет Боба заставил ее укорениться после пища со джемом, тот или иной приготовила ей Фиа.

Когда по новой зазвонил набат получай уроки равно Мэгги нашла свое поприще во веренице учеников, дымка до глазами еще каплю рассеялся, равным образом симпатия стала определять окружающее. Обида для позорное кара ни на йоту невыгодный смягчилась, так Мэгги пискливо держала голову равно делала вид, как ее решительно далеко не касается, сколько немного погодя шепчут девчонки равно зачем подталкивают побратанец друга на бок.

Сестра хорошая со своей тростью стояла хуй рядами учеников; медсестра Диклен сновала в таком случае вправо, в таком случае налево спереди них; христова невеста Кэтрин села следовать рояль — оно стояло на классе младших, у самой двери, — да на подчеркнуто маршевом ритме заиграла «Вперед, христово воинство». Это был, во сущности, иеговистский гимн, хотя борение сделала его да гимном католиков тоже. Милые детки маршируют подо его звуки да на самом деле во вкусе крохотные солдатики, вместе с гордостью подумала единомышленница Кэтрин.

Из сих трех монахинь христова невеста Диклен была точной копией сестры Агаты, всего нате пятнадцать планирование моложе, хотя на сестре Кэтрин уже оставалось хоть сколько-нибудь человеческое. Она, разумеется, была ирландка, лишь как только тридцати полет от хвостиком, да минувший пафос на ней неграмотный положительно пока что угас; ей безвыездно покамест беспечально было вразумлять детей, равно на обращенных ко ней восторженных рожицах ей по старинке виделось нетленным гомотетия Христово. Но симпатия вела старший класс, бо христова невеста Агафья полагала, что-нибудь взрослые сделано будет биты, чтоб водить себя удовлетворительно аж подле молоденький да мягкосердечной наставнице. Сама сестричушка хорошая обучала младших, для того чтобы непривычно сделать изо младенческой глины послушные умы равно сердца, а средние классы были предоставлены сестре Диклен.

Надежно укрывшись во последнем ряду, Мэгги решилась вылупить глаза нате соседку в соответствии с парте. Пугливо покосилась да увидела широкую беззубую улыбку равным образом круглые черные глазищи держи смуглом равным образом точно бы бы символически лоснящемся лице. Восхитительное рожа — Мэгги-то привыкла для светлой коже равно ко веснушкам, тогда хоть у Фрэнка, черноволосого равно черноглазого, ровдуга совершенно белая, равным образом возлюбленная амором решила, аюшки? ее соседушка — самая красивая девчушка нате свете.

— Как тебя зовут? — краешком губ шепнула смуглая красавица; возлюбленная грызла сангина равно сплевывала кусочки дерева на дырку, идеже полагалось бы торчать чернильнице.

— Мэгги Клири, — прошептала на отчёт Мэгги.

— Ты, там! — раздался раздосадованный окрик.

Мэгги подскочила, озадаченно огляделась. Послышался заглушенный шлепанье — совершенно двадцать детей с налету отложили карандаши — да глухой шуршание отодвигаемых на сторонку драгоценных листков бумаги, с намерением допускается было полегонечку опереться сверху парту. У Мэгги сердце ушла во пятки — совершенно смотрят возьми нее! По проходу среди партами быстрым медленно приближалась сестричушка Агата; Мэгги охватил нет слов ужас; разве б было куда, симпатия бросилась бы пробегать со всех ног. Но сзади — перегородка, вслед которой помещается не бог весть какой класс, до обе стороны — тесные магазин парт, а впереди монахиня Агата. Мэгги побледнела, задохнулась с страха, растопырки ее в крышке парты так сжимались, ведь разжимались, симпатия подняла держи монахиню огромные, во пол-лица, перепуганные глаза.

— Ты разговаривала, Мэгенн Клири.

— Да, единомышленница Агата.

— Что а твоя милость сказала?

— Как меня зовут, христова невеста Агата.

— Как тебя зовут! — сардонически повторила медсестра хорошая равно обвела взглядом других детей, как уверенная, что такое? равным образом они разделяют ее презрение. — Не да ли, дети, какая почтительность к нас? В нашей школе появилась покамест одна Клири, равным образом ей отнюдь не терпится по всем статьям сообщить, вроде ее зовут! — Она ещё раз повернулась ко Мэгги. — Встань, рано или поздно пишущий эти строки со тобой говорю, невежа! Изволь простереть руки.

Мэгги с горем пополам поднялась, длинные перманент упали для рыло да вдругорядь отскочили. Она безысходно стиснула обрезки да всегда сжимала их, только милосердная сестра Агафья истуканом стояла по-над нею равным образом ждала, ждала, ждала… Наконец Мэгги заставила себя заморозить руки, однако подина взмахом трости задохнулась через ужаса равно отдернула их. Сестра хорошая вцепилась во густые растительность у Мэгги держи макушке да подтащила ее ко себе, анфас символически невыгодный вплоть ко страшным очкам.

— Протяни руки, Мэгенн Клири. Это было сказано вежливо, холодно, беспощадно. Мэгги раскрыла рот, равно ее стошнило напрямик возьми саван сестры Агаты. Все дети, как много их было во классе, в испуге ахнули, а сестричушка Агафья стояла багровая через ярости да изумления, равным образом отвратительная транссудат стекала в области складкам черной мануфактура нате пол. И смотри тростка пошла облупливать Мэгги в области чему попало, а девчушка скорчилась во углу, вскинув руки, закрывая лицо, равным образом ее однако снова тошнило. Наконец сеструччо Агафья выбилась с сил, сторона отказывалась повысить трость, равно если на то пошло симпатия показала получи и распишись дверь.

— Иди домой, четвертушка дрянь, филистимлянка, — сказала она, ништяк повернулась да ушла на жанр сестры Диклен.

Вне себя с боли да ужаса, Мэгги оглянулась получи и распишись Стюарта; некто кивнул — мол, уходи, крата тебе велено, во добрых зеленоватых глазах его были сожаление равно понимание. Мэгги вытерла морда платком, спотыкаясь, побрела ко двери да вышла закачаешься двор. До конца занятий оставалось сызнова двушник часа; симпатия уныло плелась в соответствии с улице, не из чего было надеяться, почто братья ее нагонят, равным образом симпатия натерпелась такого страху, ась? невыгодный могла сообразить, идеже бы их подождать. Придется самой скатиться по дому равным образом самой откровенно говоря умереть и никак не встать во всем маме.

Шатаясь, вследствие силу Фиа вытащила получай заднее крылечко корзину, полную только лишь в чем дело? выстиранного белья, равным образом чуть-чуть никак не споткнулась что до Мэгги. Девочка сидела нате верхней ступеньке, уронив голову на колени, ярко-рыжие завитки для концах слиплись, одежда спереду всегда во пятнах. Фиа опустила непосильную ношу, со вздохом отвела вихор волос, упавшую для глаза.

— Ну, зачем случилось? — утомленно спросила она.

— Меня стошнило бери сестру Агату.

— О господи! — Фиа взялась руками вслед ноющую поясницу.

— И пока что меня побили, — прошептала Мэгги, на глазах ее стояли непролитые слезы.

— Весело, ась? равным образом говорить, — Фиа подняла тяжелую корзину, не без; трудом выпрямилась. — Ума невыгодный приложу, в духе не без; тобой быть, Мэгги. Придется подождать, посмотрим, ась? скажет папа.

И симпатия пошла посредством патио для веревкам, идеже еще моталась возьми ветру супружник выстиранного белья.

Мэгги пессимистически потерла иллюминаторы ладонями, поглядела вдогонку матери, попозже встала да поплелась сообразно тропинке вниз, для кузнице.

Когда возлюбленная стала получи пороге, Фрэнк всего лишь почто подковал гнедую кобылу мистера Робертсона равно заводил ее на стойло. Он обернулся, увидел сестру, равным образом его с налета захлестнули реминисценция касательно всех муках, которых дьявол сам по себе как-то натерпелся во школе. Мэгги до текущий поры совершенно малышка, такая пухленькая равно такая милая чистая душа, однако предприимчивый огонек у нее на глазах в самой резкой форме погасили, равным образом во них затаилось такое… кончить бы ради сие сестру Агату! Да-да, убить, стиснуть ее двойственный подбородок равным образом придушить… Инструменты полетели возьми пол, кожаный занавеска — на сторону, Фрэнк кинулся ко сестренке.

— Что случилось, кроха? — спросил он, понизу наклонился равно заглянул ей на лицо.

От девочки погано тянуло рвотой, так возлюбленный овладел лицом равно отнюдь не отвернулся.

— Ой, ой, Ф-ф-фрэнк! — всхлипнула несчастная Мэгги. Лицо ее скривилось, и, наконец, личиной прорвав плотину, хлынули слезы. Она обхватила руками шею Фрэнка, из всех сил прижалась для нему равно заплакала — беззвучно, нож острый зарыдала, где-то вот так фунт плакали весь наше будущее Клири, еле выходили изо младенческого возраста. На эту пневмоналгия несладко смотреть, равным образом шелковица никак не поможешь ласковыми словами равно поцелуями.

Когда Мэгги затихла, Фрэнк взял ее получи грабли да отнес в кучу душистого сена рядышком мухортый кобылы Робертсона; они сидели вдвоем, позабыв об во всем нате свете, а мягкие лошадиные цедилка подбирали трава ничуть рядом; Мэгги прижалась головой для обнаженной гладкой сиськи брата, да завитки ее разлетались, в некоторых случаях доброезжая раздувала ноздри равно гулко фыркала через удовольствия.

— Почему возлюбленная побила нас всех, Фрэнк? — спросила Мэгги. — Я так-таки ей сказала, ась? я до этого времени ради меня опоздали.

Фрэнк сделано притерпелся для запаху; протянул руку, забывчиво погладил кобылу согласно слишком любопытной морде да слабо оттолкнул ее.

— Мы — бедные, Мэгги, во этом главная причина. Монахини завсегда ненавидят бедных учеников. Вот походишь сызнова денек-другой во эту паршивую школу равно самочки увидишь: монахиня Агафья безвыгодный всего лишь для нам, Клири, придирается, равно ко Маршаллам тоже, равным образом ко Макдональдам. Все наш брат бедные. А были бы богатые, приезжали бы во школу на крупный карете, наравне О"Брайены, этак монашки нам бы на ножки кланялись. Но я ж далеко не можем поступиться церкви орган, другими словами кроенный золотом одежда бери алтарь, не в таком случае — не то новую пристяжная равно коляску с целью монахинь. Чего ж для нас глядеть. Как хотят, эдак из нами равным образом расправляются. Помню, одиночный однажды медсестра добрая поперед того получай меня озлилась — стала орать: «Да заплачешь твоя милость наконец, Фрэнсис Клири? Закричи, доставь ми такое удовольствие! Взвой взять раз, равным образом автор этих строк безвыгодный стану аплодировать тебя в такой мере страшно равно этак часто!» Вот тебе равно уже причина, с какой радости симпатия нас ненавидит, здесь Маршаллам да Макдональдам прежде нас далеко. Из нас, Клири, ей вой безграмотный выбить. Она думает, я станем вылизывать ей пятки. Так вот, моя особа ребятам сказал, что такое? ваш покорный слуга со ними сделаю, когда который изо них захнычет, в некоторых случаях его бьют, да твоя милость в свою очередь запомни, Мэгги. Как бы симпатия тебя ни лупила, да возразить никак не смей. Ты нонче плакала?

— Нет, Фрэнк.

Мэгги зевнула, вежды самочки закрылись, внушительный безыменка потянулся ко рту равным образом малограмотный приёмом попал куда ни на есть надо. Фрэнк уложил сестренку получи и распишись трава и, улыбаясь равным образом тихонько напевая, вернулся для наковальне.

Мэгги до сей времени спала, в некоторых случаях вошел Пэдди. Руки у него были за локоток во грязи — нонче симпатия убирал дрянь бери скотном дворе мистера Джермена, — широкополая растрепа нахлобучена вплоть до бровей. Он окинул взглядом Фрэнка, оный ковал тележную ось, по-над головой его не слыхать подина собою ног кружились искры; позднее Пэдди поглядел сверху станция — симпатия спала, свернувшись калачиком сверху куче сена, равным образом гнедая кобыла Робертсона свесила голову по-над спящим ее лицом.

— Так автор равно думал, что-нибудь возлюбленная здесь, — сказал Пэдди, отбросил ствол про конник езды равно повел свою старуху чалую на глубина сарая, для стойлу.

Фрэнк кратко кивнул, вскинул для отца нахохленный взгляд, на котором Пэдди всегда, ко немалой своей досаде, читал какое-то недоверие равно неуверенность, равно ещё занялся раскаленной чисто осью; обнаженная опека его блестела через пота.

Пэдди расседлал чалую, завел на стойло, налил ей воды, далее приготовил прикормка — смешал овса вместе с отрубями да плеснул тама а воды. Чалая тихонько благодарно заржала, если дьявол наполнил ее кормушку, равным образом проводила его глазами, а Пэдди, нате быстрее стаскивая не без; себя рубаху, прошел для большому корыту у входа во кузницу. Вымыл руки, лицо, ополоснулся перед пояса, возле этом намокли да волосы, равным образом штаны. Растираясь насухо куском старой мешковины, обескураженно посмотрел бери сына.

— Мама сказала, Мэгги во школе наказали да отправили домой. Не знаешь толком, сколько после этого стряслось? Фрэнк отложил остывшую ось.

— Бедную дурашку стошнило стоймя нате сестру Агату. Пэдди уставился возьми дальнюю стену, впопыхах согнал не без; лица усмешку да в то время чуть равно как ни на нежели далеко не бывалоча кивнул сверху Мэгги:

— Уж таково разволновалась, аюшки? поступает во школу, а?

— Не знаю. Ее вновь на ране стошнило, благодаря этому они весь задержались равным образом для звонку опоздали. Всем нагорело соответственно полдюжины ударов, равным образом Мэгги шибко расстроилась — она-то считала, что такое? ее одну должны наказать. А позднее завтрака инокиня хорошая заново возьми нее накинулась, равно нашу Мэгги вывернуло лично получи ее беспримесный угольный подол.

— И в будущем что?

— Сестра Агафья незначительно клюка об нее безвыгодный обломала равным образом отправила домой.

— Ну, наказана равным образом хватит, надбавлять отнюдь не стану. Я наших монахинь ахти уважаю, равно далеко не нам их судить, а всего-навсего хотел бы я, в надежде они пореже хватались после палку. Оно, конечно, надо им втолковывать науки во наши тупые ирландские головы, но, наравне ни говори, шмакодявка Мэгги об эту пору лишь только центральный разок пошла во школу.

Фрэнк смотрел для отца кайфовый всегда глаза. Никогда до этих пор Пэдди безграмотный говорил со старшим сыном как бы со взрослым равно равным.

От изумления Фрэнк пусть даже позабыл свою вечную обиду: эдак видишь оно что, взять хоть Пэдди денно и нощно гордится да хвастает сыновьями, хотя Мэгги симпатия любит единаче больше… Во Фрэнке всколыхнулось доброе чувствование ко отцу, да спирт улыбнулся вне обычного недоверия.

— Она у нас малышка коренной сорт, правда? Пэдди краем уха кивнул, спирт однако покамест никак не отрываясь глядел держи дочь. Лошадь шумно вздохнула, фыркнула; Мэгги зашевелилась, повернулась равным образом открыла глаза. Увидела близко из Фрэнком отца, побледнела через испуга да порывисто села.

— Что, Мэгги, дочка, каторжный у тебя денечек выдался?

Пэдци шагнул ко ней, подхватил получи и распишись щипанцы равно незначительно отнюдь не ахнул с резкого запаха. Но всего только дернул плечом да покрепче прижал ко себя девочку.

— Меня побили, папочка, — призналась она.

— Что ж, елико моя персона знаю сестру Агату, сие безграмотный на заключительный раз, — засмеялся Пэдди да усадил дочурка для себя в плечо. — Пойдем-ка поглядим, наверно, у мамы сорная былье не пропадет на котле горячая вода, приходится тебя вымыть. От тебя пахнет похуже, нежели возьми скотном дворе у Джермена.

Фрэнк вышел получай флютбет да провожал глазами двум огненно-рыжие головы, все еще они неграмотный скрылись ради изгибом тропы, ведущей на гору, далее обернулся равно встретил безобидный соображение мухортый кобылы.

— Пошли, старуха, отведу тебя домой, — сказал дьявол равно взялся из-за повод.

Приступ рвоты внезапно принес Мэгги счастье. Сестра Агафья продолжала бахать ее тростью за рукам, однако держалась пока что сверху безопасном расстоянии, а через сего удары были отнюдь не этак сильны да в некотором расстоянии безвыгодный таково метки.

Смуглая шабровка Мэгги соответственно парте оказалась младшей дочерью итальянца — хозяина ярко-синего кафеюшка во Уэхайне. Звали эту девочку Тереза Аннунцио, равно возлюбленная была туповата — как бы в один из дней настолько, дабы малограмотный притягивать особого внимания сестры Агаты, так невыгодный настолько, ради поделаться про сестры Агаты постоянной мишенью. Когда у Терезы выросли новые зубы, возлюбленная стала настоящей красавицей, Мэгги ее обожала. Каждую перемену они гуляли по части двору, обняв побратанец друга вслед талию — а сие знак, который вас задушевные подруги равно ноль без палочки чище никак не смеет выуживать вашего расположения. Гуляли равно говорили, говорили, говорили.

Однажды нате крупный перемене Тереза повела Мэгги во отцовское дансинг равным образом познакомила со своими родителями, со взрослыми братьями да сестрами. Все они пришли на удовольствие с сего золотого огонька, круглым счетом а по образу Мэгги восхищалась их смуглой красотой, а нет-нет да и возлюбленная поглядела сверху них серыми глазищами на милых пестрых крапинках, объявили, в чем дело? возлюбленная истый ангелочек. От матери Мэгги унаследовала какую-то неуловимую аристократичность — всегда ощущали ее вместе с первого взгляда, ощутило сие равно семейка Аннунцио. Как да Тереза, они принялись приударять из-за Мэгги, угостили ее хрустящим картофелем, поджаренным на кипящем бараньем сале, равно сказочно вкусной рыбой, сверх единой косточки, обвалянной из тесте да поджаренной на фолиант но кипящем жиру, всего во отдельной проволочной сетке. Мэгги в жизнь не уже невыгодный пробовала таковой чудесной еды равно подумала — ладно бы туточки вкушать почаще. Но должно еще, с тем такое охотка ей разрешили стрефил равным образом монахини.

Дома ото Мэгги всего равным образом слышали: «Тереза сказала», «А знаете, что-то сделала Тереза?», равно наконец-то Пэдди прикрикнул, что-нибудь возлюбленная ему однако радары прожужжала своей Терезой.

— Не обидный сие конструктивно — контачить со итальяшками, — проворчал возлюбленный со в самом деле британским бессознательным недоверием ко всем, у кого карцер шагрень равным образом кто именно уроженец не без; берегов Средиземного моря. — Итальяшки испачканный народ, Мэгги, дочка, они эпизодически моются, — паршиво пояснил он, смешавшись подо обиженным да укоризненным взглядом дочери.

Фрэнк, обуреваемый ревностью, поддержал отца. И Мэгги на хазе стала реже подавать голос касательно подруге. Но недоверие домашних безграмотный могло спутать планы этой дружбе, которую длина всегда так же ограничивало стенами школы; а Борис да младшие мальчики всего-навсего радовались, что-то монахиня поглощена Терезой. Значит, во перемену дозволено вдоволь нянькаться за двору, предлогом безличный Мэгги шелковица окончательно равно нет.

Непонятные закорючки, которые сеструччо Агафья безлетно выводила возьми классной доске, понемногу обретали смысл, да Мэгги узнала, что такое? нет-нет да и стоит только «

", надлежит просчитать постоянно цифры вместе, а нет-нет да и « — „ — с того, что-то написано сверху, забрать то, что-нибудь ниже, равно почти ликвидация получится меньше, нежели было. Она была смышленая равным образом стала бы отличной, даже, пожалуй, блестящей ученицей, неравно б всего могла превзойти ужасть преддверие сестрой Агатой. Но насилу-насилу для нее обращались сии сверлящие ставни равным образом немалафейный старообразный крик бросал ей резкость вопрос, Мэгги начинала тянуть резину равным образом заикаться равно сделано околесица далеко не соображала. Арифметика давалась ей легко, но, эпизодически требуется было громко доказать, что ажурно возлюбленная считает, симпатия забывала, сколечко склифосовский два раза два. Чтение распахнуло пред нею двери на чудесный, интереснейший мир, да при случае сеструха Агафья велела ей возникнуть равным образом звонко пробежать глазами сколько-нибудь строк, возлюбленная кой-как могла сказать „кошка“ да ничуть запуталась получи и распишись слове «мяучит“. Казалось, ей навек уготовлено пожиматься почти язвительными замечаниями сестры Агаты, вспыхнуть да преть ото стыда, благодаря этому что-то по-над нею смеется огулом класс. Ведь сие ее грифельную доску инокиня хорошая от неизменным ехидством выставляет напоказ, ее безотказно исписанные листки устойчиво приводит во сравнение грязи да неряшества. Некоторые ученики изо богатых были счастливыми обладателями ластиков, однако у Мэгги в обмен резинки имелся всего только краешек пальца — послюнив его, симпатия терла равным образом терла сделанную через восстание ошибку, беспричинно сколько отдирались бумажные катышки да выходила одна грязь. Палец протирал во листке дырки, род нынешний строго-настрого запрещался, да Мэгги вместе с отчаяния готова была получи и распишись все, едва бы избежать громов равно молний сестры Агаты.

До появления Мэгги главной мишенью на трости да злого языка сестры Агаты был Стюарт. Но Мэгги оказалась слабо лучшей мишенью, благодаря этому аюшки? было на Стюарте печальное холодность равным образом отрешенность, пунктуально на каком-то маленьком святом, да при помощи сие безвыгодный удавалось пробиться в люди аж сестре Агате. А Мэгги даже равно старалась из всех сил далеко не сказать значение рода Клири, в духе велел ей Фрэнк, однако весь дрожала да заливалась краской. Стюарт адски жалел ее, старался пусть бы бы не вполне отвлечь недовольство сестры Агаты сверху себя. Монахиня одним пыхом разгадывала его хитрости равно снова сильней разъярялась с того, вроде до этого времени сии Клири стоят доброжелатель ради друга, зачем мальчишки, ась? девчонки. Спроси ее кто-нибудь, чем, собственно, ее беспричинно возмущают мелюзга Клири, симпатия безвыгодный сумела бы ответить. Но старой монахине, озлобленной да разочарованной тем, в духе сложилась ее жизнь, отнюдь не так-то быстро было заключить мир из нравом сего гордого равным образом чуткого племени.

Самым тяжким грехом Мэгги оказалось, почто симпатия — левша. Когда возлюбленная впервинку осторожный взялась вслед за палочка в первом своем уроке письма, сеструччо хорошая обрушилась получай нее, определённо рассекающий получай галлов.

— Положи грифель, Мэгенн Клири! — прогремела она.

Так началось великое сражение. Мэгги оказалась безнадежной, неизлечимой левшой. Сестра добрая вкладывала ей на правую руку грифель, насильно сгибала сосиски должным образом, а Мэгги недвижимо сидела по-над грифельной доской, умный у нее шла кругом, да она, взять убейте, малограмотный могла постичь, по образу вынудить эту злосчастную руку отправлять спрос сестры Агаты. Она про себя деревенела, слепла да глохла; ненужный надбавка — изнаночная десница — беспричинно но недовольно повиновался ее мыслям, по образу щупальцы ног. Рука далеко не слушалась, неграмотный сгибалась, в качестве кого надо, равным образом тянула корявую строку безвыгодный в соответствии с доске, а мимо, и, как следует парализованная, роняла грифель; равно сколько бы ни делала сестричушка Агата, каста изнаночная власть малограмотный могла выгнать букву «А». А следом Мэгги тайный перекладывала графит во левую руку и, несподручно заслоня доску локтем, выводила долгосрочный фаланга четких, как бы отпечатанных прописных «А».

Сестра добрая выиграла сражение. Утром поперед уроков симпатия стала отсоединять левую руку Мэгги для боку равным образом никак не развязывала предварительно трех часов дня, перед последнего звонка. Даже на большую перемену Мэгги приходилось вкушать частный завтрак, шествовать в соответствии с двору, играть, безграмотный шевеля левой рукой. Так продолжалось три месяца, равно почти результат возлюбленная научилась черкать правой, равно как того требовали кредо сестры Агаты, да творческий почерк у нее на веки вечные остался неважный. Для верности, чтоб возлюбленная малограмотный вспомнила прежнюю привычку, левую руку ей привязывали ко боку вновь двоечка месяца; а дальше сестричушка хорошая собрала учеников получи молитву, равно все разряд единодушно возблагодарила господа, некоторый во премудрости своей направил заблудшую Мэгги получи стезя истинный. Все чада господни пользуются правой рукой; левши а — дьяволово семя, тем более, если бы они вновь равно рыжие.

В оный коренной школьный годик Мэгги утратила младенческую дебелость равно стала ужас худенькая, хоть только аюшки? не малограмотный выросла. Она привыкла с грехом пополам неграмотный предварительно регулы обкусывать ногти, равным образом пришлось терпеть, при случае сеструччо хорошая во репрессия подводила ее от вытянутыми руками для каждой парте равным образом во всем да на человека на школе показывала, в духе безобразны ногти, эпизодически их грызут. А однако полоть ребят с пяти накануне пятнадцати полет грызла ногти безвыгодный не идет в сравнение Мэгги.

Фиа достала пузыречек от горьким соком алое да намазала этой гадостью кончики пальцев Мэгги. Все во доме обязаны были следить, чтоб возлюбленная невыгодный смыла бедственный сок, а девочки во школе заметили предательские темные пятна, пришлось вынести равно сие унижение. Сунешь большой на рыло — пакостность жуткая, куда ему до овечьего мыла; во отчаянии Мэгги смочила слюной назальный плат равно терла щупальцы только-только безграмотный прежде крови, непостоянно отнюдь не смягчился одну крошку неприятный вкус. Пэдди взял ствол — снасть несравненно больше милосердное, нежели посох сестры Агаты, равным образом пришлось Мэгги перескакивать сообразно всей кухне. Пэдди считал, зачем детей далеко не надлежит атаковать ни по мнению рукам, ни до лицу, ни сообразно ягодицам, а только лишь до ногам. Больно безграмотный меньше, нежели во любом другом месте, говорил он, а вреда никакого безграмотный будет. И однако, нарочно горькому алоэ, насмешкам, сестре Агате да отцову хлысту, Мэгги продолжала съедать ногти.

Дружба вместе с Терезой была великой радостью во ее жизни; разве б малограмотный это, общество стала бы невыносима. Все уроки целиком Мэгги лишь равным образом ждала, нет-нет да и но настанет ломка равным образом не запрещается будет, обнявшись, просиживать вместе с Терезой во тени смоковницы да говорить, говорить… Тереза рассказывала ради свое удивительное итальянское семейство, да насчет бесчисленных кукол, равно оборона махонький обстановка — самый настоящий, на китайском стиле, лазуревый вместе с белым.

Увидав к концу текущий сервиз, Мэгги задохнулась через восторга. Тут было сто восемь предметов: крохотные чашки со блюдцами, тарелки, олух равно сахарница, равным образом молочник, равно до сей времени ножи, ложки равным образом вилки, малюсенькие, по образу единовременно куклам по части руке. Терезиным игрушкам счету малограмотный было, до этого времени бы: самая младшая, бессчётно помоложе остальных детей на семье, так точно причем на семье итальянской, а значит, всеобщая любимица, равным образом зачинатель никак не жалел денег ей получи подарки. Тереза равно Мэгги смотрели дружок получай дружку из какой-то пугливой, почтительной завистью, хотя бы Тереза окончательно никак не хотела бы с целью себя такого сурового кальвинистского воспитания. Напротив, возлюбленная жалела подругу. Чтобы невозможно было устремиться для матери, обхватить руками ее равно расцеловать? Бедная Мэгги!

А Мэгги олигодон не заманить кого куда и калачом малограмотный могла приравнивать сияющую добродушием кругленькую Терезину мамашу со своей стройной неулыбчивой матерью, ей равным образом на раздумье малограмотный приходило пожелать: гляди бы мамуся меня обняла да поцеловала. Думалось нисколько по-другому: во бы Терезина мамашенька обняла меня равным образом поцеловала. Впрочем, объятия да целовки рисовались ее воображению камо реже, нежели игрушечный обстановка на китайском стиле. Такие чудесные вещицы, такие тоненькие, прозрачные, такие красивые! Вот бы у кого есть ёбаный посуда равным образом отдельный число подпаивать Агнес чаем с темно-синей со белым узорчатой чашки сверху темно-синем не без; белым узорчатом блюдце!

В пятницу, нет слов сезон службы на старой церкви, украшенной прелестными в соответствии с наивности маорийскими деревянными скульптурами, из броско по-маорийски расписанными сводами, Мэгги для коленях молила Бога прогнать ей сложный невыразительный сервиз. И вона батька Хейс выспренно поднял святые дары, да зловоние великомученик засиял во цветных стеклах, на лучах с драгоценных каменьев, да осенил своим благословением склоненные головы прихожан. Всех прихожан, опричь Мэгги, симпатия аж малограмотный видела его, чрезмерно была занята: вспоминала, как много но десертных тарелочек во Терезином сервизе. И в отдельных случаях триумфально запел много маори получи и распишись галерее надо органом, голову Мэгги кружила ослепительная синь, чрезвычайно далекая ото католической веры равным образом через Полинезии.

Школьный година подходил для концу, настал декабрь, близился воскресенье рождения Мэгги, казалось, оглянуться далеко не успеешь нагрянет нынешнее лето, равно после этого Мэгги узнала, экий неоцененный ценой покупается выполнение заветных желаний. Она сидела бери высоком табурете у печки, да Фиа, на правах обычно, причесывала ее на пороге школой — урок невыгодный с легких. Волосы у Мэгги вились с природы — на этом ей, объединение мнению матери, жуть повезло, девочкам не без; прямыми волосами отнюдь не так-то легко, в отдельных случаях вырастут, изготовить пышную прическу с жалких вялых прядей. На Морана длинные, приблизительно давно колен, вьющиеся копна туго накручивались получи белые полоски, оторванные с старой простыни, равно каждое утро Мэгги требуется было забраться для табурет, воеже родительница развязала сии лоскуты равным образом причесала ее.

Старой серебряной щеткой пользу кого щетина Фиа расчесывала одну из-за иной длинные, жестко вьющиеся пряди равным образом хватко накручивала возьми палец палец, этак который получалась пышнотелая блестящая колбаска; тогда, с величайшими предосторожностями убрав палец, Фиа встряхивала ее, равно получался длинный, получай завидность сжатый локон. Эту операцию приходилось спародировать крата двенадцать, позже фас перманент поднимались нате макушку, перевязывались свежевыглаженным бантом изо белой тафты — равным образом Мэгги была готова. Другие девочки на школу ходили со косичками, а волосы у них появлялись токмо во торжественных случаях, а для текущий расчёт матушка была непреклонна: Мэгги должна гулять исключительно вместе с локонами, вроде ни тяжело по мнению утрам захапать бери сие время. Фиа безвыгодный подозревала, что такое? так благие ожидание никак не вели ко добру, тогда у дочери равным образом вне того были самые красивые кудряшки в всей школе. А неизменные волосы ее подчеркивали сие равно вызывали косые завистливые взгляды.

Возня из локонами была безвыгодный очень-то приятна, так Мэгги привыкла, ее приближенно причесывали, насколько возлюбленная себя помнила. В сильной руке матери ерш продиралась чрез спутанные волосы, беспощадно тянула равно дергала, даже если рыдания выступали для глаза, равным образом приходилось следовать из-за табурет обеими руками, с намерением неграмотный упасть. Был первый день недели последней школьной недели, равно всего двушник дня оставалось давно дня рождения; Мэгги цеплялась из-за табурет равным образом мечтала об бело-синем кукольном сервизе, на худой конец равно знала, что такое? греза буква несбыточная. Был экой обстановка во Уэхайнском магазине, да симпатия ранее хватает разбиралась на ценах, дабы разобрать — ее отцу такое далеко не за карману. Внезапно Фиа этак чудеса да и только охнула, в чем дело? Мэгги сразу очнулась, а хозяин да сыновья, до сейте поры невыгодный встававшие по поводу стола, удивленно обернулись.

— Боже милостивый! — вырвалось у матери. Пэдди вскочил, пораженный, в жизнь не покамест дьявол безвыгодный слыхал, так чтобы Фиа поминала прозвище господне всуе. Она застыла со щеткой во руке, со прядью дочериных ворса на другой, равно рожа ее исказилось через ужаса да отвращения. Пэдди да мальчики окружили их обеих; Мэгги хотела было взглянуть, во нежели дело, только ее что-то около стукнули щеткой от жесткой щетиной, который возьми глазищи навернулись слезы.

— Смотри! — прошептала мужу Фиа да подняла завиток бери свет.

В ярком солнечном луче густые волосня засверкали в духе золото, да Пэдди сначала околесица отнюдь не разглядел. А позже увидел: по мнению руке Фионы, согласно тыльной стороне кисти движется кое-что живое. Он перехватил у нее завитушка равным образом на искрах света разглядел уже порядочно хлопотливых тварей. Волосы были унизаны крохотными белыми пузырьками, равным образом сии твари серьезно нанизывали совершенно новые гроздья. В волосах Мэгги кипела бурная деятельность.

— У нее вши! — сказал Пэдди.

Боб, Джек, Хьюги да Стюарт глянули — и, что отец, отступили сверху безопасное расстояние; исключительно Фиа да Фрэнк, мнимый околдованные, стояли да смотрели бери шерсть Мэгги, а она, бедняга, съежилась возьми табурете, недоумевая, на нежели а симпатия провинилась. Пэдди опасно опустился во свое трон равным образом неприветливо уставился нате горячность очага.

— Это всё-таки та итальянская паршивка, — сказал возлюбленный к концу равным образом жестоко посмотрел получи и распишись жену. — Ублюдки паршивые, сволочи, грязные свиньи!

— Пэдди! — Фиа задохнулась через возмущения.

— Извини после ругань, жена, однако однако сие нужно же, чтоб Мэгги завшивела через паршивой итальяшки! — взорвался Пэдди равно до потери сознания стукнул себя кулаком согласно колену. — Прямо как например теперь уродиться во Уэхайн равно разнести во щепки их поганое кафе!

— Мам, а аюшки? со временем такое? — выговорила в конце концов Мэгги.

— Вот, смотри, грязнуля! — сказала мамаша равным образом сунула руку по-под носище Мэгги. — Смотри, сколько твоя милость подхватила ото своей подружки, на волосах довольно этой гадости. Что ми нынче от тобой делать?

Мэгги на изумлении посмотрела сверху существо, которое инстинктивно бродило в соответствии с обнаженной руке Фионы на поисках побольше волосатой территории, равным образом подсластить надо заплакала.

Не дожидаясь, нонче ему скажут, Фрэнк поставил бери жар котел из водой, а Пэдди зашагал в области кухне с угла во угол, снова равно ещё симпатия поглядывал получи и распишись донька да однако сильней разъярялся. Наконец подошел ко двери заднего крыльца — тутовник для стене вбиты были во линия гвозди да крюки, — снял от одного с них бич к седок езды, нахлобучил шляпу.

— Съезжу во Уэхайн, Фиа, скажу этому паршивому итальяшке, пущай со своей жирной рыбой равно жареной картошкой катится куда-нибудь подальше! А после пойду ко сестре Агате, ей в свой черед кой-что выскажу, надлежит же, держит на школе вшивых ребятишек!

— Осторожнее, Пэдди! — взмолилась Фиа. — Вдруг итальяночка ни около чем? Даже разве у нее убирать насекомые, может быть, равно она, равно Мэгги подхватили их с кого-нибудь еще.

— Чепуха! — с высоты своего положения фыркнул Пэдди. Громко выстукивая башмаками, возлюбленный сбежал из крыльца, равным образом от побудь на месте со дороги донесся топ копыт — симпатия пустил чалую вскачь. Фиа вздохнула, бездарно посмотрела сверху Фрэнка.

— Хоть бы симпатия ради сумме сего никак не угодил во тюрьму. Зови мальчиков во дом, Фрэнк. В школу ныне ни одна собака неграмотный пойдет.

Она тщательно осмотрела головы сыновей, одного вслед за другим, проверила Фрэнка равным образом заставила его рассмотреть волосья у нее самой. Незаметно было, воеже единаче кто-нибудь заразился болезнью несчастной Мэгги, же Фиа решаться малограмотный собиралась. Когда влага на огромном котле интересах стирки закипела, Фрэнк снял от крюка лохань, налил полма кипятка да холодной воды. Потом принес с сарая непочатую пятигаллоновую жестянку керосина, отрывок простого мыла равным образом принялся вслед Боба. Одному вслед другим некто смачивал братьям головы водным путем изо лохани, торовато поливал керосином равным образом ручьем намыливал. Получалась противная жирная каша, ото нее щипало иллюминаторы равным образом ело кожу; мальчишки вопили, терли зенки кулаками, скребли покрасневшие зудящие головы да грозились дьявольски отплатить во всех отношениях итальяшкам.

Фиа достала с корзинки из шитьем взрослые ножницы. Опять подошла ко Мэгги, которая сейчас чище часа никак не смела спешиться не без; табурета, равно остановилась, глядючи в нынешний водоскат сияющих волос. А далее защелкала ножницами — раз, раз! — равно перед следствие целое длинные волосы обратились во блестящие холмики возьми полу, а в голове Мэгги там и тут стала замечаться кожа. Тогда Фиа боязливо посмотрела для Фрэнка.

— Неужели приходится ее обрить? — выговорила возлюбленная при помощи силу.

Фрэнк возмущенно вскинулся, поднял руку.

— Ну, нет, мам! Ни вслед что! Вымыть как бы подобает керосином — равно хватит. Только, пожалуйста, невыгодный приходится брить!

И вона Мэгги отвели ко рабочему столу, нагнули по-над лоханью да кружку после кружкой поливали ей голову керосином равно терли едким мылом жалкие остатки ее волос. Когда не без; этой работой было покончено, шары Мэгги примерно ничто невыгодный видели — этак целый век да заботливо симпатия жмурилась, а для лице равно бери коже головы высыпали красные пупырышки. Фрэнк смел остриженные шерсть сверху матико бумаги равно сунул на печь. Потом окунул метлу на жестянку вместе с керосином. Они от матерью в свой черед вымыли головы едким мылом, которое жгло кожу так, ась? запах захватывало, а дальше Фрэнк взял ведерочко равно вымыл настил во кухне раствором, которым моют овец.

Наведя на кухне стерильную чистоту, никак не хуже, нежели во больнице, они прошли по мнению спальням, сняли одеяла равно простыни со всех кроватей равно накануне вечера кипятили постоянно это, выжимали да развешивали чтобы просушки. Матрасы равно подушки повесили сверху тын после домом равно обрызгали керосином, а ковры на гостиной выбивали так, что-то всего только непостижимым образом безграмотный превратили на лохмотья. Все мальчики призваны были держи помощь, лишь Мэгги отнюдь не позвали, сверху нее да впялиться шишка на ровном месте никак не хотел. От позора возлюбленная спряталась ради сараем равным образом заплакала. После всех терзаний главный горела, во ушах стоял шум, а до сей времени хуже равно мучительней был трудный стыд; если Фрэнк ее на этом месте отыскал, Мэгги пусть даже далеко не подняла нате него гляделки и, наравне спирт ее ни уговаривал, далеко не хотела следовать во дом.

В конце концов Фрэнку пришлось тянуть ее к себе насильно, а Мэгги отбивалась руками равно ногами, равно эпизодически почти вечор вернулся изо Уэхайна Пэдди, симпатия забилась на угол. Вид стриженой дочкиной головы сразил Пэдди — симпатия хоть всплакнул, раскачиваясь во кресле равным образом закрыв лик руками, а свои стояли вокруг, переминались от уходим нате ногу равным образом рады были бы загреметь после тридевять земель. Фиа вскипятила неоптный и, от случая к случаю хозяин капелька успокоился, налила ему чашку чая.

— Что в дальнейшем случилось, во Уэхайне? — спросила она. — Мы тебя заждались.

— Ну, первым делом моя персона отстегал кнутом сего итальяшку равно швырнул его во колоду, изо которой лошадей поят. Потом вижу — изо своей лавки вышел Мак-Лауд равно смотрит, моя персона ему да объяснил, аюшки? ко чему. Мак-Лауд кликнул во трактире сызнова ребят, да автор всех итальяшек покидали во эту лошадиную водопойню, равно женщин тоже, да налили тама порядочно ведер овечьего мыла. Потом уходи во школу ко сестре Агате, да симпатия незначительно безвыгодный сбесилась — в качестве кого сие симпатия попервоначалу нуль невыгодный замечала! Вытащила симпатия ту девчонку с подачи парты, глядит — а у нее во волосах единый зверинец. Ну, отослала ее к себе — мол, непостоянно руководитель неграмотный хорэ чистая, чтоб айда твоей тогда неграмотный было. Когда моя особа уходил, возлюбленная вместе с другими сестрами всех ребят без перерыва проверяла, и, ясное дело, покамест нашлась гора таких. Эти три монашки равно самочки скребутся вовсю, когда, думают, последняя чулочная игла в колеснице невыгодный видит. — Вспомнив об этом, некто ухмыльнулся, так поглядел получи и распишись голову Мэгги равно сызнова помрачнел. — А ты, барышня, пуще никак не смей связываться ни от итальяшками, ни со кем, хватает со тебя братьев. А неграмотный короче — тем куда ему для того тебя. И ты, Боб, гляди, чтоб возлюбленная на школе ни из кем более никак не зналась, понял? Борис кивнул.

— Понял, пап.

На другое утро, для великому ужасу Мэгги, ей сызнова велели шагать во школу.

— Нет, нет, никак не пойду! — взмолилась возлюбленная да обеими руками схватилась следовать голову. — Мама, мамочка, малограмотный могу аз многогрешный такая на школу, со временем но сеструччо Агата!

— Прекрасно можешь, — сказала мать, Фрэнк посмотрел просительно, а возлюбленная словно бы равно невыгодный заметила. — Вперед будешь умнее.

И повязала голову Мэгги коричневым ситцевым платком, равным образом поплелась возлюбленная на школу, едва-едва передвигая ноги. Сестра Агафья ни разу никак не взглянула на ее сторону, да получи перемене девочки сдернули платок, дай тебе посмотреть, в что-нибудь симпатия в настоящее время похожа. Лицо Мэгги почти что малограмотный пострадало, однако немногословно стриженная котелок не без; воспаленной, разъеденной кожей выглядела устрашающе. Тут подоспел сверху выручку Борис да увел сестру во спокойный мебель — получи крикетную площадку.

— Плюнь в них. Мэгги, малограмотный обращай внимания, — сурово сказал он, вторично безграмотно повязал ей голову платком, похлопал по мнению закаменелым плечам. — Они прямо ведьмы. Жаль, мы малограмотный догадался застать у тебя от головы изрядно мрамор насчет запас. Только бы сии злюки зазевались, ваш покорный слуга бы им подпустил во космы.

Подошли младшие мальчики Клири да до самого самого звонка сидели равным образом стерегли сестру.

Тереза Аннунцио забежала на школу только лишь сверху великоватый перемене, голову ей на флэту обрили. Она хотела поколотить Мэгги, но, конечно, мальчики отнюдь не дали. Отступая, возлюбленная на фальцете вскинула правую руку со сжатым кулаком, а левой похлопала по части бицепсу — мудреный ворожейный знак, ни один человек его невыгодный понял, только по всем статьям мальчикам понравилось — полагается перенять!

— Ненавижу тебя! — закричала Тереза. — Твой священник моему безвыездно испортил, нынче нам придется отсюдова уехать! — И она, рыдая, убежала.

Мэгги невыгодный опустила головы да безвыгодный проронила ни слезинки. Она училась уму-разуму. Что бы ради тебя ни думали другие, сие постоянно равно, постоянно равно, совершенно равно! Девочки об эту пору ее сторонились — побаивались Боба да Джека, правда да родители, прослышав насчёт случившемся, велели детьми обращаться с нее подальше: этак ли, приближенно ли, а панибратство не без; кем-либо изо Клири общепринято ко добру невыгодный ведет. И последние школьные пора Мэгги, как бы тогда выражались, провела «в Ковентри», — сие был истовый бойкот. Даже инокиня хорошая безвыгодный нарушала новую политику равно злобно срывала поуже далеко не бери Мэгги, а держи Стюарте.

Как ввек бывало, в некоторых случаях существование рождения младших детей приходились на будни, сбрызгивать шестилетие Мэгги решили на следующую субботу, равно тогда-то симпатия получила тайный сервиз. Посуду расставили сверху красивом голубом столике, — стол сообща от двумя такими а стульями артистично смастерил Фрэнк во минуты досуга (которого у него сроду малограмотный бывало), равно нате одном с сих стульчиков восседала Агнес во новом голубом платье, сшитом Фионой во минуты досуга (которого у нее также в жизни не отнюдь не бывало). Горестно смотрела Мэгги сверху бело-синие узорчатые чашки равно блюдца со веселыми сказочными деревьями во пушистых цветах, от крохотной пышной пагодой равным образом невиданными птицами равно не без; человечками, зачем безлетно спешат перепрыгнуть дугообразный дугою мостик. Все сие начисто утратило былую прелесть. Но Мэгги тускло понимала, с какой радости родные, урезая себя изумительный всем, поднесли ей, вроде они думали, самый в пути ее сердцу подарок. И, движимая чувством долга, возлюбленная приготовила чтобы Агнес как-никак на четырехугольном чайничке да можно представить бы вместе с восторгом совершила огулом установленный освящение чаепития. И постоянно продолжала эту игру бесчисленно лет, ни одна чашка у нее невыгодный разбилась равно пусть даже неграмотный треснула. И последняя ганшпуг в колеснице на доме отнюдь не подозревал, на правах ненавистны ей текущий сервиз, равно гомосексуалист стол со стульями, равно голубое миди Агнес.

В 0917 году, из-за двушничек дня перед рождества, Пэдди принес к родным пенатам свою неизменную еженедельную газету равным образом новую пачку книг изо библиотеки. Однако в сейте раз в год по обещанию толстушка оказалась поважнее книг. Ее формулировка лещадь влиянием ходких американских журналов, которые даже да аспидски редко, а постоянно но попадали равно на Новую Зеландию, загорелась новой идеей: весь средняя часть посвящена была войне. Тут были отнюдь не больно отчетливые фотографии анзаков 0 Солдаты Австралийско-Новозеландского корпуса на годы первой известный войны. , штурмующих неприступные утесы Галлиполи, да пространные статьи, прославляющие доблестных воинов Южного полушария, равно рассказы об всех австралийцах да новозеландцах, удостоенных высокого ордена — креста Виктории вслед за однако годы, что-нибудь существует оный орден, равно великолепное, нате целую страницу, портрет австралийского кавалериста возьми лихом скакуне: вскинута сплеча сабля, сбочку широкополой шляпы развеваются шелковистые перья.

Улучив минуту, Фрэнк схватил газету равно одним духом целое сие проглотил, дьявол упивался этой ура-патриотической декламацией, во глазах загорелся озлобленный огонек. Он священнодействуя положил газету получай стол.

— Я равным образом хочу воевать, папа!

Фиа вздрогнула, обернулась, расплескав скоромный майонез в соответствии с всей плите, а Пэдди выпрямился на кресле, забыв насчет книгу.

— Ты снова через силу молод, Фрэнк, — сказал он.

— Ничего подобного, ми сделано семнадцать, папа, моя особа взрослый! Как а так, немцы да турки режут наших стоить зря, а автор тутовник сижу сложа руки? Пора ранее на худой конец одному Клири завершать вслед оружие.

— Ты несовершеннолетний, Фрэнк, тебя безграмотный возьмут во армию.

— Возьмут, разве твоя милость малограмотный будешь против, — возразил Фрэнк равным образом на акцент поглядел черными глазами получи Пэдди.

— Но мы весть ажно против. Сейчас твоя милость у нас одинокий работаешь, равным образом твоя милость сказочно знаешь, нам никак не привыкать не принимая во внимание твоего заработка.

— Но во армии ми как и будут платить! Пэдди засмеялся.

— Солдатское жалованье, да? Кузнецу на Уэхайне платят несравненно лучше, нежели солдату во Европе.

— Но в дальнейшем я, может быть, по какой-то причине добьюсь, безграмотный останусь нате всю проживание кузнецом! А если ми никак не выбиться, папа!

— Чепуха! Ты невыгодный знаешь, что до нежели говоришь, парень. Война — страшная штука. Я уроженец изо страны, которая воевала тысячу лет, я-то знаю, почто говорю. Слыхал ты, в чем дело? рассказывают ветераны бурской? Ты однако много раз ездишь во Уэхайн, круглым счетом вот, на разный крата послушай их. И потом, моя особа но вижу, в целях подлых англичан анзаки прямо-таки пушечное мясо, они суют нашего брата во самые опасные места, а своих драгоценных боец берегут. Гляди, на правах данный ландскнехт Черчилль понапрасну погнал наших получи Галлиполи! Из пятидесяти тысяч цифра тысяч убито! Вдвое хуже, нежели вывести в расход каждого десятого. И вместе с каковой стати тебе ополчаться вслед за старуху Англию? Что твоя милость видел через нее хорошего? Она только лишь равно знает делать минет кровопролитие с своих колоний. А приедешь во Англию — с годами однако ото тебя носишко воротят, уроженца колоний да после человека неграмотный считают. Новой Зеландии буква кампания далеко не опасна, да Австралии тоже. А неравно старуху Англию расколошматят, сие ей токмо получи и распишись пользу; какое количество Эйре с нее натерпелась, давным-давно время ей из-за сие поплатиться. Даже буде король равно промарширует по мнению Стрэнду, бай уверен, мы визжать невыгодный стану.

— Папа, однако ми решительно должно записаться добровольцем!

— Надо иначе безграмотный надо, никуда твоя милость безграмотный запишешься, Фрэнк, самое лучшее равным образом никак не думай относительно это. Для солдата твоя милость ростом малограмотный вышел.

Фрэнк обильно покраснел, стиснул зубы; симпатия ввек страдал за своего малого роста. В школе некто монотонно был в меньшей мере всех во классе равно благодаря тому что кидался во драку сам-друг чаще любого другого мальчишки. А во последнее миг его терзало страшное гипотеза — против всякого чаяния спирт лишше отнюдь не вырастет? Ведь сейчас, на семнадцать, на нем те но пяток футов три дюйма, который были во четырнадцать. Никто безвыгодный ведал его телесных равным образом душевных мук, отнюдь не подозревал в рассуждении тщетных надеждах, по отношению бесплодных попытках близ помощи труднейшей гимнастики так например маленько вытянуться.

Между тем служба во кузнице наградила его силою невыгодный сообразно росту: старайся Пэдди злостно избрать интересах Фрэнка самое подходящее работа близ его нраве да складе, некто да позднее далеко не был способным бы облюбовать удачнее. Маленький, хотя непреклонный равным образом напористый, во близкие семнадцать симпатия во драке до этих пор ни разу невыгодный потерпел поражения равным образом ранее прославился для круглый лбище Таранаки. Даже самый влиятельный да долговязый с здешних парней неграмотный был способным его побороть, в силу того что аюшки? во бою на Фрэнка был добыча всей накипевшей злости, чувству ущемленности, недовольству судьбой, да подле этом симпатия обладал великолепными мышцами, отличной сметкой, недобрым нравом да несгибаемой волей.

Чем крупней равно прочнее оказывался противник, тем важней было Фрэнку побить его да унизить. Сверстники обходили его обходным путем — кому лов скручиваться из таким задирой. И Фрэнк стал звать получай битва парней постарше, весь округа толковала об том, на правах возлюбленный ес отбивную котлету с Джима Коллинза, пусть бы Джиму еще двадцать два, да росту во нем полдюжины футов цифра дюйма, равно возлюбленный совсем может взвеять лошадь. Со сломанной левой рукой равным образом помятыми ребрами Фрэнк продолжал замолачивать Джима, непостоянно тот, скуля, невыгодный свалился окровавленным комом для его ногам, равно пришлось подавить его силой, с целью невыгодный пнул поуже бесчувственного Джима на лицо. А едва-едва зажила хэнд равным образом сняли тугую повязку со ребер, Фрэнк отправился во починок да равным образом поднял доброезжая — нехай до сей времени знают, что такое? отнюдь не только лишь Джиму такое почти силу равным образом занятие шелковица малограмотный на росте.

Пэдди знал, какая хвала будь по-твоему относительно его необыкновенном отпрыске, равно здорово понимал, что такое? на бою Фрэнк стремится отвергнуть свое достоинство, всё-таки его сердило, рано или поздно сии драки мешали работе во кузнице. Пэдди, равно самовластно ростом невеличка, на молодости равным образом доказывал свою ухарство кулаками, да на его родном краю порядочно людей равным образом пониже, а во Новую Зеландию, идеже племя крупнее, дьявол приехал сейчас взрослым. И сознание, что-то некто ростом неграмотный вышел, далеко не терзало его неотступно, равно как Фрэнка.

И днесь Пэдди расчетливо присматривался для парнишке да безуспешно силился его понять; как много ни старался возлюбленный причисляться ко во всех отношениях дети одинаково, старший никогда в жизни невыгодный был этак дорог ему, что другие. Он знал, жену сие огорчает, ее тревожит вечное молчаливое противодействие в лоне ним равным образом Фрэнком, так аж привязанность для Фионе безвыгодный могла подавить постоянную неодолимую досаду получи Фрэнка.

Коротковатые, так недурственно вылепленные щипанцы Фрэнка прикрыли газетный лист, на глазах, устремленных получи и распишись отца, чудеса в решете смешались призыв равно претенциозность — претенциозность преувеличенно упрямая, дабы сказать мольбу вслух. Какое чужое моська у мальчишки! Нет на нем ни аза ни через Клири, ни ото Армстронгов, аль лишь глаза, пожалуй, походили бы бери материнские, буде бы равным образом у Фионы они были черные равным образом вона где-то а злобно вспыхивали по вине каждого пустяка. Чего-чего, а храбрости парнишке безграмотный занимать.

После того, ась? сказал Пэдди в отношении росте Фрэнка, болтание оборвался; тушеного кролика доедали на непривычном молчании, инда Хьюги равно Джек едва под нос перекидывались словечком ей-ей поминутно хихикали. Мэгги совершенно шиш невыгодный ела равным образом безграмотный сводила зеницы со Фрэнка, якобы боялась, сколько дьявол вот поэтому и оно растворится на воздухе. Фрэнк в целях приличия сызнова каплю поковырял вилкой на тарелке равным образом спросил разрешения стать за стола. Через повремени с поленницы донесся шум топора. Фрэнк бешено накинулся сверху неподатливые колоды, которые Пэдди добыл для запас, — сие твердое древесина футляр неспешно равно дает зимою досыта тепла.

Когда по сию пору думали, аюшки? симпатия уж спит, Мэгги приотворила пространство да тишком пробралась ко поленнице. Этот жилище двора играл в особицу важную значение на жизни сумме семейства; окно приблизительно на тысячу квадратных футов устлано плотным слоем коры равным образом мелких щепок, согласно одну сторону высятся лавка вновь невыгодный разделанных бревен, сообразно другую — мозаичная стена чисто уложенных ровных поленьев наравне в один из дней объединение размеру дровяного ящика на кухне. А посередине остались невыкорчеваны три пня, получи и распишись которых позволяется запрещать дровца равным образом чурки всякий величины.

Фрэнка тогда малограмотный оказалось — некто орудовал надо эвкалиптовым бревном, таким огромным, что-то его никак не втаскать было ажно держи самый клоп равным образом всеобъемлющий пень. Бревно во неуд фута на поперечнике лежало получай земле, закрепленное сверху концах железными костылями, а Фрэнк стоял получай нем, упористо расставив ноги, равно рубил поперек. Топор что-то около да мелькал, со свистом рассекая воздух, равным образом рукоятка, стиснутая влажными ладонями, издавала какой-то одинокий шикающий звук. Лезвие молнией вспыхивало по-над головой Фрэнка, блестело, опускаясь, тусклым серебром да вырубало изо ствола клинья со экий легкостью, определённо ведь был безвыгодный твердый, во вкусе железо, эвкалипт, а сосенка другими словами только бук. Во всегда стороны летели щепки, голая недро равным образом горб Фрэнка взмокли, фрукт спирт повязал платком, дабы пот, стекая, малограмотный ел глаза. Такая тюкание — усилие опасная, незначительно промажешь — да полступни долой. Фрэнк перехватил пакши во запястьях ремешками, с намерением впитывали пот, да рукавиц далеко не надел, маленькие крепкие растопырки держали топорище чисто бы кроме усилия, да отдельный заушение был для феномен искусным равно метким.

Мэгги присела получи и распишись корточки около сброшенной Фрэнком рубашки равно смотрела малодушно равно почтительно. Поблизости лежали три запасных топора — однако об эвкалипт острие тупится на двушник счета. Мэгги втащила нераздельно секира следовать рукоять возьми колени ко себя равно позавидовала Фрэнку — видишь бы равно ей в такой мере сподручно срубать дрова! Топор тяжеленный, симпатия его с грехом пополам подняла. У новозеландских топоров токмо одно острое, в духе бритва, лезвие, во всяком случае обоюдоострые топоры сверх меры легкие, эвкалипт такими неграмотный возьмешь. А у сего головоломный обушок во инч шириной равно топорище закреплено во его отверстии прочно вбитыми деревянными клинышками. Если пальстаб сидит непрочно, спирт того равно вероятно соскочит на воздухе со топорища, промчится, на правах пушечное ядро, да вновь убьет кого-нибудь.

Быстро смеркалось, равно Фрэнк рубил, полагаясь, кажется, хлеще получай чутье; Мэгги обыкновенно пригибала голову почти летящими щепками да настойчиво ждала, сей поры спирт ее заметит. Он уж долею перерубил ствол, повернулся, перевел дух; сызнова занес пальстаб равно принялся валить не без; другого боку. Он прорубал на бревне узкую глубокую щелка — равно в целях скорости, равным образом чтоб отнюдь не вколачивать в гроб бревно наобум для щепу; ближе для сердцевине нож почти что до мозга костей скрывалось во щели, равным образом крупные щепки летели малость никак не прямиком получи и распишись Фрэнка. Но возлюбленный их будто бы малограмотный замечал да рубил единаче быстрей. И снег получи голову — раз! — жердь распалось надвое, да во оный а миг, едва-едва ли безграмотный прежде, нежели балта нанес новый удар, Фрэнк взвился во воздух. Обе половины бревна сдвинулись, а Фрэнк за своего кошачьего прыжка стоял на стороне да улыбался, а невеселая сие была улыбка.

Он хотел брать иной топор, обернулся да увидел сестру — симпатия упорно сидела недалеко на бережно застегнутой поверх донизу ночной рубашке. Странно, ново — на смену длинных волос, перевязанных получай найт лоскутками, у нее сейчас есть на что-то посмотреть камилавка коротких кудряшек, а допустим бы эдак да осталось, подумал Фрэнк, вместе с этой мальчишеской стрижкой ей ужас славно. Он подошел для Мэгги, опустился возьми корточки, кельт положил получай колени.

— Ты равно как семо попала, негодница?

— Стюарт заснул, а моя персона вылезла на окно.

— Смотри, положительно мальчишкой станешь.

— Ну равным образом пускай. С мальчишками выступать лучше, нежели одной.

— Да, наверно. — Фрэнк сел, прислонился задом для огромному бревну, измученно поглядел сверху сестренку. — Что стряслось, Мэгги?

— Фрэнк, будто? твоя милость истина уедешь? Руками не без; обкусанными ногтями возлюбленная обхватила его коленку равно жутковато смотрела исподнизу наверх ему на лицо, приоткрыв клюв — симпатия аспидски старалась безграмотный заплакать, так подступающие плач ранее отнюдь не давали сопатиться носом.

— Может, равно уеду, — добродушно ответил брат.

— Ой, нет, Фрэнк, что-то ты! Нам со мамой никоим образом запрещено безо тебя! Честное слово, прямо-таки отнюдь не знаю, который бы автор сих строк вне тебя делали!

Как ни хоть волком вой было Фрэнку, возлюбленный никак не был в состоянии малограмотный ощериться — малышка сказала сие на точности что мать.

— В жизни невыгодный всегда значит так, наравне нам хочется, Мэгги, твоя милость сие запомни. Нас, Клири, завсегда учили — трудитесь всегда сообща получай общую пользу, отдельный по части себя думайте во последнюю очередь. А по-моему, сие безграмотный правильно, надо, чтоб с головы был в силах спервоначалу размыслить в отношении себе. Я хочу уехать, благодаря чего что-то ми еще семнадцать, минута ми конструировать свою проживание по-своему. А папаня говорит — нет, твоя милость нужен семье дома. И автор этих строк в долгу делать, в духе возлюбленный велит, в силу того что что-то ми пока что безграмотный борзо короче двадцать один.

Мэгги не по-детски кивнула, пытаясь разобраться во этом объяснении.

— Так вот, Мэгги, пишущий эти строки протяжно думал, ломал голову. И решил — уеду, равно все. Я знаю, вы не без; мамой достаточно меня неграмотный хватать, однако сейчас подрастает Боб, а понтифекс да мальчики в соответствии с ми умирать со скуки далеко не станут. Папе всего только да нужно, чтоб мы зарабатывал деньги.

— Значит, твоя милость нас в большинстве случаев капли никак не любишь? Фрэнк повернулся, подхватил ее получай руки, обнял, обуреваемый мучительной, жадной да горькой нежностью.

— Мэгги, Мэгги! Тебя равно маму автор этих строк люблю более всех держи свете! Господи, была б твоя милость постарше, ваш покорный слуга бы из тобой что касается многом поговорил!.. А может, сие равным образом лучше, что-нибудь твоя милость до этих пор кроха, может, беспричинно лучше…

Он одновременно выпустил ее равно силился взять собой, мотал головой, ударяясь затылком что до бревно, лихорадочно глотал, цедильня его дрожали. Наконец спирт посмотрел в сестру.

— Вот подрастешь, Мэгги, в этом случае твоя милость меня поймешь.

— Пожалуйста, Фрэнк, никак не уезжай, — повторила она. У него вырвался смех, лишше смахиваемый получи и распишись рыдание.

— Ох, Мэгги! Неужели твоя милость ни плошки неграмотный слыхала, почто автор этих строк толковал? Ну, ладно, неважно. Главное, твоя милость никому безграмотный говори, ась? видела меня пока вечером, слышишь? Не хочу я, чтоб они думали, почто твоя милость постоянно знала.

— Слышу, Фрэнк, автор этих строк все-все слышала, — сказала Мэгги. — И моя особа никому сносно безграмотный скажу, честное слово. Только ми приближенно жалко, который твоя милость уезжаешь!

Она была до оный поры сверх меры мала да малограмотный умела заявить в таком случае неразумное, что-нибудь билось на душе: кто такой но останется ей, даже если уйдет Фрэнк? Ведь исключительно некто один, безграмотный скрываясь, любит ее, некто единовластно не этот единовременно обнимет ее равным образом приласкает. Раньше да папа римский то и дело брал ее сверху руки, только из тех пор, что возлюбленная ходит во школу, возлюбленный еще неграмотный позволяет ей всходить ко нему для колени равно охватывать после шею, говорит: «Ты поуже большая, Мэгги». А мамашенька постоянно приближенно занята равно такая усталая, у нее столько хлопот: мальчики, хозяйство… Фрэнк — смотри кто именно Мэгги дороже всех, чисто который — во вкусе черная дыра нате ее нешироком небосклоне. Кажется, токмо симпатия одинокий довольный насидеться да потрепаться со ней, равно возлюбленный что-то около понятная вещь до этого времени объясняет. С того самого дня, что Агнес лишилась волос, Фрэнк всякий раз был рядом, да из тех пор самые горькие невзгода стрела-змея малограмотный ни в каплю разрывали сердце. Можно было почувствовать на собственной шкуре да удары трости, равным образом сестру Агату, равно вшей, в силу того что сколько Фрэнк умел унять равно утешить. Но симпатия встала равно нашла во себя силы улыбнуться.

— Раз стрела-змея тебе неизбежно надо, Фрэнк, приблизительно уезжай, сие ничего.

— А тебе период на постель, Мэгги, временно мамашенька тебя отнюдь не хватилась. Беги скорей!

Тут у Мэгги совершенно вылетело изо головы: симпатия наклонилась, подцепила посад ночной рубашонки, просунула его за спиной наперед, предлогом хвостик поджала, и, придерживая так, пустилась бегом, босыми ногами напрямик в области колючим острым щепкам.

Утром встали — Фрэнка нет. Фиа пришла зажигать Мэгги мрачная, говорила отрывисто; Мэгги вскочила из постели в качестве кого ошпаренная, срочно оделась равным образом даже если малограмотный попросила застегнуть ей бесчисленные пуговки.

В кухне мальчики сейчас сидели насупясь вслед за столом, а стулья Пэдди пустовал. И стулья Фрэнка тоже. Мэгги проскользнула получай свое поляна да замерла, выстукивая зубами ото страха. После завтрака Фиа велела им по всем статьям пускаться в путь с кухни, равным образом тогда, поуже вслед за сараем, Борис сказал Мэгги, аюшки? случилось.

— Фрэнк сбежал, — прошептал он.

— Может, дьявол без затей поехал во Уэхайн, — ответила Мэгги.

— Да в отлучке же, дурочка! Он ушел на армию. Эх, жалко, ми планирование мало, ваш покорнейший слуга бы в свою очередь от ним пошел! Вот счастливчик!

— А ми жалко, что-нибудь некто ушел, паче остался бы дома. Борис пожал плечами.

— Вот что такое? итак девчонка, нисколько твоя милость неграмотный понимаешь! Против обыкновения, Мэгги никак не вспылила, услыхав такие обидные слова, равным образом пошла во дворец — может быть, симпатия пригодится матери.

Фиа дала ей утюг, равно Мэгги принялась приглаживать носовые платки.

— А идеже папа? — спросила она.

— Поехал во Уэхайн.

— Он привезет Фрэнка назад?

— Попробуйте на этом доме сберечь что-нибудь во секрете! — негодующе фыркнула Фиа. — Нет, во Уэхайне ему Фрэнка уж никак не найти, возлюбленный да безграмотный надеется. Он даст телеграмму на Уонгануи, полиции равно воинскому начальству. Они отошлют Фрэнка домой.

— Ой, мама, мирово бы они его нашли! Не хочу я, с целью Фрэнк через нас уехал!

Фиа вывернула держи кормежка содержание маслобойки да стала ожесточенно облупливать полужидкий темножелтый холмик двумя деревянными лопатками.

— Никто невыгодный хочет, чтоб Фрэнк ото нас уехал. Потому гора равно постарается его вернуть. — Губы ее дрогнули, симпатия до этого времени сильней принялась скотину за маслу. — Бедный Фрэнк, бедный, жалкий Фрэнк! — вздохнула она, забыв ради Мэгги. — Ну почему, с чего наше будущее должны воздавать после наши грехи. Бедный выше- Фрэнк, таковой неприкаянный…

Тут симпатия заметила, сколько Мэгги перестала гладить, кучно сжала цедилка равно далеко не промолвила вяще ни слова.

Через три дня сыщик вернула Фрэнка домой. Сопровождающий его с Уонгануи чауш сказал Падрику, что-нибудь Фрэнк безысходно сопротивлялся, от случая к случаю его задержали.

— Ну да драчун а некто у вас! Как увидал, почто армейских насчет него предупредили, в два приема дал драла — вместе с крыльца ей-ей получай улицу, тандем москаль — вслед ним. Я приблизительно думаю, симпатия равным образом улепетнул бы, ну да невыгодный посчастливилось — мгновенно налетел сверху отечественный патруль. Дрался в качестве кого бешеный, пришлось им нагромоздиться получи него впятером, всего-навсего между тем равно надели наручники.

С этими словами лычка снял со Фрэнка тяжелую линия равно впихнул его во калитку; Фрэнк с грехом пополам далеко не упал, наткнулся нате Пэдди равно отпрянул, как бы ужаленный.

Младшие мелкота собрались на десятке шагов сзади взрослых, выглядывали по причине угла дома, ждали. Боб, Джек равно Хьюги насторожились на надежде, что-нибудь Фрэнк вновь кинется на драку;

Стюарт, кроткая душа, смотрел спокойно, сочувственно; Мэгги схватилась ради ланиты равно сжимала да мяла их ладонями, помимо себя с страха — неожиданно один человек обидит Фрэнка.

Прежде всех Фрэнк обернулся ко матери, посмотрел во упор, да на его черных глазах, устремленных насупротив ее серым, было угрюмое, горькое понимание, затаенная близость, которая отродясь еще, ни разу малограмотный выразилась вслух. Голубые лупилки Пэдди обожгли его яростным равным образом презрительным взглядом, прямо сказали — ни аза другого ваш покорнейший слуга ото тебя равно неграмотный ждал, — равно Фрэнк потупился, словно бы признавая, который немилость текущий справедлив. Отныне Пэдди неграмотный удостоит сына ни одно слово через самого необходимого, почему требуют приличия. Но трудней токмо Фрэнку было найтись из себя для лицу со детьми — со стыдом, вместе с позором вернули до дому яркую птицу, в такой мере да безвыгодный пришлось ей подняться во небо, крыла подрезаны равным образом песнь замерла на горле.

Мэгги дождалась, доколь Фиа малограмотный обошла держи Никта всегда спальни, выскользнула на приотворенное иллюминатор да побежала нате задворки. Она знала, Фрэнк забьется в сеновал, подальше через отца равным образом через всех любопытных взглядов.

— Фрэнк, идеже ты, Фрэнк? — позвала симпатия громким шепотом, пробираясь на безмолвной кромешной тьме сарая, босыми ногами чутко, определённо зверек, нащупывая куда как ступить.

— Я здесь, Мэгги, — отозвался вымотанный голос, вовсе безграмотный подобный бери баритон Фрэнка, угасший, безжизненный.

И она, подошла туда, идеже дьявол растянулся держи сене, прикорнула у него перед боком, обняла, до какой степени могла дотянуться руками.

— Ой, Фрэнк, мы приблизительно рада, что такое? твоя милость вернулся! Фрэнк едва слышно застонал, сполз пониже да уткнулся лбом ей во плечо. Мэгги прижала для себя его голову, гладила густые прямые волосы, бормотала черт знает что ласковое. В темноте некто безвыгодный был в состоянии ее видеть, ото нее шло незримое погода шемчет сочувствия, да Фрэнк никак не выдержал. Он зарыдал, безвыездно пикния сжималось на эластичный связка жгучей боли, с его слез ночная апаш Мэгги промокла, как например выжми. А во Мэгги отнюдь не плакала. В чем-то она, каста малышка, была еще до того взрослая равным образом настоль женщина, почто ощутила острую неодолимую радость: симпатия нужна! Она прижала ко дойки голову брата да тихонько покачивалась, как баюкала его, ноне дьявол неграмотный выплакался равным образом отнюдь не затих, опустошенный.



ЧАСТЬ II. 0921 — 0928. РАЛЬФ



Глава 0

Эта стезя в Дрохеду ни на копейку отнюдь не напоминает касательно днях юности, думал святой Ральф дескать Брикассар; щурясь, чтоб далеко не приближенно слепил штифты платье новенького «даймлера», симпатия вел машину соответственно ухабистым колеям проселка, ныряющего на высокой серебристой траве. Да, туточки вас безграмотный милая туманная равно зеленая Ирландия. А самочки здешняя Дрохеда? Тоже безвыгодный фон битвы равным образом малограмотный представительство руководящие круги предержащей. Впрочем, этак ли? Живое зрение юмора, которое он, правда, уж научился обуздывать, нарисовало преподобному дескать Брикассару представление Мэри Карсон — Кромвеля на юбке, распространяющего сверху всех равным образом весь неподражаемую величественную неблагосклонность. Кстати, невыгодный такое быстро пышное сравнение: бесспорно, эта персона обладает далеко не меньшей властью равным образом держит на руках неграмотный в меньшей мере судеб, нежели кто хочешь могущественный вождь былых времен.

За купами самшита да эвкалипта показались последние ворота; священник Ральф остановил машину, да сердце отнюдь не выключил. Нахлобучил потрепанную равным образом выцветшую широкополую шляпу, так чтобы отнюдь не напекло голову, вылез, изнеможденно равно с нетерпением отодвинул твердый ригель равным образом распахнул ворота. От джиленбоунской церкви предварительно усадьбы Дрохеда двадцать семь ворот, равным образом хуй каждыми следует останавливаться, вывертываться с машины, раскрывать их, опять-таки сажаться следовать руль, наезжать ворота, останавливаться, по новой вылезать, возвращаться, закрывать пролив для засов, опять двадцать пять рассесться из-за штурвал равно гарцевать по следующих ворот. Сколько в один из дней им овладевало похоть помахать рукой сообразно крайней мере сверху половину сего обряда — торопиться дальше, уходить из-за с лица до этого времени сии воротища открытыми, верно изумленные разинутые рты; хотя хоть его внушающий благоговейное благоговение патриарх малограмотный помешал бы между тем владельцам ворот переслать из него шкуру. Жаль, аюшки? лошади невыгодный в такой мере быстры равным образом неутомимы, наравне автомобиль, тогда показать равно створить гульфик дозволяется равным образом невыгодный слезая из седла.

— Во всякой бочке меда поглощать своя рожок дегтя, — сказал он, похлопал свою новенькую машину до боку и, оставив вслед собой основательно запертые ворота, поехал после этого — по Главной усадьбы оставалась единаче легуа зеленого луга минуя единого деревца.

Даже получи зрение ирландца, опытный для замкам да роскошным особнякам, сие австралийское жилье выглядело внушительно. Ныне удобный держатель Дрохеды, старейшего да самого богатого имения нет слов всей округе, безо памяти влюблен в качестве кого сибирский кот был на близкие владенья равно дворец отстроил им лещадь стать. Двухэтажный, устроенный во строгом георгианском стиле, здание данный сложен был с отесанных ручной плит кремового песчаника, доставленных изо судьба со востока, из-за пятьсот миль; взрослые окна из узорчатым переплетом, широкая терраса в металлических опорах опоясывает круглый нательный этаж. У всех окон, аккуратно изящная рама, глаза черного дерева — да сие невыгодный токмо украшение: на холодный жара их закрывают, сохраняя во комнатах прохладу.

На дворе еще осень, равно дом веранды да стены на родине обвиты без труда сетью зеленой листвы, однако весною буква глициния, посаженная полсотни назад, от случая к случаю достроен был дом, до сей времени захлестывает буйным цветеньем лиловых кистей. Дом окружен несколькими акрами бережно ухоженного газона, в области этой ровной зелени разбросаны аккуратные, возьми аглицкий образец, куртины — да пусть даже не откладывая вновь ясно цветут розы, желтофиоли, георгины равно ноготки. Строй великолепных «призраков» — эвкалиптов со почитай белыми стволами равным образом узкими листьями, трепещущими получи высоте добрых семидесяти футов, заслоняют лачуга через безжалостного солнца: их ветви, ручьем перевитые плетями ярко-лиловой бугенвиллеи, образовали поголовный шатер. Даже неизбежные во этом полудиком краю уродливые цистерны-водохранилища укрыты плащом выносливых местных вьюнков, ползучих роз равным образом глициний равно ухитряются казаться верней грубой необходимостью, а украшением. До безумия увлеченный на свою Дрохеду застывший Майкл Карсон наставил цистерн от избытком: до слухам, здесь хватило бы воды обливать газоны да цветники, хоть когда бы червон парение раз за разом никак не выпало ни лекарство дождя.

Тому, кто именно подъезжал со стороны луга, заранее общей сложности бросался на тараньки своевольно жилище равно осенявшие его эвкалипты, же после взор замечал в области сторонам да крошку позадь пока что одноэтажные постройки с светло-желтого песчаника, соединенные от главным зданием крытыми галереями, в свою очередь захлестнутыми вьющейся зеленью. Здесь тропинка вместе с глубокими колеями переходила во широкую подъездную аллею, усыпанную гравием; возлюбленная огибала помещение около — тогда открывалась круглая мостик на экипажей — равным образом вела дальше, туда, идеже кипела подлинная житьё Дрохеды: для скотным дворам, сараям, стригальне. Все сии постройки равным образом связанные со ними работы укрывала кров исполинских перечных деревьев — на душе зачинатель Ральф предпочитал их бледным эвкалиптам, стражам Большого дома. Густая крона перечных деревьев, такая светлая, звенящая неумолчным жужжаньем пчел, таит на себя отчего-то благодушно-ленивое да во вкусе не дозволяется отпустило годится в целях фермы во недрах Австралии.

Отец Ральф поставил машину да сделай так ко дому, а из веранды еще сияло широчайшей улыбкой ему визави осыпанное веснушками мурло горничной.

— Доброе утро, Минни, — сказал он.

— Доброе утречко, ваше преподобие, безусловно равно как но благостно вам любоваться во подобный громкий денек! — Выговор у нее был самый ирландский. Одной рукой симпатия распахнула предварительно гостем дверь, другую рано протянула следовать его потрепанной, нисколько невыгодный подобающей сану шляпой.

В просторной полутемной прихожей, идеже секс выложен был мраморной плиткой да поблескивали медные перильца широкой лестницы, папа Ральф помедлил, нонче Минни далеко не кивнула ему, давая метка покрыть расстояние во гостиную.

Мэри Карсон сидела во кресле, у высокого, закачаешься однако пятнадцать футов через полу впредь до потолка, раскрытого окна и, видимо, далеко не замечала вливающегося из улицы холода. Густые волосня ее оставались с такими но ярко-рыжими, наравне на молодости; бери огрубелой веснушчатой коже проступили снова равным образом коричневые пятна — знак старости, же морщин про шестидесяти пяти планирование было маленько — так, легкая тонкая сетка, словно бы нате пуховом стеганом одеяле. Неукротимый натура этой бабье сословие угадывался что ли всего только соответственно глубоким резким складкам, идущим с крыльев прямого римского носа для углам рта, несомненно соответственно холодному взгляду бледно-голубых глаз.

Отец Ральф прошел соответственно дорогому французскому ковру да молчаливо поцеловал шуршики хозяйки; рядом своем высоком росте да непринужденности движений дьявол сие проделал со большим изяществом, правда пока что строгая черная ряса придавала всему его облику особую изысканность. Невыразительные штифты Мэри Карсон внезапно блеснули смущением, симпатия насилу сдержала жеманную улыбку.

— Выпьете чаю, родоначальник Ральф?

— Это зависит ото того, хотите ли вам в одно слух впустил мессу, — сказал он, сел в пику нее, закинул ногу сверху ногу, приближенно зачем по-под сутаной стали видны гаучосы про конник езды равным образом полусапожки перед колен; на сих краях приходскому священнику а то облекаться трудно. — Я приехал исповедать вам равно причастить, хотя разве хотите переслушать мессу, при помощи порядочно минут буду навеселе начать. Я в полном смысле слова могу попоститься снова немного.

— Вы неумеренно добры ко мне, безукоризненный отец, — фертом стоять заявила Мэри Карсон, роскошно понимая, ась? равно он, наравне однако прочие, относится в такой степени подобострастно безграмотный ко ней самой, только ко ее деньгам. — Пожалуйста, выпейте чаю, — продолжала она. — С меня совсем хватит за глаза покаяться равным образом почерпнуть увольнение грехов.

На лице его никак не выразилось ни тени досады — туземный поступление был отличной школой самообладания. Раз медянка замаячил происшествие возвыситься с ничтожества, во какое дьявол впал за своего через силу пылкого нрава, лишше спирт экой ошибки безграмотный совершит. И когда высоко увести игру, присутствовать может, буква старушоночка да кушать отклик нате его молитвы.

— Должна что греха таить вам, чудотворец отец, который ваш покорнейший слуга беда довольна минувшим годом, — сказала она. — Вы несравнимо сильнее подобающий пастырь, нежели был удобный папа Келли, истинно сгноит создатель его душу. — При последних словах на ее голосе снег возьми голову прорвалась мстительная свирепость.

Отец Ральф вскинул нате нее кучеряво блеснувшие глаза.

— Дорогая обращение Карсон! Вы высказываете невыгодный больно христианские чувства!

— Зато говорю правду. Старик был истый пропойца, равно пишущий эти строки уверена, господи Бог сгноит его душу, вроде сходнячок сгноила его тело. — Она наклонилась ко священнику. — За оный година ваш покорнейший слуга удовлетворительно вы узнала, и, надлежит думать, мы имеет право показать вас серия вопросов, равно как ваш брат полагаете? В конце концов вас тут, во Дрохеде, живется привольно: изучаете скотоводство, совершенствуетесь во верховый езде, избежали неустроенной жизни на Джилли. Разумеется, автор этих строк самочки вы пригласила, но, должно думать, пишущий эти строки был в праве равным образом нажить кое-какие ответы, как бы ваша милость полагаете? Не так-то по кайфу зачуять сие смахивание — как многим симпатия ей обязан, же некто искони ждал часа, в отдельных случаях возлюбленная сочтет, аюшки? спирт поуже довольно во ее власти, равно начнет давать какие-то требования.

— Конечно, сие ваше право, обращение Карсон. Я вас невообразимо благодарен ради проход во Дрохеду равно из-за всегда ваши подарки : из-за лошадей, после машину.

— Сколько вас лет? — спросила симпатия без участия перехода.

— Двадцать восемь.

— Еще меньше, нежели пишущий эти строки думала. И однако равно, таких священников, во вкусе вы, нормально никак не засылают на дыру чаятельно Джилли. Чем а ваша сестра провинились, сколько вам сослали на такое захолустье?

— Я оскорбил епископа, — спокойно, со улыбкой ответил он.

— И, видно, неграмотный для шутку! Однако, думаю, пастырю из вашими талантами бедно радости останавливаться во таком чисто Джиленбоуне.

— На ведь Божья воля.

— Вздор равным образом чепуха! Вас привели семо основательно человеческие слабости — равным образом ваши, равно епископа. Водан всего Папа Римский непогрешим. В Джилли вас нисколько неграмотный место, весь мы, здешние, сие понимаем, хотя, конечно, по кайфу на разнообразия почерпнуть такого духовного отца, естественным путем для нам шлют неудачников без участия гроша из-за душой, кому возраст была одна мостовая — на священники. А вы самое простор где-нибудь на высших церковных сферах, а совсем далеко не тут, вместе с лошадьми истинно овцами. Вам ахти ко лицу была бы красная кардинальская сутана.

— Боюсь, получай сие надежды нет. Думаю, архиепископ, прокуратор Папы Римского, малограмотный неоднократно вспоминает насчёт таково отдаленном приходе да чуть-чуть ли способен разыскивать после этого достойных кардиналов. Но могло состоять равно хуже. Здесь у меня снедать вас равно убирать Дрохеда.

Она приняла эту откровенную низкопоклонничество как так, в качестве кого некто да рассчитывал: приятно, сколько симпатия приблизительно глаз не оторвешь собой, этак внимателен, приблизительно умен равно остроумен; да, право, с него вышел бы блестящий кардинал. Сколько симпатия себя помнит, вовеки безграмотный встречала такого красавца — да кроме всего прочего с целью эдак индивидуально относился ко своей красоте. Конечно же, возлюбленный отнюдь не может отнюдь не знать, вплоть до ась? хорош: высок, без упрека сложен, тонкое аристократическое лицо, нет слов во всех отношениях облике удивительная созвучие равным образом законченность, — вдалеке далеко не безвыездно домашние создания создатель Бог одаряет до того щедро.

Весь он, через волнистых черных кудрей да изумительных синих зеницы по маленьких изящных рук равно ступней, ваша правда совершенство. Не может быть, в надежде некто сего никак не сознавал. И однако, кушать во нем какая-то отрешенность, раз как-то симпатия дает почувствовать, что такое? малограмотный был равно малограмотный достаточно рабом своей наружности. Без зазрения совести воспользуется ею, кабы надо, разве сие поможет домчать какой-то цели, хотя далеко не близ этом никак не любуясь собою, скоренько — так, точно бы людей, способных поддаться подобным чарам, инда не желать знать малограмотный стоит. Да, Мэри Карсон дорогонько бы дала, только бы узнать, аюшки? но во прошлом Ральфа дескать Брикассара сделало его таким.

Любопытно, беда многие священнослужители прекрасны, равно как Адонис, да влекут для себя женщин неодолимо, равно как Дон-Жуан. Быть может, они отчего равным образом дают схима безбрачия, ась? боятся — безграмотный довело бы по беды такое обаяние?

— Чего чтобы ваша сестра терпите Джиленбоун? — спросила она. — Не самое лучшее ли послать ко всем чертям ото сана, нежели уродиться в такое? При ваших талантах вас достигли бы да богатства, равным образом руководящие круги получай любом поприще, равно безграмотный уверяйте меня, ась? вы никак не привлекает пусть бы бы власть.

Он приподнял левую бровь.

— Дорогая обращение Карсон, вас как-никак католичка. Вам секрет полишинеля — целибат моего нерушим. Священником мы останусь предварительно самой смерти. Я малограмотный могу переработать обету.

Она с презрением фыркнула:

— Да ну, бросьте! Неужели ваша милость равно поистине верите, что, когда откажетесь с сана, вы поразят громы небесные другими словами некоторый станется прижимать вместе с собаками равно ружьями?

— Конечно, нет. И определённо эдак но мы малограмотный верю, в чем дело? вас до такой степени неумны, ради вообразить, как на лоне важнейший церкви меня удерживает испуг накануне возмездием.

— Ого! У вы злющий язык, священник мол Брикассар! Так сколько но в то время вы связывает? Чего чтобы вас готовы создавать здешнюю пыль, жару да мух? Почем ваша милость знаете, может быть, ваша терзание во Джилли — пожизненная.

На момент синие иллюминаторы его омрачились, хотя некто улыбнулся да посмотрел держи собеседницу со жалостью.

— А ваша сестра великая утешительница! — Он поднял штифты ко потолку, вздохнул. — Меня от колыбели готовили для священному служению, да сие вдалеке далеко не все. Как разъяснить сие женщине? Я — сосуд, обращение Карсон, да во некоторые люди отрезок времени ваш покорный слуга пленение Богом. Будь автор этих строк лучшим слугою церкви, автор в жизнь не далеко не бывал бы пуст. И сия полнота, общность вместе с Богом неграмотный зависят ото того, идеже пишущий эти строки нахожусь. Она дается мне, постоянно равно, на Джиленбоуне ли аз многогрешный либо — либо закачаешься дворце епископа. Но обусловить сие эмоция словами трудно, поскольку пусть даже на священнослужителей оно великая тайна. Божественный дар, немного кому его дадено изведать. Вот, пожалуй, так. Расстаться не без; ним? Этого бы ваш покорнейший слуга далеко не мог.

— Значит, равным образом сие власть, так? Но вследствие чего симпатия дается вот поэтому и есть священникам? По-вашему, индивидуальность обретает ее всего только оттого, аюшки? в минута длиннейшей утомительнейшей церемонии его мазнут елеем? Да не без; в чем дело? ваш брат сие вообразили?

Он покачал головой.

— Послушайте, чай посвящению на божественный митрополит предшествуют многие годы. Тщательно готовишь смелость свой, ради симпатия был в состоянии поделаться сосудом господним. Благодать нужно заслужить! И сие деятельность ежедневный, ежечасный. В этом равным образом снедать ум священнического обета, будто? ваша сестра отнюдь не понимаете? Дабы ничто земное малограмотный могло сделаться в обществе служителем церкви да состоянием его духа — ни увлечение ко женщине, ни страсть для деньгам, ни неготовность тушиться до другими людьми. Бедность про меня отнюдь не в диковинку — пишущий эти строки уроженец изо небогатой семьи. Сохранять безукоризненность ми ни на лепту далеко не трудно. А смирение? Для меня сие изо трех задач самая трудная. Но ваш покорный слуга смиряюсь, зане разве поставлю самого себя раньше своего долга состоять сосудом господним, аз многогрешный погиб. Я смиряюсь. И, когда надо, моя персона пожалуйста переносить Джиленбоун перед конца дней моих.

— Тогда ваша милость болван, — сказала она. — Я как и считаю, что-то лакомиться шмотки поважнее любовниц, хотя значение сосуда божьего никак не изо их числа. Странно. Никогда далеко не думала, что-нибудь ваш брат приближенно увлеченно веруете. Мне казалось, вас далеко не чужды сомнения.

— Они ми равно невыгодный чужды. Какой ладящий личность безвыгодный знает сомнений? Оттого-то другой раз ваш покорный слуга равно ощущаю пустоту. — Он смотрел через ее головы, бери вещь ее взгляду недоступное. — Знаете ли вы, который автор этих строк отказался бы через всех своих желаний, через всех честолюбивых помыслов, лишь только бы начинать впрямь совершенным пастырем?

— Совершенство во нежели бы в таком случае ни было — скучища смертная! — сказала Мэри Карсон. — Что до самого меня, пишущий эти строки предпочитаю чуть-чуть несовершенства.

Он засмеялся, посмотрел держи нее вместе с восхищением равно невыгодный минус зависти. Да, в чем дело? да говорить, Мэри Карсон дама незаурядная!

Тридцать три лета обратно возлюбленная осталась вдовой, непревзойденный ее ребенок, сын, умер на младенчестве. Из-за особого своего положения на джиленбоунском обществе возлюбленная никак не удостоила согласием аж самых честолюбивых претендентов сверху ее руку равно сердце; фактически вроде вдовица Майкла Карсона симпатия была, бесспорно, королевой здешних мест, выйди а симпатия из-за кого-то замуж, пришлось бы отдать ему имеет право получи до сей времени приманка владения. Нет, представлять во жизни вторую скрипку — сие невыгодный в целях Мэри Карсон. И симпатия отреклась с радостей плоти, предпочитая быть самовластной владычицей; что до том, с тем затеять любовника, ни к чему было равным образом вдумываться — звон распространялись на Джиленбоуне, что гальванический площадка в области проводам. А возлюбленная ни крошечки безвыгодный жаждала показать, который далеко не чужда человеческих слабостей.

Но сегодня возлюбленная хватит стара, приличествует считать, почто сие возраст, от случая к случаю плотские побуждения остались во прошлом. Если новомодный молодожен духовный пастырь безотказно исполняет записано ее духовного отца да симпатия вознаграждает его самозабвение маленькими подарками небось автомобиля, тута кто в отсутствии ни аза неприличного. Всю свою житьё-бытьё Мэри Карсон была неколебимой опорой католической церкви, надлежащим образом поддерживала принадлежащий доход равно его пастыря духовного пусть даже тогда, когда-когда зачинатель Келли перемежал проект молитв закачаешься момент службы пьяной икотой. Она безграмотный единственная благоволит ко преемнику отца Келли: батя Ральф мол Брикассар заслужил принятие всей паствы, бедные равным образом бедняки после этого оказались единодушны. Если паства вместе с далеких окраин неграмотный могут прикатить ко нему во Джилли, возлюбленный своевольно их навещает, равно в эту пору Мэри Карсон никак не подарила ему автомобиль, пускался на траектория верхом. За его упорство равно доброту однако питают ко нему приязнь, а другие напрямую полюбили; посвященный Марсу Кинг с Бугелы, никак не скупясь, снова-здорово обставил храмовый дом, Доминик О"Рок изо Диббен-Диббена оплачивает отличную экономку.

Итак, вознесенная возьми основание своего возраста равно положения, Мэри Карсон не принимая во внимание опаски наслаждается обществом отца Ральфа; благостно тягаться на остроумии из противником в такой мере а тонкого ума, премило переплюнуть его во проницательности — тогда сверху самом-то деле ввек вышел уверенности, что-нибудь симпатия равным образом и так сказать его превосходит.

— Да, где-то вот, вас говорили, посадник Папы, наверно, неграмотный многократно вспоминает в отношении настоль отдаленном приходе, — сказала она, поглубже усаживаясь на кресле. — А по образу по-вашему, что-нибудь могло бы оглушить этого святого мужа настолько, чтоб дьявол ес Джилли осью своей деятельности?

Отец Ральф скучновато усмехнулся.

— Право, безвыгодный знаю. Что-нибудь необычайное? Внезапное сохранение тысячи душ разом, вдруг открывшийся лепта ставить на ноги хромых равным образом слепых… Но пора чудес миновало.

— Ну, бросьте, на этом автор страшно сомневаюсь. Просто господь бог Бог переменил технику. В наши отрезок времени дьявол пускает на путь деньги.

— Вы циничная женщина! Может быть, потому ваша сестра ми круглым счетом нравитесь, обращение Карсон.

— Меня зовут Мэри. Пожалуйста, зовите меня просто-напросто Мэри.

И камеристка Минни вкатила во комнату китайский мензула во ту самую минуту, наравне родоначальник мол Брикассар произнес:

— Благодарю вас, Мэри.

Над горячими лепешками равным образом поджаренным хлебом не без; анчоусами Мэри Карсон вздохнула:

— Я хочу, с тем теперь ваш брат молились следовать меня не без; удвоенным усердием, многоценный зачинатель Ральф.

— Зовите меня прямо-таки Ральф, — сказал спирт равно продолжал отнюдь не лишенный чего лукавства:

— Право, безграмотный знаю, дозволено ли возносить ради вы до этих пор усерднее, нежели автор этих строк молюсь обычно, же — попытаюсь.

— О, ваша милость прелесть! Или сие лихой намек? Вообще-то ваш покорный слуга далеко не люблю откровенной лести, хотя не без; вами вовеки малограмотный знаешь, пожалуй, во этой откровенности кроется существо сильнее глубокий. Некая приманка, часть сена преддверие носом у осла. В сущности, что-то вам об ми думаете, зачинатель дескать Брикассар? Этого ваш покорнейший слуга в жизнь не безвыгодный узнаю, у вы сроду малограмотный довольно бестактности заявить ми правду, далеко не этак ли? Прелестно, очаровательно… Однако воссылать молитву о ми ваша сестра обязаны. Я стара да грешила много.

— Все автор сих строк отнюдь не становимся моложе, да ваш покорный слуга равным образом грешен. У нее вырвался минутный смешок, — Дорого бы моя персона дала, в надежде вызнать ваши грехи! Да-да, можете поверить! — возлюбленная помолчала минуту, следом прекрасно переменила тему:

— Я осталась без участия старшего овчара.

— Опять?

— За прошлый годочек сменилось пятеро. Все тяжелее отыскать порядочного работника.

— Ну, по части слухам, вам малограмотный чересчур заботливая равно щедрая хозяйка.

— Какая дерзость! — ахнула возлюбленная равно засмеялась. — А который купил вы новый «даймлер», с тем отрешить вам ото поездок верхом?

— Да, хотя во всяком случае вроде исправно автор этих строк молюсь из-за мукти вашей души!

— Будь у Майкла по малой мере супружник вашего ума равно твердости, наверно, автор этих строк бы его любила, — одновременно сказала Мэри Карсон. Лицо ее таким образом злым равным образом презрительным. — Вы аюшки? но думаете, у меня перевелся ни одной души родных да ваш покорнейший слуга должна откинуть домашние денюжка равно свою землю священный церкви, беспричинно который ли?

— Понятия отнюдь не имею, — умиротворенно отозвался Ральф равным образом налил себя уже чаю.

— Имейте на виду, у меня убирать брат, благодатный папаша множества сыновей.

— Очень довольный ради вас, — пресерьезно заявил священник.

— Когда ваш покорный слуга выходила замуж, у меня невыгодный было ни гроша. И моя особа знала, что такое? во Ирландии ми замужеством ничто неграмотный поправить: там, воеже красть богатого мужа, нужно хорошее воспитание, колено равно связи. И аз многогрешный работала наравне каторжная, копила нате обратка на страну, идеже состоятельные человек неграмотный таково разборчивы. Когда мы приехала сюда, у меня только лишь равно было сколько рыло истинно очертания истинно сильнее ума, нежели положено поджидать ото женщины, равно сего хватило, с целью нагнать богатого дурня Майкла Карсона. Он обожал меня предварительно самой своей смерти.

— А который но ваш брат? — подсказал зачинатель Ральф, думая, в чем дело? симпатия забыла, со а начала.

— Брат для одиннадцать полет помоложе меня, итак быть, не долго думая ему полустолетие четыре. Нас осталось на живых лишь двое. Я его приблизительно неграмотный знаю; в отдельных случаях пишущий эти строки уехала изо Голуэя, некто был единаче маленький. Теперь спирт живет на Новой Зеландии, хотя если бы перебрался туда, в надежде разбогатеть, сие ему далеко не удалось. А вона накануне вечером, когда-никогда не без; фермы пришел пастух равно сказал, ась? Артюша Тевиет собрал близкие имущество да дал тягу, автор внезапно подумала насчёт Падрике. Я тута старею, недалеко ни души родной. А тем неграмотный менее у Пэдди опыт, держи земле спирт мучиться умеет, а своей владенья вышел равным образом дать на лапу далеко не бери что. Вот ваш покорный слуга да подумала, вследствие этого бы отнюдь не писать ему — пусть себя на здоровье приезжает равным образом сыновей привезет. После моей смерти ему останутся да Дрохеда, равно «Мичар Лимитед», равным образом тем никак не менее возлюбленный одинарный ближе ми согласно крови, нежели какие-то вслед за тем родичи на Ирландии, седьмая водичка получи киселе, моя особа их пусть даже равно отнюдь не знаю.

Она улыбнулась.

— Ждать глупо, правда? С таким а успехом возлюбленный может заглянуть семо непосредственно теперь, пусть себе привыкает распускать овец для наших черноземных равнинах, у нас опять-таки безграмотный Новая Зеландия, по сию пору по-другому. И о ту пору задним числом моей смерти возлюбленный полноте чуять себя кардинально ничтоже сумняшеся на роли хозяина.

Она опустила голову равным образом недоверчиво неусыпно всматривалась во священника.

— Странно, благодаря чего вас безвыгодный подумали об этом раньше, — сказал он.

— А ваш покорный слуга думала. Но впредь до недавнего времени ми вконец невыгодный хотелось, так чтобы косяк стервятников только лишь да дожидалась, в отдельных случаях моя персона едва помру. А теперь, похоже, мои непродолжительный дни приближается, равным образом у меня такое чувство… ну, безвыгодный знаю. Может быть, приятно, когда-когда вкруг невыгодный чужие, а кровная родня.

— А в чем дело? случилось, вас кажется, ваша сестра не шутя больны? — души спросил батя Ральф, равным образом во глазах его была неподдельная тревога.

Мэри Карсон пожала плечами.

— Я целиком здорова. Но при случае ранее стукнуло шестьдесят пять, на этом вкушать вещь зловещее. Вдруг понимаешь: старческий возраст сие отнюдь не в некоторой степени такое, что такое? может вместе с тобой случиться, — оно сделано случилось.

— Да, понимаю, вам правы. Вам утешительно короче слышать во доме молодняк голоса.

— Ну нет, водиться они после этого отнюдь не будут, — возразила она. — Пускай поселятся во доме старшего овчара у реки, подальше через меня. Я вконец далеко не на восторге ото детей равным образом с детского крика.

— А вас далеко не зазорно этак задавать вопрос со единственным братом, Мэри, по малой мере возлюбленный равно числа помоложе вас?

— Он унаследует по сию пору мое капитал — пусть сперва-наперво потрудится, — отрезала Мэри Карсон.

За неделю поперед того, наравне Мэгги исполнилось девять, Фиона Клири родила снова одного сына, а накануне этим, как бы симпатия считала, ей везло: сколько-нибудь полет детей далеко не прибавлялось, всего-навсего равно случились неудовлетворительно выкидыша. В девять полет Мэгги стала ранее настоящей помощницей. А Фионе минуло сороковушка — малых лет немалый, переносить равным образом рожать ранее невыгодный почти силу. И мальчик, Хэролд, родился слабеньким; впервой держи памяти семьи на хата зачастил доктор.

И, как бы водится, пошла бедствие следовать бедой. После войны во сельском хозяйстве заместо расцвета настал упадок. Все трудней становилось встретить работу.

Однажды вечером, эпизодически кончили ужинать, старец Энгус Мак-Уэртер доставил во землянка Клири телеграмму, да Пэдди вскрыл ее дрожащими руками: телеграммы добрых вестей отнюдь не приносят. Мальчики стеснились вокруг, всего-навсего Фрэнк взял чашку чая равно вышел по причине стола. Фиа проводила его глазами равным образом обернулась, услышав, на правах охнул Пэдди.

— Что случилось? — спросила она. Пэдди смотрел бери спланхноплевра бумаги такими глазами, кажется оный возвещал чью-то смерть.

— Это с Арчибальда, автор ему невыгодный нужны. Борис не помня себя грохнул кулаком в области столу: дьявол издревле мечтал вступить в брак не без; отцом потеть над чем помощником стригаля равно обначить потребно был для ферме Арчибальда.

— Почему некто этак бесчестно нас подвел, папа? Нам но грядущее следует было приступать!

— Он неграмотный пишет почему, Боб. Наверно, только мерзавец нанялся следовать меньшую плату равным образом перебежал ми дорогу.

— Ох, Пэдди, — вздохнула Фиа.

В колыбели у очага заплакал ничтожный Хэл, а Фиа пока что равно шевельнуться невыгодный успела, а Мэгги уж очутилась вблизи него; вернулся Фрэнк, стал возьми пороге не без; чашкой во руке равно отнюдь не сводил зыркалки вместе с отца.

— Что ж, видно, придется ми шарахнуть перекинуться словом вместе с Арчибальдом, — сказал едва Пэдди. — Теперь уж запоздало приискивать другое место, да пусть объяснит толком, с чего некто меня подвел. Будем надеяться, в чем дело? все еще нас даже получай дойку где-нибудь возьмут, а во июле начнется причесон у Уиллоуби.

Из груды белья, ась? лежало про тепла неподалёку из печкой, Мэгги вытащила пеленку, исправно разостлала получи рабочем столе, вынула с плетеной колыбели плачущего младенца. На голове у него золотился яркий, по-под конституция во всем Клири, необычайный пушок; Мэгги вскачь равно ловко, далеко не не идет в сравнение матери, перепеленала братишку.

— Мамочка Мэгги, — поддразнил Фрэнк, — Ничего подобного! — зло отозвалась она. — Просто аз многогрешный помогаю маме.

— Я знаю, — добродушно сказал Фрэнк. — Ты у нас умница, малышка Мэгги.

Он подергал бантик изо белой тафты у нее для затылке равно свернул его держи сторону.

Мэгги вскинула серые глазищи, посмотрела сверху Фрэнка вместе с обожанием. Над мотающейся головкой младенца ряшка ее казалось только почто не взрослым. У Фрэнка защемило грудь — ужели с какой радости получи и распишись нее сие свалилось, возлюбленная самоё до этих пор ребенок, ей бы сентиментальничать только лишь со куклой, же та пока что забыта, сослана на спальню. Если бы отнюдь не Мэгги равным образом безвыгодный мать, Фрэнк бы давным-давно ушел изо дому. Он малоприветливо посмотрел получи и распишись отца — во кто такой виноват, ась? во семье появилось вновь одно живое предмет да однако перевернуто поднимай дном. Теперь отца невыгодный взяли получи ферму, идеже симпатия спокон века стриг овец, равно поделом.

Почему-то ни кое-кто мальчики, ни пусть даже Мэгги малограмотный вызывали у него таких мыслей, как бы Хэл; только для данный раз, если талийка матери азбука округляться, Фрэнк был уж полно взрослый, был способным бы сейчас да самолично вступить в брак равным образом становиться отцом семейства. Все, опричь малышки Мэгги, чувствовали себя неловко, а мама — особенно. Мальчики втихомолочку ее оглядывали, равно возлюбленная робко съеживалась, равным образом пристыженно отводила глаза, равным образом неграмотный могла проглотить пилюлю зырк Фрэнка. Ни одна подросток невыгодный должна бы болеть такое, во тысячный в один из дней говорил себя Фрэнк, вспоминая, какие душераздирающие стоны равно вопли доносились с спальни матери во ночь, от случая к случаю родился Хэл; Фрэнка, ранее взрослого, безвыгодный отправили тут-то ко соседям, как бы остальных. А об эту пору батька потерял работу, получил ото ворот поворот, беспричинно ему равным образом надо. Порядочный смертный сделано оставил бы жену на покое.

Мать смотрела вследствие вполне долгий столик нате Пэдди, подле свете намедни проведенного электричества ее шерсть были верно золотая пряжа, точный профессия эдакий прелести — невыгодный проговорить словами. Как а сие случилось, почто она, такая прелестная, такая утонченная, вышла из-за бродягу, стригаля-сезонника уроженец от болот Голуэя? И пропадает симпатия здесь понапрасну, на правах да ее обстановка тонкого фарфора, равным образом красивые полотняные скатерти, равным образом персидские ковры на гостиной, последняя стержень в колеснице синь порох сего невыгодный видит, вследствие этого почто жены таких, по образу Пэдди, ее чуждаются. При ней им неловко, они одновременно замечают, в чем дело? чрезмерно крикливы, неотесаны равным образом безвыгодный знают, что вертеться со столовым прибором, буде во нем лишше одной вилки.

Иногда на воскресенье мама отдельно садилась во гостиной вслед крошечный клавицитериум у окна равным образом играла, хоть бы следовать недосугом, лишенный чего практики, грабки ее искони утратили незатрудненность равно возлюбленная справлялась ныне всего только из самыми простыми пьесками. В такие брегет Фрэнк прятался по-под окном, середь сирени равно лилий, закрывал иллюминаторы да слушал. И о ту пору ему виделось: родительница на длинном пышном гардероб изо нежнейших бледно-розовых кружев сидит после клавесином во огромной комнате цвета слоновой кости, озаренная сияньем свеч на великолепных канделябрах. От сего видения ему желательно плакать, а в эту пору симпатия еще никогда в жизни отнюдь не плачет — не без; того памятного вечера во сарае, со тех пор, по образу городовой вернула его домой.

Мэгги вдругорядь уложила Хэла во источник да отошла для матери. Вот равно каста пропадает понапрасну. Тот а высокомерный аристократичный профиль; да во руках, да во отнюдь уже детской фигурке в свою очередь как бы с матери. Когда вырастет, симпатия хорошенького понемножку вылитая мать. А который после этого получай ней женится? Тоже который ирландец-стригаль сиречь тупой мужлан со молочной фермы почти Уэхайном? Она достойна лучшей участи, однако рождена отнюдь не для того лучшего. Выхода никакого нет, где-то целое говорят, да вместе с каждым годом целое непоправимей убеждаешься, почто сие правда.

Внезапно ощутив для себя его взгляд, равным образом Фиа, равным образом Мэгги обернулись, одарили его безмерно нежной улыбкой — беспричинно улыбаются бабье всего только самым дорогим равным образом любимым. Фрэнк поставил чашку держи княжение равно вышел вслед за калитка питать собак. Если бы спирт был способным горько заплакать либо — либо покончить кого-нибудь! Что угодно, лишь только бы покончить с этой боли!

Через три дня за того, в качестве кого Пэдди потерял работу у Арчибальда, пришло письмишко ото Мэри Карсон. Он прочел его туточки но в почте на Уэхайне, во вкусе лишь только получил, равным образом вернулся до дому вприпрыжку, правильно маленький.

— Мы едем на Австралию! — заорал возлюбленный да помахал накануне ошарашенным семейством дорогущий веленевой бумагой.

Тишина, по сию пору бельма прикованы ко Пэдди. Во взгляде Фионы испуг, равно вот взгляде Мэгги тоже, только бельма мальчиков жизнерадостно вспыхнули, а у Фрэнка горят наравне уголья.

— Пэдди, хотя благодаря чего симпатия неожиданно вспомнила об тебе в дальнейшем стольких лет? — спросила Фиа, прочитав письмо. — Она тогда далеко не со вчерашнего дня богата равным образом одинока. И ваш покорнейший слуга отнюдь не припомню, дабы возлюбленная так например раз в год по обещанию предложила помочь нам.

— Похоже, ей из чего можно заключить бояться свернуться на одиночестве, — сказал Пэдди, пытаясь усмирить безграмотный лишь жену, же равным образом себя. — Ты а видишь, почто симпатия пишет: «Я сделано невыгодный молода, твоя милость равно твои сыновья — мои наследники. Я думаю, нам годится увидеться, сей поры ваш покорный слуга жива, равным образом тебе час выдрессироваться ворочать своим наследством. Я намерена произвести тебя старшим овчаром, сие хорошенького понемножку отличная практика, равным образом твои взрослые сыновья также могут подвизаться овчарами. Дрохеда способен семейным предприятием, не грех хорош быть помимо посторонних».

— А возлюбленная далеко не пишет, пришлет возлюбленная нам денег получи и распишись дорогу? — спросила Фиа.

Пэдди выпрямился. Сказал, по образу отрезал:

— И безграмотный подумаю у нее клянчить! Доберемся поперед Австралии сверху домашние деньги; у меня нечто отложено, хватит.

— А по-моему, ей следовало бы израсходовать выше- переезд, — стойко повторила Фиа ко общему изумлению да растерянности: малограмотный то и дело ей бывало не соглашаться мужу. — С экой стати твоя милость целое в этом месте бросишь да поедешь корпеть сверху нее всего лишь потому, почто возлюбленная тебе нечто пообещала на письме? Она загодя ни разу равным образом пальцем неграмотный шевельнула, с намерением нам помочь, равным образом ваш покорнейший слуга ей невыгодный доверяю. Я исключительно помню: твоя милость завсегда говорил, аюшки? видоизмененный эдакий скряги планета отнюдь не видал. В конце концов, Пэдци, твоя милость опять-таки ее приблизительно малограмотный знаешь; твоя милость стократ в дочери годится ее, равным образом симпатия уехала на Австралию, от случая к случаю твоя милость ажно вновь на школу невыгодный ходил.

— По-моему, неотложно сие до сей времени сделано неважно, а когда симпатия скуповата, аюшки? ж, тем хлеще останется нам на наследство. Нет, Фиа, я едем на Австралию равным образом вслед за посторонись заплатим сами.

Фиа пуще малограмотный спорила. И за лицу ее невозможно было понять, рассердило ли ее, что такое? мужик поставил получи и распишись своем.

— Ура, ты да я едем на Австралию! — крикнул Борис да ухватил отца следовать плечи. Джек, Хьюги да Стюарт прыгали ото восторга, а Фрэнк улыбался, заглядевшись возьми несколько в отдалении вслед стенами этой комнаты, видное только ему одному. Только Фионой равным образом Мэгги овладели сомнения равным образом страх, равным образом они неприятно надеялись, что, может быть, буква начинание единаче сорвется, во всяком случае им во Австралии полегчало отнюдь не станется — их ждут те а возня равно хлопоты, токмо совершенно кругом хорэ чужое, непривычное.

— Джиленбоун — сие где? — спросил Стюарт. Вытащили в возврасте географический атлас; несмотря на то хомут да скопидом на постоянной нужде, да держи кухне спереди обеденного стола имелось небольшую толику полка вместе с книгами. Мальчики впились во пожелтевшие через времени листы равно под конец отыскали Новый Южный Уэльс. Привыкшие для малым новозеландским расстояниям, они никак не догадались свериться со масштабом, указанным во левом нижнем углу карты. И, само собой, решили, что-нибудь Новый Южный Уэльс отнюдь не свыше Северного острова Новой Зеландии. А на левом верхнем углу картеж отыскался равным образом Джиленбоун — пожалуй, неграмотный следом ото Сиднея, нежели Уонгануи с Окленда, и так кружки равным образом точки — города — встречались неизмеримо реже, нежели держи карте Северного острова.

— Это архи в возврасте атлас, — сказал Пэдди. — страна кенгуру почитай Америки, возлюбленная растет невыгодный постепенно, а скачками. Теперь после этого конечно из чего можно заключить сильнее городов.

На пароходе придется мчаться четвертым классом, а невыгодный беда, фактически сие лишь три дня. Не ведь аюшки? долгие недели, эпизодически перебираешься изо Англии на другое полушарие. С внешне позволительно хорош позаимствовать всего одежду, посуду, постельное белье, кухонную посуда верно во эту клад — книги; меблировка придется продать, или никак не довольно денег переместить скромную обстановку Фиониной гостиной — ее клавесин, ковры, стулья.

— Я невыгодный допущу, так чтобы твоя милость ото сумме сего отказалась, — безапелляционно заявил жене Пэдди.

— Но неужели экой издержки нам по части карману?

— Безусловно. А который по прочий мебели, Мэри пишет, про нас приготовят изба прежнего старшего овчара равным образом немного погодя вкушать все, который нам может понадобиться. Я рад, что такое? нам далеко не придется пробывать вместе с ней почти одной крышей.

— Я тоже, — сказала Фиа.

Пэдди поехал на Уонгануи равным образом взял билеты на восьмиместную каюту четвертого класса получи и распишись «Уэхайне»; странно, лайнер назывался что-то около же, по образу проксимальный для ним город. Отплывал спирт на конце августа, равным образом уж не без; введение месяца по сию пору стали понимать, почто великое эпизод равным образом что правда состоится. Надо было отказаться в пользу собак, предать лошадей равным образом двуколку, трюмо погрузить получай подводу старика Энгуса Мак-Уэртера равно отослать во Уонгануи получай распродажу, а мало кто барахло с приданого Фионы упаковать при случае не без; посудой, бельем, книгами равным образом кухонной утварью.

Фрэнк застал матушка близко прелестного старинного клавесина — возлюбленная поглаживала крохотку розоватое, во тонких прожилках буревал равно задумчиво смотрела сверху объедки позолоты, оставляющей пыльцу нате кончиках пальцев.

— У тебя издревле был текущий клавесин, мам? — спросил Фрэнк.

— Да. Мои собственные движимость у меня безвыгодный могли отнять, нет-нет да и моя персона выходила замуж. Этот клавесин, персидские ковры, кушетку равно стулья во стиле Людовика Пятнадцатого, написанный туалет эпохи регентства. Не этак быстро много, да постоянно сие было мое сообразно праву.

Печальные серые зеницы ее смотрели мимо Фрэнка возьми стену, получай маслом малеванный карточка — через времени регулы каплю поблекли, только вновь недурственно позволительно было рассмотреть золотоволосую женщину на пышном наряде изо нежных бледно-розовых кружев — во кринолине да несметных оборках.

Фрэнк обернулся да в свою очередь посмотрел получай портрет.

— Кто возлюбленная такая? — от любопытством спросил он. — Я сыздавна хотел спросить.

— Одна знатная дама.

— Наверно, симпатия тебе родня. Немножко сверху тебя похожа.

— Мы на родстве? — Фиа оторвалась ото созерцания портрета да иронично посмотрела возьми сына. — Неужели по мнению ми похоже, зачем у меня могла бытийствовать такая родственница?

— Да.

— Опомнись, у тебя окрошка на голове.

— Ты бы рассказала ми всегда во вкусе есть, мам. Фиа вздохнула, закрыла клавесин, стряхнула со пальцев золотую пыльцу.

— Тут нечему рассказывать, абсолютно нечего. Помоги-ка ми выдвинуть сии манатки возьми середину комнаты, папашка их запакует.

Переезд оказался сущим мученьем. Еще прежде, нежели «Уэхайн» вышел с Веллингтонской гавани, взяв семь раз одолела морская страдание равным образом безвыгодный отпускала давно конца, доколе никак не остались за спиной тысяча двести миль штормового зимнего моря. Пэдди вывел сыновей сверху палубу да держал их тут, как например да хлестал вьюга да поминутно пахло пеной, да едва при случае какая-нибудь добрая человек вызывалась искать из-за его несчастными, измученными рвотой мальчишками, спускался на каюту побывать жену не без; дочерью равным образом малыша. Фрэнк равным образом томился сообразно глотку свежего воздуха, так до этого времени но оставался подле матери равным образом Мэгги. В тесной душной каюте пованивало нефтью, симпатия помещалась внизу ватерлинии, на носу ко носу, равным образом тангаж была жестокая.

После первых а часов плавания Фрэнк да Мэгги решили, в чем дело? матка умирает; врач, вызванный изо первого класса встревоженным стюардом, безысходно покачал головой.

— Хорошо еще, почто передислокация безграмотный длинный, — сказал возлюбленный да велел сестре милосердия представить семя в целях младенца.

Между приступами моряцкий болезни Фрэнк равно Мэгги ухитрялись паивать Хэла с бутылочки (хотя дьявол упрямился равно безвыгодный брал соску). Фиону свыше невыгодный выворачивало, возлюбленная лежала, что мертвая, да они невыгодный могли возбудить ее на чувство. Стюард помог Фрэнку тюкнуть ее получи и распишись верхнюю койку, идеже дышалось крошечку легче, и, прижимая ко рту полотенце, ибо почто его да самого капля за каплей рвало желчью, Фрэнк примостился рядом сверху краю койки да отводил со лба матери спутанные золотистые волосы. Как ни скверно ему было, некто без конца оставался держи посту; равным образом какой есть единовременно Пэдди заставал на каюте ту но картину: Фрэнк сидит вблизи матери да гладит ее до волосам, а Мэгги, не без; полотенцем у рта, скорчилась получи нижней койке около Хэла.

Через три часа позже стоянки на Сиднее видимо-невидимо утихло, да бэу пароходище обволокло туманом, каковой подкрался по мнению зеркальной глади вместе с далекой Антарктики. Опять равно вновь выла искусительница — да Мэгги, каплю пришедшей во себя, чудилось, ась? теперь, нет-нет да и жестокие удары на борта прекратились, старуха посудина вопит через боли. «Уэхайн» еле-еле, крадучись, двигался во липкой серой мгле, аккуратно преследуемый зверь, равным образом опять двадцать пять откуда-то свыше доносился хриплый, бери одной ноте, плач — одинокий, безнадежный, долго унылый. А дальше однако округ заполнилось такими а горестными воплями, да объединение курящейся призрачными свитками тумана воде они скользнули во гавань. На всю дни запомнила Мэгги сии голоса гудков на тумане, которыми встретила ее Австралия.

Пэдди снес жену от парохода возьми руках, вслед ним шли Фрэнк со малышом, Мэгги не без; чемоданом, равно с головы мальчик, утомленно спотыкаясь, тащил какую-нибудь поклажу. В Пирмонт — название, которое шиш им безграмотный говорило, — они прибыли туманным зимним утром, кончался зарев 0921 года. За огромным железным навесом пристани ждала нескончаемая колонна такси; Мэгги изумленно раскрыла глаза, ввек сызнова возлюбленная невыгодный видела такого множества автомобилей сразу. Пэдди паршиво втиснул всегда система во одну машину, шеф которой вызвался увезти их на Народный дворец.

— Место ради тебя на самый раз, приятель, — пояснил он. — Вроде гостиницы про рабочего человека, а хозяйки в дальнейшем с Армии спасения.

Улицы кишели автомобилями, мчащимися, кажется, приёмом в совершенно стороны; лошадей только сколько не безвыгодный было видно. Из окон таксомотор ребята Клири романтически глядели возьми высоченные кирпичные дома, нате узкие извилистые улицы, их поражало, по образу бойко собирались да сызнова рассеивались толпы, якобы исполняя некоторый необычный городской житель обряд. Уэллингтон внушил им почтение, же накануне Сиднеем равно Уэллингтон казался прямо захолустным городишкой.

Пока Фиона отдыхала во одной изо бесчисленных ячеек огромного улья — у себя Армии спасения, умильно именуемого Народным дворцом, Пэдди собрался получи и распишись Центральный гавань для поездов узнать, в некоторых случаях склифосовский товарняк до самого Джиленбоуна. Мальчики сейчас нимало пришли на себя да запросились от ним: они прослышали, зачем сие безвыгодный бог поодаль да объединение дороге подробно магазинов, на книжка числе лавка, идеже торгуют засахаренным морским луком. Пэдди уступил, завидуя их мальчишеской прыти, самопроизвольно симпатия по прошествии трех дней моряцкий болезни снова невыгодный аспидски победительно держался получи и распишись ногах. Фрэнк равным образом Мэгги остались недалече Фионы да малыша, им также весть желательно пойти, да пупок развяжется важней им было, воеже полегчало матери. Впрочем, получи и распишись твердой земле силы бурно ко ней возвращались, симпатия выпила чашку бульона, принесенного ангелом-хранителем на чепце, равно инда пощипала ломтик поджаренного хлеба. И тутовник вернулся Пэдди.

— Если пишущий сии строки невыгодный поедем сегодня, Фиа, следующего прямого поезда у моря погоды целую неделю, — сказал он. — Как скажешь, лещадь силу тебе сойти из резьбы днесь а вечером?

Фиа, вздрагивая, села.

— Ничего, небрежно справлюсь.

— По-моему, требуется подождать, — бесстрашно вмешался Фрэнк. — Мама еще, по-моему, ужас слаба интересах дороги.

— Ты, видно, никак не понимаешь, Фрэнк, буде автор сих строк упустим известный поезд, придется целую неделю пробывать тут, во Сиднее, перевелся у меня возьми сие денег. страна кенгуру — местность большая, туда, камо нам надо, поезда безграмотный отдельный праздник ходят. Завтра принимать три поезда сверху Даббо, а дальше требуется хорош до второго пришествия местного, равно ми сказали, ты да я этак в большинстве случаев намучаемся, кризис миновал медянка вложить много сил равным образом двинуть в эту пору прямым.

— Я справлюсь, Пэдди, — повторила Фиа. — При ми Фрэнк равно Мэгги, сносно со мной никак не случится. Взглядом симпатия умоляла Фрэнка молчать.

— Тогда автор этих строк неотложно отправлю телеграмму, чтоб Мэри ждала нас будущие времена вечером.

Центральный вокзальчик был громаден, на такое сооружение им не в бровь единаче далеко не бывало — большущий неподвижный шляпа что бы равным образом отзывался эхом, равным образом на ведь но сезон поглощал гам равно голоса тысяч людей, в чем дело? ждали рядом своих потрепанных, перехваченных ремнями тож веревками чемоданов, безграмотный сводя глаза не без; большенный доски-указателя, нате которой служащие возле помощи длинных шестов меняли исходные данные насчёт поездах. В густеющих сумерках род Клири слилось не без; толпой, постоянно иллюминаторы прикованы были ко железной решетке — раздвижным воротам, ведущим получи и распишись платформу штучка пять, без дальних разговоров гульфик были закрыты, а получи них висела лузга со надписью, выведенной через руки: «Джиленбоунский почтовый». На платформах боец безраздельно равным образом штучка двуха поднялась суматоха, возвещая что касается близком отправлении вечерних скорых получай Брисбен равным образом Мельбурн, равным образом пассажиры хлынули наружу. Скоро настал равно черед Клири — створки ворот прежде пятой платформой сложились гармошкой, да толпа заторопился бери перрон.

Пэдди отыскал свободное кузов второго класса, усадил старших мальчиков для окнам, а Фиону, Мэгги равным образом малыша — у двери, плита отодвигалась во сторону, да следовать нею был долгий коридор, соединявший весь купе. В остановка заглядывали со платформы, надеясь встретить незанятое место, равным образом враз шарахались быть виде такого множества детворы. Иногда да у немалый семьи снедать близкие преимущества.

Ночь была холодная, пришлось отвязать с чемоданов прикрученные ко ним сбочку дорожные пледы; хоть ставок пруди неграмотный отапливался, а через расставленных сверху полу железных ящиков со горячими угольями шло тепло, а отопления на поезде ни один человек да безвыгодный ждал — ни во Австралии, ни во Новой Зеландии его вовеки малограмотный бывало.

— Пап, а нам за тридевять земель ехать? — спросила Мэгги, эпизодически состав тронулся, постукивая да с перевальцем для бесчисленных стыках рельс.

— Гораздо дальше, нежели приметно было в соответствии с нашему атласу, Мэгги. Шестьсот десяток миль. Будем возьми месте будущие времена время идти на покой вечером.

Мальчики ахнули, только тута но об во всех отношениях забыли, завороженные: на взгляд расцвела огнями сказочная страна; они прильнули для окнам, летела легуа после милей, а под глазами всегда мелькали дома. Потом товарник снова ускорил бег, огни поредели равно напоследях исчезли, лишь только мчались мимо уносимые воющим ветром искры. Потом Пэдди вышел не без; мальчиками на коридор, чтоб Фиа могла напичкать малыша, равным образом Мэгги от грустью поглядела им вслед. Видно, все как рукой сняло так время, когда-когда не запрещается было малограмотный прощаться не без; братьями, впоследствии рождения Хэла все ее бытие перевернулась, равно симпатия прикована ко дому капли что мама. А впрочем, симпатия далеко не во обиде, подумала Мэгги — преданная старшая сестра. Малыш ёбаный славный, дьявол — самая большая ее радость, равно до этого времени приблизительно приятно, что такое? мамонька сейчас обращается из нею на правах со взрослой. Совершенно неизвестно, благодаря этому рождаются дети, хотя микроскопический Хэл — прелесть. Она подала его матери; через малое время колонна остановился да стоял целую вечность, пыхтя через усталости. Мэгги адски желательно разинуть пространство равно выглянуть, да во купе, невзирая получи ящики не без; угольями, становилось весь холоднее.

Вошел Пэдди, принес Фионе чашку горячего чая, равным образом симпатия отложила сытого сонного Хэла бери скамью.

— Где я стоим? — спросила она.

— Это луг называется Верхняя долина. Буфетчица сказала, тогда нам прицепят дальнейший паровоз, ин`аче малограмотный усвоить душевный подъем впредь до Литгоу.

— А пишущий эти строки успею пьяный данный чай?

— Есть уже пятнадцать минут. Фрэнк не долго думая принесет тебе сандвичи, а автор пригляжу, с тем безвыездно мальчики поели. В нижеследующий единовременно дозволяется короче отведать всего-навсего запоздало на Никс глядя для станции Блэйни.

Мэгги выпила на две части вместе с матерью нагретый приятный напиток да в пожарном порядке проглотила отрезок пища не без; маслом, кто принес Фрэнк, ею предисловий овладело нестерпимое волнение. Фрэнк уложил ее получай длинной скамье на ногах у маленького Хэла, укутал пледом, дальше беспричинно а безотказно укрыл Фиону, которая вытянулась возьми скамье напротив. Стюарта да Хьюги уложили получай полу среди скамьями, однако Пэдди сказал жене, который Боба, Фрэнка да Джека уведет на отделение маленечко далее объединение коридору, потолкует от едущими вслед за тем стригалями да тама но весь они переночуют. В поезде оказалось куда ни на есть приятней, нежели в пароходе, слышно было, во вкусе свистит вьюга во телеграфных проводах, около размеренное пыхтенье двух паровозов постукивали стальные колеса, а часом злобно взвизгивали получи крутых поворотах, точно бы то-то и есть соскользнут со направление да шибко стараются удержаться; Мэгги уснула.

Утром они застыли у окна, испуганные, встревоженные — в жизни не они малограмотный думали, аюшки? такое может для одной планете от Новой Зеландией. Правда, равным образом тута расстилалась холмистая равнина, только ничто, ничто сильнее малограмотный напоминало что касается родных краях. Все какое-то бурое да серое, пусть даже деревья! Под ослепительным солнцем сделано изжелта серебрилась озимая пшеница, зыбились равным образом клонились получи и распишись ветру колосья, чуть там и тут посредь нескончаемых полей вставала рощица высоких тощих деревьев вместе с голубоватой листвой или — или чахлая побег пропыленных серых кустиков.

Фиона смотрела держи эту картину со стоическим спокойствием, невыгодный меняясь на лице, же бедная Мэгги немножечко безграмотный плакала. Что вслед за трагичность буква пустыня, ни единой оживленный изгороди, ни пятнышка зелени…

Солнце поднималось всегда выше, равным образом заморозки ночи сменился палящим зноем, а состав со грохотом несся постоянно опосля да дальше, чуть раз в год соответственно обещанию останавливаясь во каком-нибудь крохотном городишке, идеже довольно было велосипедов да конных повозок, однако около никак не было чувствительно автомобилей. Пэдди открыл, до чего возможно, что один окна, и так на них равным образом летела равным образом целое покрывала сажа; они задыхались с жары, потели на плотной одежде, рассчитанной получай новозеландскую зиму, оропон зудела. Казалось, всего лишь на аду может бездействовать зимою такая жара.

В Джиленбоун приехали сделано возьми закате, сие оказалось престранное пространство — горсточка ветхих деревянных домов равно построек с рифленого железа, общем одна широкая улица, пыльная, унылая, нигде ни дерева. Заходящее свет мазнуло за всему этому дивный кистью равно сверху минута облагородило, да приезжие пока что отнюдь не сошли со перрона, а позолота сейчас померкла. И вдругорядь пизда ними зауряднейший гурзуф на дальней дали, нате запутанный безвестной окраине — крайний первоочаг цивилизации нате самом краю плодородных земель; немножечко западней раскинулось держи двум тысячи миль безлюдье, безводная серир Невер-Невер, идеже ввек безграмотный случается дождя.

Возле станции стоял блестящий черноволосый автомобиль, и, выдержано идя по мнению толстому слою пыли, ко семейству Клири приближался католический священник. В своей длинной сутане симпатия чисто вышел изо прошлого, и, казалось, безвыгодный переступает ногами, вроде по сию пору люди, однако плывет сообразно воздуху, как следует сновидение; порошок вздымалась равно клубилась вкруг него равным образом алела на последних лучах заката.

— Здравствуйте, моя персона наставник здешнего прихода мол Брикассар, — сказал возлюбленный Пэдди да протянул руку. — Вы, очевидно, брательник Мэри; ваша милость не без; ней похожи как бы двум лекарство воды. — Он обернулся для Фионе, поднес ее слабую руку для губам, на улыбке его было неподдельное удивление: батька Ральф со первого взгляда умел отличить женщину благородного происхождения. — О, истинно ваша милость красавица! — сказал он, ровно экий похвала во устах священника важно в качестве кого запрещается естественней; попозже глазищи его обратились возьми тесную кучку сыновей Клири. Мгновение возлюбленный обескураженно смотрел бери Фрэнка со малышом нате руках, далее оглядел одного следовать другим мальчиков, через старших для младшим. Позади них, для отшибе, стояла Мэгги равно смотрела получай него, приоткрыв рот, предлогом сверху самого Господа Бога. Словно безграмотный замечая, что-нибудь пачкает во пыли тонкую шелковую сутану, зачинатель Ральф прошел мимо мальчиков, присел получи корточки накануне Мэгги равным образом взял ее ради плечи, обрезки у него были крепкие, добрые равно ласковые.

— Ну, а твоя милость кто такой такая? — спросил симпатия со улыбкой.

— Мэгги, — ответила она.

— Ее зовут Мэгенн, — раздражительно буркнул Фрэнк, спирт мгновенно возненавидел сего в изумление рослого статного красавца.

— Мэгенн — мое любимое имя. — Отец дескать Брикассар выпрямился, только руку Мэгги малограмотный выпустил. — Вам не чета ныне переспать у меня, — сказал он, ведя Мэгги для машине. — Завтра заутро мы отвезу вам на Дрохеду; сие чересчур далеко, а вас еле-еле вместе с поезда.

Помимо гостиницы «Империал» на Джиленбоуне изо кирпича построены были католическая храм равным образом возле ней школа, лавран равно хата священника; пусть даже большая городская общество умеренно размещалась на дощатых стенах. С наступлением сумерек неожиданно резким движением похолодало; хотя тут, во гостиной, пламенно пылали во огромном камине поленья равным образом откуда-то с глубины на хазе пахло вкуснейшими запахами. Экономка, сморщенная, сухонькая, получай диковина живая равно проворная шотландка, развела всех по мнению комнатам, ни возьми подождите около этом далеко не умолкая.

Семейство Клири, привыкшее ко холодной неприступности уэхайнских пастырей, хоть твоя милость в чем дело? хочешь никак не могло понимать от веселым, непринужденным добродушием отца Ральфа. Водан Пэдди приёмом оттаял, возлюбленный до сей времени невыгодный забыл дружелюбных священнослужителей родного Голуэя, которые далеко не чуждались своей паствы. Остальные ради едой разборчиво помалкивали равным образом в дальнейшем ужина поспешили смотаться наверх. Пэдди невольно последовал ради ними. Он-то во своей католической вере обретал горячо равным образом утешение; же остальных членов семьи симпатия всего-навсего держала на страхе да покорности: поступай, на правах велено, никак не в таком случае будешь проклят вовеки.

Когда они ушли, благодетель Ральф откинулся на своем излюбленном кресле; дьявол покуривал, смотрел во пламень равным образом улыбался. Перед его мысленным взором опять-таки проходили нераздельно из-за другим постоянно Клири, какими возлюбленный увидел их во первые минуты нате станции. Глава семьи, потрясно близкий получай Мэри, только опущенный тяжелым трудом и, на знак через сестры, за природе безусловно безвыгодный злой; его красивая измученная жена, — ей словно влитой бы кончиться с элегантной коляски, которую примчала двое белых лошадей; мрачный Фрэнк, у него черные грива равным образом зенки черные… лупилки — черные! Другие сыновья весь на отца, исключительно младший, Стюарт, ахти похож возьми мать, чисто который короче красив, в отдельных случаях вырастет; ась? получится с младенца, нонче неизвестно; и, наконец, Мэгти. Премилая, очаровательная девчурка; вихры такого цвета, ась? отнюдь не послать словами — безвыгодный медно-рыжие равно невыгодный золотые, какой-то редчайший сплав того да другого. И наравне возлюбленная подняла сверху него серебристо-серые глаза, бесподобно чистые, сияющие, по правилам растаявшие жемчужины. Отец Ральф пожал плечами, бросил хабарик во печка равно поднялся. Видно, симпатия стареет, чисто равно разыгрывается воображение; растаявшие жемчужины, малограмотный желательно ли! Вот у него, наверно, лупилки сдают с вечной пыли равным образом песка.

Наутро некто повез гостей во Дрохеду; они сделано освоились вместе с видом этой новой, незнакомой поместья равно ужас забавляли -де Брикассара, высказывая во всеуслышание приманка впечатления. Последние холмы остались получай двести миль восточное, объяснил спирт им, а тогда раскинулась черноземная равнина. Просторы только в чем дело? не безлесные, луга, ровные равно гладкие, на правах доска. День настал подобный а знойный, по образу накануне, да колесить во «даймлере» было камо удобнее, нежели на поезде. Выехали спозаранку, натощак, на черном чемодане сложены были схима отца Ральфа равным образом святые дары.

— Овцы после этого грязные, — огорчилась Мэгги, глядя, в качестве кого сотни рыжеватых шерстяных клубков тычутся носами во траву.

— Да, видно, желательно было ми поместиться во Новой Зеландии, — вздохнул батюшка Ральф. — Должно быть, возлюбленная похожа получи и распишись Ирландию, да овцы после беленькие равным образом чистенькие.

— Это верно, со Ирландией в дальнейшем бессчетно похожего. И травка такая а зеленая, приятно смотреть. Только места паче дикие, владенья невозделанные, — отозвался Пэдди. Отец Ральф пришелся ему ужас по части душе.

И здесь изо травы бедственно поднялись мало-мальски страусов казуар да помчались равно как ветер, вытянув длинные шеи, неразличимо памяти перебирая нескладными голенастыми ногами. Мальчики ахнули с изумления, далее расхохотались: вона чудеса, какие огромные перо — равным образом безграмотный летают, а бегают!

— Как приятно, что такое? ми отнюдь не нужно виднеться да отпирать сии злосчастные ворота, — сказал папаша Ральф, в отдельных случаях Боб, какой-никакой проделывал сие наместо него, закрыл следовать «даймлером» последние пропилеи равным образом ещё раз забрался на машину.

После стольких неожиданностей, которыми, никак не давая передышки, ошеломляла их Австралия, на усадьбе со приветливым домом на георгианском стиле, обвитым через силу зацветающей глицинией да окруженным несчетными кустами роз, им почудилось вещь родное.

— Вот тута наш брат будем жить? — пискнула Мэгги.

— Не совсем, — скоро сказал папа Ральф. — Вы будете быть во доме у реки, приближенно вслед милю отсюда.

Мэри Карсон ждала их во немалый гостиной, симпатия сидела на своем глубоком кресле равным образом никак не поднялась против брату, пришлось ему придвинуться ко ней посредством всю комнату.

— Здравствуй, Пэдди, — сказала симпатия конец любезно, же смотрела возле этом мимо: зрение ее прикован был ко отцу Ральфу, оный стоял со девочкой сверху руках, маленькие грабки обвились окрест его шеи.

Мэри Карсон величественно поднялась, ни со Фионой, ни от детьми возлюбленная здоровкаться невыгодный стала.

— Давайте неотложно а послушаем мессу, — сказала она. — Отец дескать Брикассар, лишенный чего сомнения, спешит.

— Нисколько, дорогая Мэри. — Он засмеялся, синие лупилки его обрадованно блестели. — Я отслужу мессу, ваша милость угостите нас отличным горячим завтраком, а в дальнейшем сего автор этих строк обещал явить Мэгги, идеже симпатия хорошенького понемножку жить.

— Мэгги, — повторила Мэри Карсон.

— Да, ее зовут Мэгги. Но, пожалуй, информированность начинается безграмотный от того конца? Разрешите ми изобразить всех сообразно порядку, Мэри. Это Фиона.

Мэри Карсон вкратце кивнула равным образом почитай малограмотный слушала, на правах родоначальник Ральф одного из-за другим называет ей мальчиков: симпатия неотрывно следила после священником равным образом Мэгги.



Глава 0

Дом старшего овчара стоял возьми сваях, футов держи число возвышаясь по-над узким ущельем, сплошь окаймленным плакучими ивами, внутри которых инде высились одинокие эвкалипты. После великолепия Дрохеды дьявол казался голым равно скучным — чайник по-над головой, равным образом только, зато симпатия был покойный да сим напоминал былой их жилище во Новой Зеландии. И во комнатах много солидной викторианской мебели, которую покрывала тончайшая красноватая пыль.

— Вам повезло, тогда вкушать хоть ванная, — сказал благодетель Ральф, ведя приезжих за деревянным ступеням для передней веранде; пыл оказался малограмотный маленький; сваи, получи и распишись которых стоял дом, были вышиной на пятнадцать футов. — Это получай дело половодья, — пояснил папа Ральф. — Вы шелковица по-над самой речкой, а ваш покорнейший слуга слышал, из другой оперы разок зажор вслед одну Нокс поднимается нате шестьдесят футов.

И правда, после этого имелась ванная: старуха жестяная кювета да дровяная колонка помещались на огороженном конце задней веранды. Но, ко брезгливому удивлению Фионы равно Мэгги, сральник была просто-напросто ямой, вырытой во каких-нибудь двухстах шагах ото дома, да с нее исходило зловоние. После Новой Зеландии сие казалось дикостью.

— Видно, неграмотный через силу чистоплотные человек на этом месте жили, — заметила Фиона, проводя пальцем до пыльному буфету. Отец Ральф засмеялся.

— Не пробуйте враждовать от пылью, вы ее безграмотный победить, — сказал он. — Здесь, в краю света, у вам три неодолимых врага — жара, порошок равным образом мухи. Как бы ваша милость ни старались, вы через них невыгодный избавиться.

Фиа подняла сверху него глаза.

— Вы бог добры для нам, ваше преподобие.

— Как но иначе? Вы — единственные родные мои доброго друга Мэри Карсон. Фиа хоть сколько-нибудь пожала плечами.

— Я отнюдь не привыкла ко дружескому отношению служителей церкви. В Новой Зеландии они держатся жуть обособленно.

— Вы так-таки безграмотный католичка?

— Нет. Пэдди — католик. Дети, естественно, до этого времени по единого воспитаны на католической вере, чтобы сие вам безвыгодный беспокоит.

— Я равно малограмотный думал беспокоиться. А вы сие неприятно?

— Право, ми целое равно.

— Сами ваш брат безграмотный обратились на католическую веру?

— Я далеко не лицемерка, зачинатель мол Брикассар. Я утратила веру на ту церковь, ко которой принадлежала, равно неграмотный желала вертеться для иной религии, настоль а бессмысленной.

— Понимаю. — Священник следил глазами из-за Мэгги; не присаживаясь бери передней веранде, симпатия вглядывалась на дорогу, ведущую наверх, для большому дому хозяйки Дрохеды. — Очень хорошенькая у вам дочка. У меня, знаете, склонность для тициановским волосам. У нее они такие, ась? Тициан одновременно схватился бы ради кисти. Никогда накануне малограмотный видел правильно такого оттенка. Дочь у вам токмо одна?

— Да. И у меня равным образом у Пэдди во роду свыше до этого времени мальчики, девочки у нас редкость.

— Бедняжка, — заумно сказал папаша дескать Брикассар.

Потом с Сиднея прибыл багаж, расставлены были объединение местам книги, посуда, кое-какие украшения, а во гостиной — аркичембало равным образом кое-кто барахло Фионы, равным образом во доме стало быть привычнее, бытие понемногу входила во колею. Пэдди равно мальчики, исключая младшего, Стюарта, почти что безвыездно срок проводили не без; двумя работниками, которых Мэри Карсон задержала получи и распишись ферме, с намерением они обучили приезжих хозяйничать, чай нате северо-западе Нового Южного Уэльса животноводство поставлено абсолютно далеко не так, вроде во Новой Зеландии. А Фиа, Мэгги равным образом Стюарт убедились — командовать во доме старшего овчара Дрохеды решительно никак не то, что такое? на прежнем их доме во Новой Зеландии; подразумевалось, сколько мучить Мэри Карсон ни на коем случае отнюдь не следует, так ее домоправительница равно накипь служанки где-то а рады были помочь женской половине семейства Клири, равно как рабочие фермы — Падрику да его сыновьям.

Скоро оказалось, что такое? Дрохеда — кое-что обособленное, самодовлеющее, отрезанное ото лишь цивилизованного мира, равно инда Джиленбоун понемногу стал общей сложности только лишь названием, с него всего ничего в чем дело? осталось во памяти. Границы огромной усадьбы вмещали равно конюшни, да кузницу, равным образом гаражи, равным образом избыток хозяйственных построек, идеже хранились всяческие запасы да припасы, ото провизии давно инструментов да машин; после этого равным образом псарня, псиный питомник, замысловатый ухо скотных дворов, гигантская стригальня, идеже могут подвизаться разом ни беда сколько ни скудно двадцать полдюжины стригалей, да вслед за нею единаче головоломная недоразумение всяческих хозяйственных дворов. Тут птичники, свинарники, коровники со помещениями с целью дойки, маслодельня, жилища для того двадцати шести стригалей, хибарки на сезонников, до оный поры двум у себя может статься отведенного семье Клири, да поменьше, чтобы других овчаров, барак к новичков, скотобойня равным образом нескончаемые штабеля дров.

Все сие размещается эскизно посередине круглой луговины трех миль на поперечнике да называется «Главная усадьба». Лишь во одной точке, у в домашних условиях старшего овчара, сие скопище разноместных построек почти не впритык примыкает для лесу. Однако равным образом в обществе сараями, дворами равно выгонами растет сколько звезд в небе деревьев, они дарят такую необходимую да отрадную тень; до большей части сие перечные деревья — огромные, могучие, из густой, дремотной, чудесной листвой. А вслед ними, на высокой траве приусадебного выгона, полегоньку пасутся лошади равно молочные коровы.

По дну глубокого оврага недалеко дома, идеже поселились Клири, безжизненно струится мелкая, мутная неспешная речонка. Невозможно рассказать рассказу отца Ральфа, как симпатия порой из-за одну ноченька поднимается для шестьдесят футов. Воду про ванной равным образом кухни накачивают ручным насосом изо этой речушки, равным образом Фиона вместе с Мэгги безвыгодный поспешно привыкли мыться, надраивать посуду равным образом уничтожать на этой зеленовато-бурой воде. На прочных деревянных опорах, похожих возьми буровые вышки, громоздятся полдюжины солидных баков рифленого железа, равным образом при случае будь по-твоему дождь, на них сбегает не без; крыши влага в целях питья — выяснилось, сколько ее нужно аспидски оберегать равно ни на коем случае отнюдь не потреблять нате стирку. Ведь шишка на ровном месте отнюдь не знает, рано или поздно вновь пойдет припустил да наполнит баки.

Овец равным образом коров поят водным путем с артезианского колодца — безграмотный с неглубокого, легкодоступного пласта, хотя с настоящей артезианской скважины, уходящей держи глубину вяще трех тысяч футов. Вода буква бьет ключом изо трубы у этак называемого водоема да по части узеньким канавкам, окаймленным ядовито-зеленой травой, разбегается нет слов по сию пору загоны, как их кушать на имении. Это дренажные канавы, равно основа жизни на них, насыщенная серой да минеральными солями, интересах людей малограмотный годится.

Поначалу всех Клири ошеломили здешние расстояния: во Дрохеде насчитывается двести полста тысяч акров. Самая длинная рубеж имения тянется держи восемьдесят миль. От Джиленбоуна впредь до у себя Мэри Карсон мешок миль равным образом двадцать семь ворот, — равно никакого другого жилья малограмотный сыщешь ближе нежели ради сто цифра миль. К востоку владения Мэри Карсон сужаются клином, да границей им служит Баруон — в такой мере местные народ называют реку Дарлинг на северном ее течении, — таковой колоссальный тинистый целый короб тянется получи тысячу миль равно лещадь прекращение сливается со Мурреем да впадает на Индийский океан ради полторы тысячи миль, получи и распишись самом юге Австралии. Джиленкрик, речушка во бом вблизи теперешнего жилища Клири, впадает во Баруон ради двум мили через Главной усадьбы.

Падрику да мальчикам мгновенно полюбились новые места. Случалось, они целые день проводили на седле, из-за бездна миль через дома, равным образом ночевали около открытым небом, таким глубоким, таким звездным, что-то лещадь ним можно подумать равным образом своевольно приобщаешься ко богу.

На бурой, непривычного цвета земле кишмя кишит жизнь. Меж деревьями проносятся огромными прыжками тысячные стада кенгуру, шутка перемахивают путем изгороди, равно запрещено насмотреться ими, такими легкими на движениях, такими свободными; получай равнинах, на высокой траве, гнездятся казуар — шагают, аккуратно гиганты часовые, вкруг своих жилищ, только пугаются лишь непривычного да убегают быстрей любого коня отчаливайте с своих темно-зеленых яиц величиною из футбольный мяч; термиты возводят башни цвета ржавчины, подобные крохотным небоскребам; свирепые кусачие муравьи-великаны темными потоками вливаются во сходные сверху кратеры отверстия во почве.

А птицам всех видов да пород равным образом совершенно не имеется числа, равно живут они никак не по отдельности равным образом неграмотный парами, хотя многотысячными стаями: крохотные желто-зеленые попугайчики (Фиа называет их неразлучниками), да небольшие ярко-красные не без; голубым, да крупные светло-серые попугаи гала вместе с яркой лилово-розовой грудью равным образом эдакий но головой равным образом подина крыльями, равно огромные какаду, белоснежные, со вызывающим ярко-желтым хохолком. Порхают равно кружат во воздухе крохотные прелестные зяблики, равно воробьи, равным образом скворцы, хохочут равным образом с настроением хихикают крепкие коричневые зимородки-кукабурра равным образом вместе с разлету подхватывают со владенья змеек — свое излюбленное лакомство. Во всех сих птицах убирать вещь почти не человеческое, бесстрашные, они сотнями сидят на ветвях, поглядывая округ быстрыми смышлеными глазами, трещат, болтают, смеются, подражают во всех отношениях голосам да звукам возьми свете.

Страхолюдные ящерицы длиною на пятерка — цифра футов топают по части земле, а впоследствии бездумный сальхов — да они сейчас выспренно получи и распишись дереве; равно внизу, равно во вышине они чувствуют себя вроде дома; сие гоанны. Водится тогда равно уймища других ящериц, помельче, да по временам далеко не поменьше страшных из виду; одни, по правилам динозавры, красуются на ожерельях колючих роговых наростов, некоторые люди дразнятся толстыми ярко-синими языками. Змеям самых разных пород равно обличий честное слово счету нет, равным образом живо выяснилось, что-то самые старшие да грозные в представление как правило наименее опасны, а короткая пышная змейка неграмотный длиннее фута может проявить себя кошмарно ядовитой гадюкой; туточки кушать да ковровые питоны, медянки, древесные змеи, да черные, краснобрюхие равно коричневые, равно несущие верную успение тигровые змеи.

А насекомые! Кузнечики, сверчки, саранча, пчелы, мухи всех видов равным образом размеров, цикады, москиты, стрекозы, огромные мотыльки равным образом всевозможные бабочки! Ужасны пауки — огромные, мохнатые, со лапами длиною на малость дюймов, равно обманчиво маленькие ядовитые черные твари, которые прячутся во отхожем месте; отдельные люди живут во огромной круглой, аккуратно колесо, сети, натянутой меж деревьев, иные качаются на тончайшей густого плетения паутинной колыбели, подвешенной ко травинкам, третьи зарываются на земляные норы да захлопывают из-за лицом дверку.

Хватает да хищников: дикие кабаны, черные волосатые зверюги ростом не без; корову, плотоядные, свирепые, ни ложки возьми свете далеко не боятся; дикие собаки дикая собака шныряют, крадучись, чуточку ли отнюдь не ползком, да сливаются цветом вместе с травой; стаи воронья грустно каркают, облепляя белесые скелеты иссохших мертвых деревьев; как столб парят на вышине ястребы равно орлы.

От многих хищников приходится беречь коров равным образом овец, особенно во ту пору, при случае появляется потомство. Кенгуру да кролики поедают драгоценную траву; кабаны равно дикая собака пожирают ягнят, телят, заболевших животных; вороны выклевывают им глаза. Молодым Клири пришлось вышколиться стрелять, равно они стали ездить со ружьями — подчас потребно кончить со мучениями раненого животного, в некоторых случаях доводится подбить кабана alias динго.

Вот сие жизнь! — вместе с восторгом думали мальчики. Никто изо них невыгодный тосковал по отношению Новой Зеландии; мошкара липла для уголкам глаз, забивалась во ноздри, на рот, во уши, да они научились быть грозой ее, переняв опрятно австралийскую уловку — подвесили ко полям шляп куски пробки сверху бечевках. Чтобы ползучая насекомая мелкота невыгодный забиралась внизу во их мешковатые штаны, они перевязывали штанины вниз колен ремешками с кенгуровой кожи, назывались сии прихоть смехотворно — тетивашки, да сверх них было безграмотный обойтись. Да, смотри она, настоящая жизнь, далеко не в таком случае что-то пресная тоска зеленая Новой Зеландии!

Их матери да сестре, привязанным ко дому, во Австралии нравилось куда как меньше, во всяком случае у них безграмотный находилось ни досуга, ни предлогов в целях поездок поверху равно всегда их учеба угнетали однообразием. Одни равно те но вечные женские тревоги — стряпать, убирать, стирать, гладить, нянчить малыша, лишь на этом месте однако сие труднее. Против тебя жара, персть равным образом мухи, крутые лестницы, мутная вода, а сильный пол веки вечные на отлучке, да некому отправить равным образом вырубить дров, накачать воды, порезать курицу ко обеду. Несносней общем жара, а тогда только лишь пока что начинается весна; да однако, получи и распишись тенистой веранде термометр сутки вслед за белым днем показывает сто 0 По Фаренгейту . А на кухне, при случае топится плита, доходит вплоть до ста двадцати.

Одежда всех Клири приспособлена была для того Новой Зеландии, идеже во доме свежо да надеваешь одно получай другое, да совершенно плотное, прилегающее. Мэри Карсон, прогуливаясь, зашла когда-то ко невестке равно окинула надменным взглядом миткалевое убор Фионы, длинное, вплоть до полу, вместе с высоким воротом. Сама возлюбленная была одета за новой моде: кремовое шелковое туалет вместе с большим вырезом — свободное, неграмотный во талию, равно просто-напросто впредь до половины закрывает икры, широкие рукава насилу доходят перед локтей.

— Право, Фиона, вам не прохонжэ старомодны, — сказала Мэри, оглядывая гостиную, сызнова окрашенную кремовой краской, персидские ковры равным образом хрупкую старинную мебель.

— У меня перевелся времени травиться после модой, — сказала Фиона резковато, что-что на роли хозяйки вовек себя безвыгодный позволяла.

— Теперь у вам склифосовский чище времени, мужской элемент ваши бесконечно во разъездах, никак не потребно насыщать столько народу. Укоротите домашние платья, да что-нибудь вы надевать нижние юбки равным образом корсет, неграмотный так в летнее время ваш брат умрете. Имейте во виду, склифосовский до этих пор жарче градусов бери пятнадцать, сверху двадцать. — Взгляд Мэри Карсон остановился получай портрете белокурой красавицы во кринолине времен императрицы Евгении. — Кто это? — спросила симпатия да показала пальцем.

— Моя бабушка.

— Вот как? И каста обстановка, равным образом ковры?

— Мне подарила бабушка.

— Вот как? Значит, оный гражданский лишил вам положения на обществе и, наверно, беда многого, дорогая Фиона?

Фиа в жизнь не никак не теряла самообладания, безграмотный потеряла равно нате нынешний раз, лишь тучнее сжала тонкие губы.

— Не думаю, Мэри. У меня безукоризненный муж; ваша сестра должны бы сие знать.

— Но у него ни гроша. Как ваша девичьи фамилия?

— Армстронг.

— Вот как? Неужели родня Родерику Армстронгу?

— Это моего старший брат. Его назвали Родериком на почтение мой прадеда.

Мэри Карсон поднялась, отмахиваясь нарядной широкополой шляпой с мух, которые далеко не питают почтения аж ко настолько важным особам.

— Что ж, вам до рождению выше, нежели мы, Клири, аз многогрешный готова сие признать. Неужели вас таково полюбили Пэдди, чтоб ото сумме сего отказаться?

— Почему мы где-то поступила, мое дело, — ровным голосом сказала Фиа. — Вас сие далеко не касается, Мэри. Я никак не намерена обдумывать мой мужа хоть вместе с его сестрой.

Складки у губ Мэри Карсон прорезались глубже, возлюбленная вытаращила глаза.

— Фу-ты ну-ты!

Больше симпатия безвыгодный появлялась, да ее экономка, госпожа Смит, приходила много раз — равно также посоветовала одеть взяв семь раз по-другому.

— Послушайте, у меня глотать швейная машина, возлюбленная ми капли неграмотный нужна. Я велю два работникам представить ее для вам. А ежели ми когда-нибудь понадобится шить, пишущий эти строки самочки ко вас приду. — Глаза ее остановились нате маленьком Хэле, некоторый оптимистично катался по мнению полу. — Я люблю внимать детские голоса, госпожа Клири.

Раз на один из половиной месяца конная сани доставляла с Джиленбоуна почту — видишь равным образом весь стройность со внешним миром. В Дрохеде имелись двоечка грузовика — «форда», с них безраздельно — подходящий почти перевозку повелитель цистерны, истинно до этого времени легковой «форд» да щегольской «ролле-ройс», но, кажется, последняя вязальная игла в колеснице отроду ими далеко не пользовался, на Джилли ездила эпизодично одна только Мэри Карсон. Добираться вслед за сороковушка миль — безвыездно в одинаковой мере зачем впредь до луны.

Непоседа Уильяме, обходной почтальон, вслед за один вместе с половиной месяца медленно поспевал упередить полный нестандартный округ. Его крытую повозку не без; плоским верхом, держи огромных колесах десяти футов на поперечнике, груженную всякой всячиной, какую всего-навсего могли выписать самые отдаленные фермы, тащила великолепная упряжка на дюжину ломовых коней. Кроме писем равно газет, Уильяме развозил бакалею, бензин во железных бочках для сороковник четверка галлона, астралин на четырехугольных пятигаллоновых бидонах, сено, зерно, муку, багасса равным образом картошку мешками, напиток во деревянных ящиках, сельскохозяйственные машины, заказанные сообразно почте проказа равным образом одежду изо магазина Энтони Хордерна во Сиднее да заключая все, в чем дело? только лишь требовалось перекинуть изо Джилли сиречь изо далеких больших городов. Лошади двигались мерным шагом, согласно двадцать миль во день, да идеже ни останавливался Уильяме, его встречали радушно, расспрашивали насчет новости, насчет погоду на дальних краях, вручали опрятно завернутые во бумажку финансы для новые покупки во Джилли равным образом отдавали усердно написанные письма, которые тута а укладывались во брезентовый куль из надписью «Почта».

К западу через Джилли в дороге было только что пара больших имения: рядышком — Дрохеда, подальше — Бугела; а вслед Бугелой лежала местность, много эстафета попадала лишь только однажды во полгода. По громадной извилистой дуге Непоседа объезжал весь юго-западные, западные да северо-западные фермы равным образом возвращался на Джилли, в дальнейшем аюшки? оставалось хватить ко востоку — круиз недлинное, общем миль шестьдесят, опосля действовала еще почтовое отделение города Буру. Изредка Уильяме кого-нибудь привозил — рядышком от ним, нате кожаном облучке, вничью никак не заслоненный с солнца, сидел посетитель или — или трудолюбец не принимая во внимание гроша после душой; время с времени возлюбленный кого-нибудь увозил — гостя либо недовольных прежним местом овчаров, горничных, сезонников, редко-редко — гувернантку; у фермеров-скотоводов были чтобы разъездов приманка машины, хотя тех, кто именно работал бери фермеров, отнюдь не всего лишь снабжал письмами равно товарами, только равно выручал транспортом единовластно Непоседа Уильяме.

Когда прибыли из почтой заказанные рулоны материи, Фиа уселась ради швейную машину — сувенир обращение Смит — равным образом принялась насаживать пуговицы свободные платья с светлого ситца про себя да Мэгги, грудь кюлот равно комбинезоны пользу кого мужчин, платьица на Хэла, занавески возьми окна. Что да говорить, в отдельных случаях скинули плотную облегающую одежду равно порядочно слоев белья, итак камо прохладнее.

Мэгги жилось одиноко, на доме с мальчиков оставался одинокий Стюарт. Джек равно Хьюги разъезжали из отцом, учились подвигаться из-за овцами — новичков во этом деле тогда называли желторотиками. Стюарт безграмотный годился во товарищи про игр, какими были предварительно Джек равным образом Хьюги. Маленький, тихий, спирт жил на каком-то своем отдельном мире, был в состоянии бы до второго пришествия восседать получи и распишись одном месте равно глядеть, равно как непрерывной затылок в затылок взбираются нате буревал муравьи, а Мэгги любила хозяйка воровать согласно деревьям равно от восторгом жевала смолу: ее на Австралии круглым счетом много, да весь разная! Но, согласно правде сказать, неграмотный очень-то они успевали взлезать соответственно деревьям не ведь — не то видеть муравьями. И у Мэгги, равным образом у Стюарта работы было по части горло. Они кололи равным образом таскали дрова, копали ямы с целью отбросов, гнули спину возьми огороде равно присматривали следовать курами да свиньями. И для тому а учились уложить злюка равно пауков, хоть эдак равно неграмотный перестали их бояться.

Несколько полет сряду дождей выпадало едва достаточно; на речке воды было мало, а на цистернах приблизительно перед половины. И былинка пока что неплохая, хоть бы издали неграмотный такая сочная, наравне на лучшие из лучших времена.

— Наверно, хорош хуже, — исподлобья предсказала Мэри Карсон.

Но перед настоящей засухи им довелось познать наводнение. В середине января сии места задело южным крылом налетающих не без; северо-запада муссонов. Эти могучие газы век коварны равно изменчивы. Порой они приносят летние ливни просто-напросто получай краешек австралийского материка, а подчас врываются глубоко, предварительно самого Сиднея, да оделяют злосчастных горожан дождливым летом. На сей разок на январе небосвод вдруг затянули черные набрякшие тучи, дуновение рвал их во клочья, равным образом хлынул слякоть — безграмотный стремительный проливной дождик, однако не перестает упорный, яростный, существующий потоп, да отнюдь не было ему конца.

Их предостерегли заранее; явился Непоседа Уильяме от повозкой, нагруженной до самого отказа, да вместе с дюжиной запасных лошадей — симпатия спешил предоставить округу во всех отношениях необходимым, временно дожди неграмотный отрезали ход для дальним фермам.

— Идут муссоны, — сказал он, свертывая самокрутку, равно кнутом показал получи и распишись груды провизии, припасенной свыше обычного. — Реки того вероятно выйдут изо берегов — равно Купер, равно Барку, равным образом Дайамантина, а Разлив ранее разлился. Весь Квинсленд получай двойка фута покрыло водой, они там, бедняги, ищут уж на что экий холмик, много бы повыше затрахать овец.

Внезапно поднялась сдерживаемая тревога; Пэдди равным образом мальчики работали во вкусе бешеные, переводили овец из низинных выгонов наравне допускается тогда ото своей речки равным образом через Баруона. Приехал папа Ральф, оседлал свою битюг равным образом вкупе вместе с Фрэнком равным образом лучшими собаками поспешил для выгоны, лежащие согласно берегу Баруона, а Пэдди да что другой овчара, прихватив объединение одному изо мальчиков, разъехались любой на свою сторону.

Отец Ральф равно своевольно был первоклассный овчар. Он ехал получи и распишись чистокровной каурой кобыле — подарке Мэри Карсон — на светло-коричневых безупречного покроя брюках чтобы верховый езды, во коричневых, начищенных до самого блеска высоких сапогах, на белоснежной рубашке, рукава закатаны равно открывают мускулистые руки, ворот распахнут равно открывает гладкую загорелую грудь. Фрэнк во серой фланелевой нижней рубашке равно старых мешковатых штанах с серой саржи, перетянутых дальше колен ремешками, чувствовал себя жалким ничтожеством. Да в такой мере оно равным образом есть, забористо подумал он, проезжая следовать стройным всадником сверху изящной лошадке посреди самшитов равным образом сосен заречной рощи. Под Фрэнком была норовистая пегая племенная кобыла, злобная, упрямая скотина, которая безжалостно ненавидела всех других лошадей. Взбудораженные собаки лаяли, прыгали, рычали наперсник получи друга равным образом сцепились было, хотя присмирели, когда-никогда священник Ральф люто да резко хлестнул сообразно ним пастушьим кнутом. Казалось, сей личность умеет до сей времени в свете, дьявол знал, вроде свистом ценз собакам любую команду, да кнутом владел слабо самое лучшее Фрэнка, тот или другой лишь только сызнова учился этому редкостному искусству австралийских пастухов.

Громадный злой как черт квинслендский пес-вожак проникся преданной любовью для отцу Ральфу да преданно следовал из-за ним, самоочевидно малограмотный считая Фрэнка хозяином. Фрэнка сие едва безвыгодный обижало; с сыновей Пэдди ему одному далеко не полюбилась долгоденствие на Дрохеде. Он безысходно рвался изо Новой Зеландии — только совсем отнюдь не ради тем, почто сделал здесь. Он возненавидел нескончаемые объезды выгонов да эту жесткую землю, сверху которой приходилось дремать чуток отнюдь не каждую ночь, да сих злобных псов — их безграмотный приласкаешь, равно если бы они плохо несут свою пастушью службу, их пристреливают.

Но гарцевать верхом, нет-нет да и надо головой сгущаются тучи, — сие уж попахивает приключением; да хоть деревья далеко не просто-напросто со скрипом гнутся подо порывами ветра, так так сказать приплясывают во диком веселье. Отец Ральф неутомим, определённо одержимый, подстрекает равным образом горячит собак, напускает бери рассеянных по части равнине нисколько отнюдь не подозревающих овец, быстрые тени стелются во траве, гонят преддверие собой безмозглые клубки шерсти — равно те скачут, блеют во страхе и, напоследях сбитые во кучу, бегут, несравненно надо. Не всех благ собак, горсточке людей ни в коем случае бы далеко не добить со таким огромным имением, в духе Дрохеда; с заранее обдуманным намерением обученные надзирать коров равным образом овец, сии псы в диковинка умны да почитай никак не нуждаются во приказаниях.

К ночи благодетель Ральф, из через собак равно Фрэнка, какой-никакой тянулся из-за ними, в духе мог, вывел со одного выгона всех овец — по большей части бери эту работу уходит малость дней. У ворот второго выгона, идеже росли ряд деревьев, некто расседлал свою кобылку равно сказал бодро, что, пожалуй, они равным образом не без; сего участка сумеют умозаключить ватага прежде, нежели хлынет дождь. Собаки, высунув языки, растянулись на траве, сердитый квинслендец-вожак униженно льнул ко ногам священника. Фрэнк вытащил изо переметной сумы мерзкого вида куски кенгурового мяса, швырнул собакам, да они, огрызаясь равно оттирая дружище друга, накинулись для еду.

— Паршивое зверье, — сказал Фрэнк. — Прямо шакалы какие-то, порядочные собаки приближенно себя никак не ведут.

— Мне кажется, бог Князь мира скоренько токмо задумал собак то есть такими, — палатально возразил родоначальник Ральф. — Они проворны, умны, воинственны, равным образом их почти что неисполнимо приручить. Мне они, признаться, пуще сообразно вкусу, нежели балованные комнатные собачки. — Он улыбнулся. — Вот да кошки тоже. Вы видели, какие кошки бери скотном дворе? Дикие, злобные, сущие пантеры; ни ради почто безвыгодный подпустят для себя человека. Но охотятся упоительно равно положительно безвыгодный нуждаются, дай тебе семя их опекали да кормили.

Он извлек с своей переметной сумы ломоть холодной баранины, хлеб, масло, отрезал кусочек баранины, остальную протянул Фрэнку. Положил артос равным образом масть сверху тес в лоне ними равно со явным наслаждением впился белыми зубами на мясо. Жажду утолили с брезентовой фляжки, в дальнейшем свернули до самокрутке.

Неподалеку стояло одинокое брус вилга; папаша Ральф указал получи и распишись него самокруткой.

— Вот полоса интересах ночевки, — сказал он, снял вместе с лошади седло, отвязал одеяло.

Фрэнк езжай следовать ним ко вилге — дереву, которое считают самым красивым во этой части Австралии. Крона его приблизительно круглая, крона светло-зеленая, адски густая. Ветви спускаются нисколько низко, их совсем нечего делать достают овцы, да благодаря чего исподнизу каждое деревцо как бы бы подстрижено ровно-ровно, примерно живая прясло во саду. Вилга всего делов надежней укроет с дождя, опять-таки у других деревьев Австралии крона малограмотный такая густая, вроде во землях, которые зажиточнее влагой.

Отец Ральф вздохнул, лег равным образом приготовился паки закурить.

— Вы несчастливы, Фрэнк, мы далеко не ошибаюсь? — спросил он.

— А почто сие такое — счастье?

— Сейчас счастливы ваш батька равным образом братья. А вы, ваша родимая да инокиня — нет. Вам невыгодный нравится во Австралии?

— Здесь — нет. Я хочу перебраться во Сидней. Может, в дальнейшем ваш покорнейший слуга сумею по неизвестной причине добиться.

— В Сидней? Но однако сие гнездилище порока, — улыбнулся батюшка Ральф.

— Ну равным образом пускай! Тут моя особа связан в области рукам равным образом ногам, всегда так же как бы было на Новой Зеландии; никуда через него безвыгодный денусь.

— От него?

Но у Фрэнка сие вырвалось ненароком, равно дьявол невыгодный желал продолжать. Лежал да смотрел вверх, бери листья.

— Сколько вы лет, Фрэнк?

— Двадцать два.

— Вот как! А вас когда-нибудь жили особо с родных?

— Нет.

— Ходили когда-нибудь бери танцы? Была у вам подружка?

— Нет.

Фрэнк никак не желал прибавлять, что положено, «ваше преподобие».

— Тогда он, наверно, быстро вы отпустит.

— Он меня малограмотный отпустит, все еще моя особа жив. Отец Ральф зевнул, улегся поудобнее.

— Спокойной ночи, — сказал он.

Утром тучи спустились вновь ниже, так дождя постоянно безвыгодный было, равно вслед за число они вывели овец единаче от одного выгона. Через всю землю Дрохеды, из северо-востока получай юго-запад, тянулась бар невысоких холмов — получай этих-то выгонах равно собирали в тот же миг стада, после этого дозволительно хорэ приискивать убежища через воды, неравно реки выйдут изо берегов.

Дождь начался сейчас ко ночи, равно Фрэнк со священником проворно пустились для броду от речку пониже под своей смоковницей Клири.

— Не жалейте лошадь, в тот же миг далеко не перед того! — крикнул батька Ральф. — Гоните вовсю, никак не в таком случае потонете на грязи!

В считанные секунды они вымокли до самого ниточки — равно беспричинно а в один момент размокла прокаленная зноем почва. Она ни на йоту малограмотный впитывала влагу равно обратилась во много жидкой грязи, лошади на честном слове переступали на ней, увязая чуток неграмотный в соответствии с колено. По траве до этих пор удавалось ворошиться быстро, так ближе для реке, идеже совершенно издревле вытоптал скот, всадникам пришлось спешиться. Без седоков лошади идем легче, так Фрэнк неграмотный держался держи ногах. Это было плоше всякого катка. На четвереньках они карабкались начинай подъем соответственно крутому берегу, скользили равным образом снова-здорово скатывались обратно. Мощенную камнем посторонись неторопливая жавель в большинстве случаев покрывала получи и распишись месте переправы чуть-чуть нате фут, а неотложно тута мчался шипучий сель во четверка фута глубиной; Фрэнк нечаянно услышал — отец смеется. Лошадей подбадривали криками, хлопали по части бокам через промокшими шляпами, равно они на конце концов успешно выбрались для противоположный берег, хотя Фрэнку равным образом отцу Ральфу сие малограмотный удавалось. Опять да вдругорядь они пытались скрутить скос да бы ведь ни был разок сползали вниз. Отец Ральф предложил залезть бери иву, хотя тутовник Пэдди, неспокойный появлением лошадей кроме седоков, подоспел не без; веревкой равно втащил их наверх.

Пэдди пригласил отца Ральфа заскочить ко ним, хотя оный улыбнулся равным образом покачал головой.

— Меня ждут во Большом доме, — сказал он. Мэри Карсон услышала его альт прежде, нем кто-либо с прислуги, — симпатия обошел землянка кругом, рассчитав, почто вместе с парадного побежка лучше попадет на отведенную ему комнату.

— Ну нет, на таком виде ваша сестра отнюдь не войдете, — сказала симпатия ему не без; веранды.

— Тогда сделайте одолжение, дозвольте ми мало-мальски полотенец равным образом мои чемодан.

Нисколько отнюдь не смущаясь, симпатия стояла у полуоткрытого окна гостиной равно смотрела, вроде спирт стянул мокрую рубашку, сапоги, техасы равно стирает не без; себя жидкую грязь.

— Никогда малограмотный видела мужской пол красивее вас, Ральф дескать Брикассар, — сказала она. — Почему посреди священников приближенно бессчетно красавцев? Ирландская экстравазат сказывается? Ирландцы чай видный народ. Или красивые мужской элемент ищут во сане защиту, как-никак такая внешность осложняет жизнь? Ручаюсь, всегда девчонки на Джилли чахнут через любви для вам.

— Я издревле ранее научился невыгодный концентрировать внимания получи и распишись влюбчивых девиц, — засмеялся он. — Некоторые способны вляпаться умереть и далеко не встать всякого священника младше пятидесяти, а неравно священнику не имеется тридцати пяти, во него, вроде правило, влюблены все. Но по чести совратить меня пытаются лишь только протестантки.

— О нежели вы ни спросишь, ответа начистоту отнюдь не жди — так? — сказала Мэри Карсон. Выпрямилась да положила ладоша ему нате грудь. — Вы сибарит, Ральф, ваша сестра принимаете солнечные ванны. Что же, у вы хоть куда таковой загар?

Он от улыбкой наклонился, усмехнулся ей на волосы, расстегнул полотняные кальсоны; они соскользнули наземь, спирт отбросил их ногой равно стоял, как следует статуя, изваянная Праксителем, а Мэри обошла его равно медленным темпом осмотрела со всех сторон.

События последних двух дней веселили его, развеселила равным образом внезапная представление — а все же Мэри Карсон, пожалуй, несравнимо уязвимее, нежели симпатия воображал! Однако спирт мирово знал ее да оттого дерзостно спросил:

— Вы который же, Мэри, хотите, с целью аз многогрешный занялся из вами любовью?

Она оглядела безжизненно повесивший голову помета его мужского достоинства, язвительно фыркнула:

— И во мыслях невыгодный было эдак вы утруждать! А вас нужна женщина, Ральф?

Он с высоты своего положения вскинул голову.

— Нет!

— Мужчина?

— Они покамест хуже, нежели женщины. Нет, сам черт ми невыгодный нужен.

— Так в чем дело? же, обходитесь сами?

— Ни малейшего желания.

— Любопытно. — Она шагнула назад во гостиную. — Ральф, кардинал дескать Брикассар! — съехидничала напоследок. Но, уйдя через его проницательного взгляда, сникла во своем глубоком кресле, стиснула кулаки, охваченная бессильной злобой получи капризы судьбы.

Отец Ральф, обнаженный, сошел от веранды держи остриженный газон да остановился — пакши закинуты ради голову, вежды сомкнуты; симпатия подставлял всё-таки останки теплым, вкрадчивым, покалывающим струйкам дождя, равно они отлично ласкали незащищенную кожу. Стало ничуть темно. Но во нем сохранялось по сию пору ведь но вялое спокойствие.

Речка вышла изо берегов, сваи, бери которых стоял хижина Пэдци, до сей времени глубже уходили на воду, симпатия подкрадывалась до Главной усадьбе ко Большому дому.

— Завтра начнет спадать, — сказала Мэри Карсон, от случая к случаю смятенный Пэдди пришел проговорить ей об этом.

Как всегда, симпатия оказалась права: бери следующей неделе кипяток понемногу убывала да напоследок вернулась на обычное русло. Выглянуло солнце, микроклимат раскалился накануне ста пятнадцати во тени, да былье так сказать взлетела во уран — высокая, только-только безвыгодный по части пояс, свежая, сверкающая бледным золотом так, аюшки? слепило глаза. Блестела отмытая через пыли крона деревьев, вернулись орды попугаев, которые одному черту известно идеже укрывались нет слов момент дождя, — об эту пору они паки мелькали во ветвях всеми цветами радуги равно тараторили паче прежнего.

Отец Ральф возвратился ко своей заброшенной было пастве, спокойный равным образом довольный: журьба из-за отлучку ему невыгодный грозит, как-никак у самого сердца, по-под белой священнической сорочкой, покоится документ нате тысячу фунтов. Епископ хорошенького понемножку во восторге.

Овец перегнали инверсно получи и распишись пастбища, равным образом семейству Клири пришлось насобачиться обычаю здешнего края — сиесте. Вставали на число утра, заканчивали по сию пору положение для полудню да валились сверх сил, обливались потом, ворочались равным образом безвыгодный находили себя места прежде пяти вечера. Так было равно со женщинами на доме, да не без; мужчинами для выгонах. Работа, которую запрещено было предпринять впредь до полудня, заканчивалась затем пяти, ужинали потом захода солнца, столик был выставлен получи и распишись веранду. Постели как и пришлось запустить руку в заграничный карман изо дому, ибо зачем жара далеко не спадала равно ко ночи. Кажется, сулема сейчас целую неугасимость ни днем, ни под покровом ночи невыгодный опускалась вверх ста. Про говядину да не далеким с который мысли забыли, во пищу годились всего только облако поменьше, — их успевали съесть, на срок дичь безвыгодный испортится. И безвыездно жаждали разнообразия, во всех отношениях опостылели вечные бараньи отбивные, тушеная баранина, пастуший пирог с бараньего фарша, далма лещадь соусом кэрри, жареная баранья нога, баранинка не без; пряностями, вареная, соленая, баранинка закачаешься всех видах.

Но во начале февраля бытье Мэгги равно Стюарта жестко изменилась. Их отослали во Джиленбоун, на монастырскую школу от пансионом, благодаря этому что-нибудь ближе разучивать было негде. Хэл, от случая к случаю подрастет, хорэ зубрить заочно, на школе, которую устроили доминиканцы во Сиднее, сказал Пэдди, же Мэгги равно Стюарт привыкли ко учителям, да Мэри Карсон щедро предложила раскошеливаться ради довольствие равным образом ученье во монастыре Креста господня. Притом у Фионы чрезмерно бессчётно хлопот вместе с маленьким Хэлом, во время оно ей шпионить до этих пор равным образом после тем, наравне они учатся. С самого азбука подразумевалось, что-то обучение Джека равным образом Хьюги закончено: Дрохеде они нужны были для того работы сверху земле, а им только лишь того равным образом хотелось.

Странной показалась Мэгги равно Стюарту потом Дрохеды, а дух — затем школы Пресвятого Сердца на Уэхайне мирная общежитие во монастыре Креста господня. Отец Ральф проницательно дал монахиням понять, почто сии пара детей — его подопечные, а их тёта — самая богатая девушка на Новом Южном Уэльсе. И чисто трусость Мэгги преобразилась с порока во добродетель, а Стюарт своей необычайной отрешенностью, привычкой в течение долгого времени воззриться неизвестно куда на невообразимую раздолье заслужил прозвище «маленького святого».

Да, туточки жилось адски мирно, благодаря чего зачем пансионеров было отнюдь мало: население округа, полно богатые, так чтобы вдалбливать своих отпрысков во закрытой школе со пансионом, извечно предпочитали командировать их во Сидней. В джиленбоунском монастыре разило лаком равно цветами, на полутемных коридорах вместе с высокими сводами пахло тишиной равно явственно ощутимым благочестием. Все говорили вполголоса, живот проходила кажется после тончайшей черной вуалью. Детей ноль без палочки никак не лупил тростью, десятая спица в них никак не кричал, да более того был получай свете батюшка Ральф.

Он безостановочно навещал их равно круглым счетом зачастую брал ко себя домой, сколько аж перекрасил спальню, идеже ночевала Мэгги, на нежно-зеленый цвет, купил новые занавески сверху окна да новое одеяло. Стюарт все еще спал на комнате, которую два раза окрашивали весь приближенно а — кремовой со коричневым; батька Ральф вконец безграмотный задумывался, здорово ли Стюарту.

Просто возлюбленный спохватился, в чем дело? надлежит предложить явиться снова равно его, чтоб безграмотный было обиды.

Отец Ральф равно сам по себе неграмотный знал, вследствие этого спирт приблизительно привязался ко Мэгги, да, соответственно правде говоря, равно безвыгодный удосужился потребовать себя об этом. Началось не без; того, что такое? ему следственно ее досада берет во оный былой с утра до ночи получи и распишись пыльном вокзале, в отдельных случаях дьявол заметил ее растерянную, назади всех; симпатия во семье для отшибе, вследствие этого в чем дело? девочка, от неизменной проницательностью догадался он. Но его ни на каплю отнюдь не заинтересовало, отчего на стороне держался равно Фрэнк, равным образом жалости ко Фрэнку некто как и далеко не ощутил. Было изумительный Фрэнке как бы такое, зачем убивало равным образом нежность, да жалость — этому угрюмому сердцу невыгодный хватало внутреннего света. А Мэгги? Она тем временем невмоготу растрогала отца Ральфа, и, законодательство же, симпатия никак не понимал отчего. Да, ему нравятся сии необыкновенного цвета волосы, равно краска равным образом разрез ее гляделки — тараньки у нее материнские равно сделано потому-то красивые, так снова милее, выразительнее; равным образом душа точно женский: податливость, а причем безграничная сила. Мэгги вовсе никак не мятежная душа, абсолютно напротив. Всю свою долгоденствие возлюбленная бросьте покоряться, смиренная колодница своей женской доли.

Но нет, сие до настоящий поры неграмотный все. Загляни симпатия во себя поглубже, он, существовать может, понял бы, почто его зрение для этой девочке рождено странным сочетанием времени, места равным образом характера. Никто в отношении ней не шутя невыгодный думает, а значит, глотать на ее жизни пустота, которую некто может загромоздить равным образом мертвяк заслужит ее привязанность; возлюбленная единаче нисколько отпрыск и, значит, вничью безвыгодный грозит его образу жизни равным образом его доброму имени пастыря; возлюбленная красива, а постоянно красивое доставляет ему удовольствие; и, наконец, — во этом возлюбленный не в таковский мере общем склонен был себя признаться, — возлюбленная самоё заполняла пустоту во его жизни, которую отнюдь не был в силах забить бог, благодаря этому что-то симпатия живое любящее существо, способное огрызнуться теплом возьми тепло. Осыпать ее подарками нельзя, дай тебе отнюдь не класть во неловкое разряд семью, а оттого дьявол старался почаще со ней видеться равным образом что песку в море времени равным образом выдумки потратил, сызнова отделывая чтобы нее комнату во церковном доме — малограмотный столько затем, с тем порадовать девочку, краеугольный камень — дай тебе организовать достойную оправу с целью своей жемчужины. Ничто дешевое, второсортное пользу кого нее никак не годится.

В начале мая во Дрохеду собрались стригали. От Мэри Карсон ни одинокий пустячок отнюдь не ускользал на Дрохеде — ни операция отар согласно выгонам, ни мах пастушьего кнута; вслед за сколько-нибудь дней по прихода стригалей возлюбленная вызвала для себя Пэдди и, что завсегда утопая во глубоком кресле, подробно, поперед мелочей распорядилась, почто равным образом во вкусе нужно делать. Падрика, привычного ко скромным масштабам Новой Зеландии, вместе с первых дней ошеломил большой сарай-стригальня от отделениями в целях двадцати шести мастеров; равно теперь, за разговора не без; сестрой, ото цифр равно прочих сведений у него гудело на голове. Оказалось, во Дрохеде стригут безвыгодный только лишь своих овец, хотя вновь да овец с Бугелы, Диббен-Диббена равно Бил-Била. А сие значит, который постоянно равным образом всякий на имении, равным образом мужской пол да женщины, должны сидеть лишенный чего роздыха. По обычаю, оболванивание овец — процесс общая, равным образом население окрестных ферм, которые пользуются пять оборудованной про сего Дрохедой, многообразно стараются помочь, а тяжче всех неизбежно надобно здешним.

Стригали приводят кого-нибудь, который стряпает сверху всю артель, провизию покупают во Дрохеде, однако надо, воеже здешних запасов хватило, надлежит наперед вычистить, ополоснуть старые, сколоченные плохо бараки, да кухню быть них, да нехитрую пристройку на мытья, навалять тюфяков да одеял. Не всегда фермы устраивали стригалей из такими удобствами, а Дрохеда гордилась своим гостеприимством да славой «распрекрасного места с целью стрижки». Ни на каких других общих начинаниях Мэри Карсон участия никак не принимала, зато медянка тутовник симпатия никак не скупилась. Ее стригальня была отнюдь не всего лишь одной изо крупнейших во Новом Южном Уэльсе, так да требовала лучших стригалей, мастеров кажется Джеки Хау; свыше трехсот тысяч овец следует хорошенького понемножку остричь, накануне нежели стригали погрузят приманка закатанные на одеяла скарб на архаический трехтонка подрядчика равно покатят туда, идеже их ждет покамест работа.

Фрэнк сделано двум недели далеко не был дома. Вдвоем со старым овчаром Питом Пивной Бочкой, прихватив двух запасных лошадей, собак равно двуколку, нагруженную их нехитрыми пожитками, которую случайно волокла ленивая кляча, возлюбленный ездил сверху дальние западные участки: надлежит было принести оттоль овец, последовательно переводить их вместе, отнимать да сортировать. Тягучая, утомительная работа, ни плошки похожего для ту неистовую гонку прежде наводнением. На каждом участке домашние загоны, после этого позволено долею направить да обозначить овец, нонче невыгодный придет их черед. При самой стригальне размещаются враз всего чирик тысяч овец, приблизительно что-нибудь всегда время, сей поры работают стригали, всхлипнуть достаточно древле — беспрестанно мотайся взад-вперед, заменяй поуже остриженных овец нестрижеными.

В кухне Фрэнк застал стрефил ради ее вечной, нескончаемой работой: возлюбленная стояла у раковины равно чистила картошку.

— Мам, сие я! — оптимистично окликнул он. Она ништяк обернулась, и, задним числом двух недель, сколько они безграмотный виделись, Фрэнк зараз заметил ее живот.

— О господи! — вырвалось у него.

Радость на ее глазах погасла, моська залилось краской стыда; возлюбленная прикрыла руками вздувшийся фартук, примерно растопырки могли замазать то, что-что еще далеко не прятала одежда.

Фрэнка затрясло.

— Мерзкий бородатый козел!

— Не смей эдак говорить, Фрэнк. Ты еще взрослый, потребно понимать. Ты равно самолично появился возьми вселенная неграмотный иначе, равным образом сие заслуживает неграмотный меньшего уважения. Ничего мерзкого туточки нет. Когда твоя милость оскорбляешь папу, твоя милость оскорбляешь равно меня.

— Он далеко не имеет права! Мог бы уйти тебя на покое! — прошипел Фрэнк, на углу его дрожащих губ вскипел склянка пены, некто отер хлебало ладонью.

— Тут пропал шиш мерзкого, — изнеможденно повторила Фиона равно таково посмотрела в сына ясными измученными глазами, можно подумать решила крат навеки вызволиться через стыда. — Никакой тута отсутствует мерзости, Фрэнк, равно на том, благодаря чего ребята родятся, — тоже.

Теперь побагровел Фрэнк. Не на силах пуще воздержаться зырк матери, возлюбленный повернулся равно чтоб пишущий эти строки тебя больше не видел во комнату, которую делил из Бобом, Джеком да Хьюги. Ее голые стены равно узкие кровати насмехаются надо ним, да, насмехаются, такие скучные, безликие, некому вобрать во них жизнь, нечему освятить их, привнести им смысл. А мурло матери, красота усталое мурло во строгом ореоле золотистых волос, весь светится по поводу того, нежели симпатия да оный мохнатый анахронический сабан занимались во нестерпимую летнюю жару.

Никуда через сего безграмотный уйти, никуда никак не скрыться ото матери, через тайных, подавляемых мыслей, ото желаний, таких естественных, все же спирт сделано взрослый, дьявол мужчина. Чаще сумме удается выгнать их с сознания, хотя при случае симпатия выставляет преддверие ним прямой примета своих вожделений, похваляется загадочными действиями, которым предается со сим похотливым старым скотом… Нет сил не далеким с что за мысли об этом, равно как со сим мириться, вроде сие вынести? Почему возлюбленная никак не может присутствовать непорочно святой, чистой да незапятнанной, наравне самочки богоматерь, с каких щей безграмотный есть смысл меньше этого, черт со ним инда во этом виновны весь слабый пол возьми во всем свете! А симпатия стоймя равным образом с поднятым забралом подтверждает, аюшки? виновна, — ото сего дозволено сойти вместе с ума. Чтобы далеко не решиться рассудка, возлюбленный давным-давно еще себя внушал, лже- симпатия ложится вблизи со старым уродом, сохраняя полнейшее целомудрие, необходимо но ей приблизительно спать, однако вовеки они ночной порой никак не обернутся, малограмотный коснутся дружище друга… О черт!

Что-то заскрипело, звякнуло, равно Фрэнк опустил лупилки — оказалось, симпатия согнул по спирали медную перекладину на низ кровати.

— Жаль, сколько твоя милость безграмотный папашина шея, — сказал симпатия ей.

— Фрэнк…

В дверях стояла мать.

Он вскинул голову, черные влажные зеницы блестели, правильно уголек подо дождем.

— Когда-нибудь ваш покорный слуга его убью.

— Этим твоя милость убьешь равным образом меня, — сказала Фиа, подошла равным образом села держи его постель.

— Нет, моя персона тебя освобожу! — горячо, не без; надеждой возразил он.

— Не буду пишущий эти строки свободна, Фрэнк, равным образом безвыгодный нужна ми буква свобода. Хотела бы аз многогрешный понять, благодаря чего твоя милость этакий слепой, так точно коврижки безграмотный пойму. Это у тебя далеко не через меня да никак не с отца. Я знаю, твоя милость никак не чувствуешь себя счастливым, а да который вы должно платить праздник же монетой сие возьми ми равно сверху папе? Почему твоя милость приблизительно стараешься совершенно усложнять? Почему? — Она опустила глаза, далее вновь посмотрела бери сына. — Не хотела аз многогрешный говорить, хотя приходится. Пора тебе отобрать девушку, Фрэнк, женись, обзаведись семьей. В Дрохеде места довольно. Я отроду на этом смысле безграмотный тревожилась из-за других мальчиков; они, видно, в области природе нимало другие. А тебе нужна жена, Фрэнк. Когда женишься, тебе уж прежде короче того же мнения о мне.

Фрэнк стоял ко ней задом да безграмотный оборачивался. Минут пятеро возлюбленная сидела для краю постели, безвыездно надеялась дождаться ото него на худой конец слова, следом со вздохом поднялась равным образом вышла.



Глава 0

После отъезда стригалой, от случая к случаю все округа поуспокоилась, настроясь получи зимний лад, настало минута ежегодной Джиленбоунской выставки равно скачек. То были главные местные праздники, да продолжались они двушник дня. Фионе нездоровилось, да рано или поздно Пэдди повез Мэри Карсон во остров на ее «роллс-ройсе», неподалёку безвыгодный было жены, его надежной опоры, чье наличность заставило бы Мэри остановить язык. Пэдди уж искони заметил — нечленораздельно с каких щей быть Фионе его единомышленница раз как-то притихает равным образом теряет самоуверенность.

Остальные весь поехали. Мальчикам, пригрозив самыми страшными карами, велели руководить себя прилично, равно они совокупно со Питом Пивной Бочкой, Джимом, Томом, госпожа Смит да служанками набились во грузовик, так Фрэнк отправился рано сам за себе получи и распишись легковом «фордике». Взрослая деление всей компании оставалась равным образом сверху второстепенный день, держи скачки; изо соображений, известных всего лишь ей одной, Мэри Карсон отклонила вовлечение отца Ральфа, впрочем настояла, так чтобы у него во доме переночевали Пэдди вместе с Фрэнком. Где нашли ночлег остальные пара овчара равно Том, меньшой садовник, ни одной живой души никак не интересовало, а госпожа Смит, Минни равным образом Кэт остановились у своих приятельниц на Джилли.

В чирик утра Пэдди отвел сестру во отборный номер, каким располагала питейный дом «Империал»; впоследствии спустился на пивбар равным образом у стойки увидел Фрэнка со огромной кружкой пива во руках.

— Теперь ваш покорнейший слуга угощаю, старик, — кучеряво сказал дьявол сыну. — Мне придется свезти тетю Мэри держи праздничный завтрак, беспричинно требуется подкрепиться, а в таком случае кроме мамы ми вместе с этаким испытанием далеко не справиться.

Привычный вежливый ужас въедается прочно, сие понимаешь только лишь тогда, если впервинку пытаешься изодрать его многолетние путы; оказалось, Фрэнк около по всем статьям желании без труда безвыгодный на силах выплеснуть пивчелло отцу во лицо, ну да покамест сверху глазах у всех на баре. И дьявол допил остатки, накриво улыбнулся.

— Извини, папа, моя персона обещал завести знакомство бери выставке от приятелями.

— Ну, о ту пору иди. На-ка вот, возьми нате расходы. Желаю потешно принять время, а даже если напьешься, постарайся, чтоб родительница далеко не заметила.

Фрэнк уставился держи хрустящую синюю бумажку — высшая оценка фунтов — задрать бы ее, пустить клочки Пэдди во лицо! Но норов вторично взяла верх, дьявол сложил новенькую бумажку, сунул во наперсный имущество да поблагодарил отца. И со всех ног бросился иди получи все четверик стороны с бара.

Пэдди — на парадном синем костюме, жилеточка застегнут доверху, золотая цепочка не без; брелоком, тяжелым самородком вместе с приисков Лоренса, неопровержимо удерживает во кармане золотые клепсидра — поправил плотный целлулоидный воротничок да огляделся: далеко не сорная былье не пропадет ли на баре знакомого лица. За девять месяцев, от приезда во Дрохеду, некто редко бывал на Джилли, так его-то, брата и, соответственно всей видимости, наследника Мэри Карсон, по сию пору знали во лицо, равно произвольный крата симпатия встречал во городе самый участливый прием. Несколько куверта заулыбались ему, порядком голосов окликнули, предлагая пить пива, жуть амором его окружила небольшая, так дружелюбная компания; равно некто позабыл насчёт Фрэнке.

Мэгги пока что ходила ранее малограмотный во локонах (несмотря бери денюжка Мэри Карсон, ни одной монахине неграмотный желательно об этом заботиться), в области плечам ее сбегали двум туго заплетенные толстые косы не без; темно-синими бантами. Монахиня приводила ее во скромном темно-синем форменном туалет воспитанницы монастырской школы при помощи монастырскую лужайку на хижина отца Ральфа равным образом передавала не без; рук получи растопырки экономке — та девочку обожала.

— Ох равно нарядность но букли у крошки, такие всего на наших горах увидишь, — от сильным шотландским выговором объяснила возлюбленная однова отцу Ральфу; его забавляла буква неожиданная пылкость: вообще-то Энни ни капельки далеко не питала нежных чувств ко дети да близость школы ей абсолютно безграмотный нравилось.

— Полно вам, Энни! Волосы все же неживые, воспрещается но кого-то воспылать любовью лишь вслед цветение волос, — поддразнил он.

— Ну, возлюбленная но милая, бедняжечка — питаться такие неубереги, самочки знаете.

Нет, благодетель Ральф неграмотный знал равно неграмотный стал спрашивать, в чем дело? сие вслед речь «неубереги», да малограмотный сказал вслух, аюшки? оно ажно в соответствии с звучанию своему к лицу для Мэгги. Порой далеко не есть смысл входить в подробности во содержание речей Энни равно поддерживать ее излишним вниманием; Энни не без причины называет себя вещуньей — равно вона жалеет девочку, а ему окончательно невыгодный подмывает услышать, аюшки? жалости с достоинством невыгодный столько вчерашний день Мэгги, как долго будущее.

Явился Фрэнк, его совершенно до этого времени трясло впоследствии встречи от отцом, равным образом симпатия безвыгодный знал, куда ни на есть себя девать.

— Пойдем, Мэгги, автор этих строк сведу тебя в ярмарку, — сказал спирт равно протянул руку.

— Может быть, моя особа отведу вам обоих? — И батюшка Ральф в свою очередь подал ей руку.

И гляди Мэгги по рукам посредь двумя людьми, которых боготворит, равным образом крепко-крепко держится ради их обрезки — симпатия бери седьмом небе.

Джиленбоунская показ располагается нате берегу Баруона, неподалёку вместе с ипподромом. Хотя со временем наводнения минуло полгода, солоди единаче никак не просохла и, растоптанная собравшимися пораньше нетерпеливыми зеваками, еще обратилась на жидкую грязь. За стойлами пользу кого отборных, первоклассных овец равно коров, свинтус да коз, соперничающих из-за награды, разбиты были палатки со всяческой снедью равно кустарными поделками местных умельцев. Племенной зараза равным образом печенье, вязаные шали равным образом вязаные кофточки да капоры к младенцев, вышитые скатерти, кошки, собаки, канарейки — поглощать получай что-то посмотреть.

А дальше, вслед за по всем статьям этим, — скаковой круг, на этом месте подрастающее племя всадники равно всадницы получай скакунах из подстриженными хвостами гарцуют пред судьями, — судьи равным образом самочки беда похожи в лошадей, решила Мэгги равным образом неграмотный удержалась, хихикнула. Наездницы на великолепных амазонках тонкой шерсти, во цилиндрах, игриво обмотанных тончайшей вуалью вместе с развевающимися концами, сидят боком получи высоченных лошадях. Мэгги без труда постичь малограмотный могла, равно как дозволено во такого типа шляпе да около таковой непрочной посадке разубедиться в лошади равно уберечь благовидный вид, ежели возлюбленная даже трошки ускорит шаг, так после этого для глазах у Мэгги одна блистательная женщина заставила своего гордого коня отчубучить фаланга сложнейших прыжков равным образом скачков — равным образом прежде конца выглядела безупречно. А затем сия женщина с нетерпением пришпорила коня, проскакала скачками за размокшему полю равно остановилась в качестве кого в один из дней накануне Мэгги, Фрэнком да отцом Ральфом, преграждая им путь. Перекинула ногу на черном лакированном сапожке при помощи седлышко и, сидя сделано абсолютно боком, сверху самом краешке, начальственно простерла руки, затянутые на перчатки:

— Отец Ральф! Будьте в такой степени любезны, спасите ми спешиться!

Он протянул руки, взял ее ради талию, возлюбленная оперлась получай его плечи, равным образом спирт свободно снял ее не без; седла, а что всего только ее черевик коснулись земли, отпустил эту тонкую талию, взял пристяжная почти уздцы да повел; новобрачная человек пошла рядом, минуя труда применяясь ко его походке.

— Вы выиграете Охотничий заезд, обращение Кармайкл? — без участия малейшего интереса осведомился священник.

Она капризно надула губы; симпатия была молода, аспидски хороша собой, равно ее безоговорочно задело странное безучастие отца Ральфа.

— Надеюсь выиграть, так далеко не весь во этом уверена. У меня однако серьезные соперницы — девушка Хоуптон равным образом обращение Энтони Кинг. Однако состязания объединение выездке моя особа рассчитываю выиграть, что-то около зачем неравно на Охотничьем заезде да далеко не выиграю, огорчена отнюдь не буду.

Она говорила круглым счетом гладко, приближенно правильно, по странности щепетильно — ведь была голос благородной особы, таково воспитанной равным образом образованной, что-нибудь ни живое чувство, ни единое образное выражение неграмотный скрашивали эту речь. И батюшка Ральф, обращаясь для ней, в свой черед заговорил округлыми фразами, приглаженными словами, минус следа обаятельной ирландской живости, точно бы чопорная красивая вернула его ко тем временам, когда-никогда некто равным образом непосредственно был таким.

Мэгги нахмурилась, озадаченная, вломно удивленная: во вкусе легко, да равным образом сторожко они перебрасываются словами, по образу переменился священник Ральф — непонятно, во нежели перемена, хотя симпатия глотать да ей, Мэгги, смена каста абсолютно отнюдь не нравится. Мэгги выпустила руку Фрэнка, несомненно равно бедственно им об эту пору следовательно исходить во всем во ряд.

Когда они подошли ко широченной луже, Фрэнк сейчас вдали отстал. Отец Ральф оглядел лужу — симпатия была хлеще похожа для мелкий пруд, — равно ставни его задорно блеснули; симпатия обернулся для девочке, которую как и прежде прочно держал вслед за руку, наклонился для ней не без; особенной нежностью — сие обращение Кармайкл в два приема почувствовала — гляди что-что далеко не хватало их учтивой светской беседе.

— Я безграмотный ношу плаща, Мэгги, милая, равно поелику никак не могу метнуть его ко твоим ногам, наравне сэр Уолтер Роли. Вы, конечно, извините меня, дорогая девушка Кармайкл, — здесь некто передал ей поводья ее коня, — а отнюдь не могу но пишущий эти строки допустить, с намерением моя любава запачкала башмачки, отнюдь не приблизительно ли?

Он легко и просто подхватил Мэгги почти мышку равным образом прижал ее для боку, предоставив девушка Кармайкл одной рукой подвернуть тяжелую длинную юбку, прочий — поводья да шлепать в области воде минуя посторонней помощи. За задом у них крикливо захохотал Фрэнк, ото зачем настрой красавицы вовсе неграмотный из чего можно заключить лучше, и, перейдя лужу, возлюбленная вкрутую свернула во другую сторону. Отец Ральф спустил Мэгги наземь.

— Вот ей-богу, симпатия бы рада вам убить, — сказал Фрэнк. Он был во восторге ото этой встречи равным образом с рассчитанной жестокости отца Ральфа. Такая красивая да такая гордая, кажется, ни единственный подросток хуй ней далеко не устоит, ажно да священник, а смотри папаша Ральф без милосердия сокрушил ее веру на себя, во силу дерзкой женственности, которая служила ей оружием. Как лже- он, священник, ненавидит ее равным образом все, что такое? возлюбленная олицетворяет, настоящий бабий мир, тонкий равным образом таинственный, слабо Фрэнку вновь безграмотный произошло проникнуть. Уязвленный словами матери, дьявол адски хотел, дай тебе девушка Кармайкл его заметила: как-никак, симпатия старший родом наследника Мэри Карсон, а возлюбленная пусть даже никак не удостоила его взглядом, как бы его равным образом в отлучке вовсе. Она была поглощена сим попом, а тем невыгодный менее некто человек бесполое. Хоть равно высокий, равным образом смуглый, да красавец, а по сию пору в одинаковой мере неграмотный мужчина.

— Не беспокойтесь, возлюбленная эдак попросту безвыгодный угомонится, — едко усмехнулся батя Ральф. — Она тем малограмотный менее богата равно на ближайшее воскресенье во всем для форсу бандитского пожертвует церкви чирик фунтов. — Он засмеялся, глядючи бери изумленное мурло Фрэнка. — Я малограмотный куда как в матери годится вас, ибн мой, же взять моя персона равным образом священник, а личность куда аж практический. Не ставьте сие ми во укор; попросту ваш покорнейший слуга бесчисленно на жизни повидал.

Ипподром остался позади, они вышли в площадь, отведенную с целью всевозможных увеселений. И Фрэнк равным образом Мэгги вступили сюда, в духе на волшебную страну. Отец Ральф дал Мэгги аж пятерка шиллингов, у Фрэнка — высшая отметка фунтов; какое счастье, когда-никогда можешь дать взятку после сени на все равняется кто увлекательный балаган. Народу полным-полно, на суше и в море снует детвора, круглыми глазами глядит получай завлекательные, по временам конец нескладно намалеванные надписи по-над входом во потрепанные парусиновые шатры: «Самая есть за что подержаться дама на мире»; «Принцесса-Гурия, Танец со змеями (спешите видеть, симпатия разжигает негодование Кобры!)»; «Человек без участия костей с Индии»; «Голиаф, Величайший Силач получи и распишись Земле»;

"Русалка Фетида, Морская Дева». Дети выкладывали монетки равным образом завороженно глядели сверху до сей времени сии вот тебе на да безвыгодный замечали, вроде потускнела пустяк русалки равным образом наравне беззубо ухмыляется кобра.

В дальнем конце площадки, закачаешься всю ее ширину — большой шатер, на пороге ним превысокий досчатый помост, а надо помостом вытянуто размалеванное полотнище, вид фриза, не без; которого грозят зрителям нарисованные фигуры. И какой-то лицо закричал во разговорная труба собравшейся толпе:

— Внимание, господа публика! Перед вами знаменитая повеление боксеров Джимми Шармена! Восемь лучших во мире боксеров! Храбрецы, испытайте приманка силы, одолетель получает кредитно-денежный приз!

Женщины да девушки стали выбираться изо толпы, равным образом где-то но безотлагательно со всех сторон подходили мужчины, молодожены ребята да подростки теснились ко самому помосту. Торжественно, абсолютно равно как гладиаторы, выходящие сверху арену на цирке древнего Рима, цепью выступили сверху возвышение восемь единица да стали: перебинтованные на запястьях щипанцы уперлись на бока, сматываем удочки расставлены, — стоят, красуются по-под восхищенные ахи да охи толпы. На всех черные, во обтяжку, фуфайки равным образом длинные трико, а через равно как облегающие серые трусняк по половины ляжек, — Мэгги решила, который они вышли во нижнем белье. На прыщики у всех белыми большими буквами выведено: «Команда Джимми Шармена». Они разного роста — кушать да беда высокие, да средние, да низенькие, а постоянно бери игра природы крепкие равным образом складные. Болтают корешок из другом, пересмеиваются, спустя рукава поигрывают мускулами, словом, прикидываются, лже- снаряжение самая в чем дело? ни для глотать будничная равным образом точки соприкосновения напирать ни на грош им малограмотный льстит.

— Ну, ребята, кто такой примет вызов? — орал на труба зазывала. — Кто хочет попытать счастья? Прими вызов, выиграй пятерку! — сызнова равно паки вопил он, равно крики его перемежались гулкой дробью барабана.

— Принимаю! — крикнул Фрэнк. — Иду! Иду! Отец Ральф хотел было его удержать, только Фрэнк стряхнул его руку, а вкруг во толпе, кто такой поближе, засмеялись, увидав, что такое? молодец против овец небольшого росточка, равно начали незлобиво подталкивать его вперед.

Водан с команды дружелюбно протянул руку равно помог Фрэнку влезть согласно пологий лесенке бери возвышение равно случаться недалеко со восьмеркой, а зазывщица не без; величайшей серьезностью объявил:

— Не смейтесь, господа публика! Он невыгодный весть велодрын ростом, зато первоначальный охотничек сразиться. Сами знаете, невыгодный оный храбрец, кто именно великан, а оный великан, который храбрец! Ну-ка, смотри дитя принял вызов, а вы, верзилы, что-то жметесь? Кто примет требование да выиграет пятерку, кто такой померяется силами от молодцами Джимми Шармена?

Понемногу набрались равным образом единаче охотники — молодняк ребята виновато мяли на руках шляпы да уважительно глядели сверху стоящих около профессионалов, бери избранных да недосягаемых. Отцу Ральфу ахти желательно посмотреть, нежели до этого времени сие кончится, да ни ложки неграмотный поделаешь, сыздавна время увести отселе Мэгги, решил он, ещё подхватил ее, замечательно повернулся да сделай так было прочь. Мэгги завизжала да не без; каждым его медленный визжала весь громче; получай них сделано глазели, сие было куда неловко, плоше того — неприлично, тогда родимый Ральф харя на городе во всех отношениях известное.

— Послушай, Мэгги, моя особа безвыгодный могу пошевелить тебя туда! Твой папа спустит со меня шкуру — да бросьте прав!

— Я хочу для Фрэнку, мы хочу для Фрэнку! — закачаешься целое рукав завопила Мэгги, возлюбленная храбро брыкалась да пыталась уязвить его руку.

— Вот нелепица собачий! — сказал батька Ральф. И покорился неизбежному, нашарил на кармане мелкота да двинулся ко входу во балаган, косясь согласно сторонам — в отлучке ли тута кого с мальчиков Клири; хотя ни души изо них малограмотный было следовательно — приходится быть, состязаются во искусстве накинуть подкову для гвоздичек либо уплетают пирожки вместе с мясом равным образом мороженое.

— Девочке семо нельзя, безупречный отец, — удивленно равно разгневанно сказал зазывала.

Отец Ральф возвел бельма для небу.

— Я да радоваться бы уйти, научите — как? На ее вопль сбежится все джиленбоунская полиция, равным образом нас арестуют ради жестокое лозунг вместе с ребенком. Ее старший брательник хорэ враждовать от одним с ваших молодцов, ей решительно необходимо посмотреть, наравне спирт выйдет победителем.

Тот пожал плечами.

— Что ж, важнейший отец, малограмотный мое профессия со вами спорить, верно? Только ради… э-э… только, сделайте милость, глядите, чтоб возлюбленная отнюдь не путалась лещадь ногами. Нет-нет, уберите домашние деньги, Джимми со вам денег безвыгодный возьмет.

Балаган заполняли мужской пол равно мальчишки, по сию пору теснились для арене посередине; крепко-накрепко сдавливая руку Мэгги, родоначальник Ральф отыскал свободное поприще за спиной всех, у брезентовой стенки. Воздух был темно-серый ото табачного дыма, да неплохо разило опилками, которыми туг интересах чистоты посыпали пол. Фрэнк был сейчас во перчатках, ему предстояло сражаться первому.

Добровольцу изо толпы случается, взять хоть да никак не часто, воздержаться схватку со боксером-профессионалом. Правда, отряд Джимми Шармена была безграмотный Небо весточка что, же на нее входили равным образом до некоторой степени первоклассных боксеров Австралии. Из-за малого роста Фрэнка в сравнении со чем него выставили боксера наилегчайшего веса — Фрэнк уложил его не без; третьего удара равно вызвался сразиться со кем-нибудь еще. К тому времени, в некоторых случаях возлюбленный дрался со третьим изо команды, об этом прослышали держи площади, равно на буффонство набилось полным-полна народу, яблоку некуда упасть.

Противникам около невыгодный удавалось забрать за живое Фрэнка, а мало кто их удары, попавшие во цель, всего лишь разжигали неусыпно тлеющую на нем ярость. Глаза у него стали бешеные, симпатия поголовно кипел, во каждом противнике ему чудился Пэдди, на восторженных воплях зрителей слышалась одна могучая песнь: «Бей! Бей! Бей!» Ох, во вкусе возлюбленный жаждал случая подраться, впредь до почему недоставало ему драки со тех самых пор, в качестве кого дьявол попал на Дрохеду! Драться! Он чай далеко не знал иного способа излить периалгия равно злость — равным образом если валил противника вместе с ног, ему слышалось, могущественный гик твердит еще иную песню: «Убей! Убей! Убей!"

Потом сравнительно от чем него выставили настоящего чемпиона-легковеса, которому велено было сохранять Фрэнка бери расстоянии равно выяснить, что-то около ли симпатия довольно во дальнем бою, что во ближнем. У Джимми Шармена заблестели глаза. Он ввек был наготове — отнюдь не сыщется ли свежеиспеченный чемпион, равно получай таких видишь представлениях на глухих городках сейчас открыл ряд «звезд». Легковес выполнял ась? велено, да ему приходилось туго, взять цыпки у него были длиннее, а Фрэнк, чпокнутый одним неистовым желанием — свалить, одолеть, прикончить, — видел одно: супостат неуловим, до сей времени приплясывает, всегда ускользает — равно преследовал его неотступно. И изо каждого захвата да изо града ударов извлекал безвыездно новые уроки, народ принадлежал для праздник странной породе людей, почто аж во порыве страшнейшей ярости способны думать. И некто продержался цельный раунд, наравне ни бессердечно отделали его опытные кулаки чемпиона; мигалки у него заплыл, бровь равным образом лабиум рассечены. Но возлюбленный выиграл двадцать фунтов — равно пиетет всех зрителей.

Улучив минуту, Мэгги вывернулась изо рук отца Ральфа да кинулась иди ко черту с балагана, дьявол малограмотный успел ее удержать. Вышел вслед за этим да увидел, зачем ее стошнило равным образом возлюбленная пытается отереть крохотным носовым платком забрызганные башмаки. Он безгласно подал ей особенный платок, погладил огненную головку, которая вздрагивала ото рыданий. В балагане его равно самого мутило, же увы, поддьяк отнюдь не позволял всучать себя волю сверху людях.

— Хочешь обождать Фрэнка или, может быть, пойдем?

— Обожду Фрэнка, — прошептала Мэгги равным образом прислонилась для его боку, благодарная ради сие ненавязчивое сочувствие.

— Не понимаю, из каких мест у тебя такая влияние надо моим несуществующим сердцем? — сказал симпатия во раздумье, полагая, почто она, ослабевшая, жалкая, малограмотный слушает, и, в духе многие, кто именно живет на одиночестве, уступая потребности сообщить близкие мысли вслух. — Ты отрицание далеко не похожа сверху мою мать, сестры у меня ввек неграмотный было, не мудрствуя лукаво безграмотный пойму, что-то но сие такое на тебе да во твоем несчастном семействе… Очень хоть в гроб ложись тебе живется, моя косушка Мэгги?

Из балагана вышел Фрэнк, промахивая платком рассеченную губу, бровь залеплена куском пластыря. Впервые следовать однако период их подписка образина у него счастливое — надлежит быть, эдак выглядит подавляющая мужчин потом того, зачем называется «неплохо протянуть найт со женщиной», подумал священник.

— Почему тута Мэгги? — бесчеловечно спросил Фрэнк, снова воспаленный по прошествии боя.

— Удержать ее не грех было бы токмо одним способом: связать объединение рукам равно ногам и, конечно, заткнуть грызло кляпом, — насмешливо ответил родоначальник Ральф; никак не очень-то по кайфу оправдываться, но, пожалуй, Фрэнк равным образом получи и распишись него может кинуться из кулаками. Он опасался ни для каплю далеко не Фрэнка, а скандала возьми людях. — Она испугалась из-за вас, Фрэнк, да хотела присутствовать поближе, своими глазами убедиться, что-нибудь не без; вами ни плошки худого безграмотный случилось. Не следует нате нее сердиться, возлюбленная да лишенный чего того переволновалась.

— Не смей передавать папе, аюшки? твоя милость семо совалась, — сказал сестре Фрэнк.

— Если никак не возражаете, может быть, получай этом закончим нашу прогулку? — предложил священник. — Я думаю, по всем статьям нам неграмотный помешает поотдохнуть равным образом пьяный горячего чаю у меня дома. — Он малозаметно ущипнул Мэгги из-за краешек носа. — А вам, новобрачная особа, малограмотный помешает до этих пор равным образом во всю мочь вымыться.

Пэдди сполна праздник состоял близ сестре, равно сие была сущая пытка, Фиона ни в жизнь им где-то невыгодный помыкала; старухе желательно было помогать, рано или поздно она, брюзжа равно фыркая, пробиралась вот французских шелковых туфельках за джиленбоунской грязи; ухмыляться равно самую малость бредить людям, которых симпатия удостаивала кивком свысока; защищать рядом, эпизодически симпатия вручала победителю главного заезда Джиленбоунский премия — малахитовый браслет. Пэдди, по малой мере убейте, малограмотный понимал, не без; какой-нибудь стати, нежели бы предоставить приз не без; золотисто-золотой пластинкой равным образом солидную сумму наличными, весь призовые монета ухлопали получи женскую побрякушку, — усердствовать чужда была ему исключительно любительская душа сих состязаний; подразумевалось, почто люди, занимающиеся конным спортом, малограмотный нуждаются во презренном металле да могут допустить прибыль держи заверть про женщины. Хорри Хоуптон, откуда мухортый меринок Король Эдвард выиграл сей малахитовый браслет, на прошлые годы сейчас стал обладателем других браслетов — рубинового, бриллиантового равно сапфирового, да сказал, ась? безграмотный успокоится, доколе отнюдь не наберет полдюжины: у него была новобрачная равно пяточек дочерей.

В крахмальной сорочке да целлулоидном воротничке Пэдди было малограмотный в соответствии с себе, симпатия парился на плотном синем костюме, желудок, не внове для баранине, плохо мирился не без; экзотической сиднейской закуской изо крабов равным образом моллюсков, которую подавали для шампанскому держи торжественном завтраке. И некто чувствовал себя истукан дураком равно невыгодный сомневался, зачем лицо у него дурацкий. Его оптимальный скафандр плохо сшит да по правде сказать старомоден, приблизительно равно разит глубокой провинцией. И всегда около ему чужие — по сию пору сии шумные, напористые скотоводы, равно их солидные высокомерные жены, равно долговязые, зубастые молодняк бабье (в них равным образом самих снедать кое-что лошадиное) — однако сии жирные остатки того, почто тутошний «Бюллетень» именует «скваттократией» 0 От «скваттер» — австралийский первопоселенец — сильная сторона аристократ. . Ведь они из всех сил стараются выкинуть изо головы по отношению тех днях, от случая к случаю во прошлом веке они переселились сюда, во Австралию, равно захватили обширные земли, которые потом, не без; созданием Федерации равным образом самоуправления, начальство молчаливо признали их собственностью. Эта шпиль вызывает во стране всеобщую зависть, сии семя образовали свою политическую партию, посылают своих детей на аристократические школы на Сиднее, церемония принимают у себя принца Уэльского, эпизодически спирт является во Австралию из визитом. А он, Пэдди Клири, — безыскусственный человек, рабочий. И синь порох у него несть общего из этими колониальными аристократами, чрезмерно мучительно напоминают они ему дом его жены.

И нет-нет да и под вечер на гостиной отца Ральфа некто застал Фрэнка, Мэгги да самого хозяина у пылающего камина — спокойных, довольных, мгновенно видно, провели табель беспечно равно весело, — его взяла досада. Ему шибко безвыгодный хватало незаметной, только надежной поддержки жены, а сестру симпатия промолчать безграмотный мог, пожалуй, малограмотный меньше, нежели во времена оны во раннем детстве, во Ирландии. И неожиданно некто заметил лейкопластырь надо глазом Фрэнка, его опухшее лицо, равно безмерно обрадовался предлогу про вспышки.

— Ты что но сие покажешься матери возьми глазищи во таком виде? — заорал он. — Чуть следовать тобой никак не уследи, твоя милость паки вслед за старое, который нате тебя подозрительно ни поглядит, за единый вздох лезешь а драку.

Пораженный батюшка Ральф вскочил, раскрыл было рыло — примирить, успокоить, однако Фрэнк опередил его.

— Я получи и распишись этом заработал деньги, — ахти вполголоса сказал он, показывая в пластырь. — Двадцать фунтов ради порядком минут, тетушка Мэри нам из тобой двоим после месяцочек столько невыгодный платит! Нынче во балагане Джимми Шармена автор этих строк уложил троих классных боксеров равным образом продержался весь период в сравнении из чем чемпиона во легком весе. И заработал себя двадцать фунтов. Может, по-твоему, ми равно невыгодный долженствует сим заниматься, а лишь теперь как долго народу в дальнейшем было, однако меня зауважали!

— Управился со парочкой выдохшихся перестарков нате захолустном представлении правда равно возгордился? Пора подрасти, Фрэнк! Понятно, росту во тебе сейчас безвыгодный прибавится, только взять бы вследствие матери постарался ума прибавить!

Как побледнел Фрэнк! Лицо — как следует выбеленная непогодой кость. Выслушать жесточайшее оскорбление, так точно пока что ото кого — через родного отца, равным образом воспрещено откликнуться тем же. Он задыхался, кой-как пересиливая себя, так чтобы безвыгодный кинуть на передвижение кулаки.

— Никакие они безграмотный перестарки, папа. Ты безвыгодный похуже меня знаешь, кто именно подобный Джимми Шармен. И непосредственно Джимми Шармен сказал, изо меня выйдет неплохой боксер, симпатия хочет схватить меня во команду да самоуправно хорэ тренировать. Да вновь довольно ми платить! Может, росту нет слов ми равным образом безграмотный прибавится, зато силы хватает, пишущий эти строки кого хочешь разделаю подина грильяж — равным образом тебя тоже, ты, дурной бэу козел!

Пэдди пленительно понял намек, закамуфлированный во последних словах, равно равно как очень побледнел.

— Да наравне твоя милость смеешь!

— А кто именно ж твоя милость есть? Скот похотливый! Ты что, никак не можешь уйти ее на покое? Не можешь неграмотный пристраиваться для ней?

— Не надо, безграмотный надо! — закричала Мэгги. Отец Ральф так сказать когтями впился ей на плечи, жуть до чего прижал ко себе. Слезы струились у нее за щекам, симпатия отчаянно, напрасно старалась вырваться. — Не надо, папочка! Ой, Фрэнк, отнюдь не надо! Пожалуйста, невыгодный надо! — пронзительно кричала она.

Но ее слышал единственный токмо папа Ральф. Фрэнк равным образом Пэдди стояли на вывеску ко лицу, опасение равным образом ненавистность в конце концов обрели выход. Плотина, которая вовремя их сдерживала — развратница бескорыстная ко Фионе, — прорвалась, ожесточенное конкурс по причине нее вышло наружу.

— Я ей муж. И творец благословил нас детьми, — сказал Пэдди спокойнее, силясь занять собой.

— Ты преподлый кобель, твоя милость получай каждую сучку довольный вскочить!

— А твоя милость цельный во гнусного кобеля — своего папашу, контия малограмотный знаю, который спирт после этого был! Слава богу, я-то тутовник ни близ чем! — заорал Пэдди… да осекся. — Боже милостивый! — Его возмущение единовременно утихло, спирт обмяк, съежился, в точности прободанный эрлифтный шар, руками зажал себя рот, казалось, возлюбленный пожалуйста выдергать принадлежащий язык, кто произнес непроизносимое. — Я безвыгодный ведь хотел сказать! Не то! Не то!

Едва у Пэдди вырвались роковые слова, священник Ральф выпустил Мэгги да кинулся для Фрэнка. Вывернул его правую руку назад, своей левой обхватил вслед за шею, круглым счетом что-нибудь едва-едва невыгодный задушил. Он был силен, да хватка у него оказалась железная; Фрэнк пытался высвободиться, следом перестал сопротивляться, безотказно покачал головой. Мэгги упала получи паркет да приближенно равным образом осталась получи коленях, заливаясь слезами, да всего лишь беспомощно, со отчаянной мольбой смотрела так держи отца, в таком случае бери брата. Она неграмотный понимала, который произошло, же чувствовала — одного с них симпатия теряет.

— Именно так самое твоя милость да хотел сказать, — как немазаное колесо вымолвил Фрэнк. — Наверно, автор этих строк завсегда сие знал! Наверно, знал! — Он попытался свернуть голову для священнику. — Отпустите меня, батюшка Ральф. Я его безвыгодный трону, воистину богом, неграмотный трону.

— Клянешься богом? Да будьте вас прокляты богом вовеки, ваша милость оба! — прогремел папа Ральф, единственный, во кусок в настоящий момент кипел гнев. — Если ваша сестра погубили девочку, ваш покорный слуга вы убью! Мне пришлось бросить ее здесь, чтоб возлюбленная всё-таки сие слышала, оттого зачем мы боялся — уведу ее, а вам тем временем доброжелатель друга прикончите, не иначе сие вам? И не чета бы прикончили, непроизводительно моя персона вас помешал, остолопы безмозглые, всего лишь относительно себя равно думаете!

— Ладно, ваш покорный слуга ухожу, — тусклым, безграмотный своим голосом сказал Фрэнк. — Я поступаю во команду Джимми Шармена да в жизни не отнюдь не вернусь.

— Ты обязан вернуться! — с горем пополам слышно выговорил Пэдди. — Что автор скажу твоей матери? Ты ей подороже всех нас вообще взятых. Она ми ни в жизнь малограмотный простит!

— Скажи ей, автор этих строк поступил ко Джимми Шармену, благодаря этому ась? хочу почему-то добиться. Это чистая правда.

— То, зачем ваш покорный слуга сказал… сие далеко не правда, Фрэнк. Черные иллюминаторы Фрэнка сверкнули презрением — чужие, неуместные зеницы во этой семье, они озадачили отца Ральфа уже тогда, во дата первой встречи: чей у сероглазой Фионы равно голубоглазого Пэдди взялся черноокий сын? Отец Ральф наслышан был вместе с учением Менделя равно полагал, почто инда серые бельма Фионы сего деньги безграмотный объясняют.

Фрэнк взял ватерпруф равно шапку.

— Ну, ясно, сие правда! Наверно, моя персона век сие знал. Мне вспоминалось, родимая играла сверху своем клавесине на комнате, экий у тебя ни в жизнь невыгодный было! И мы чувствовал: тебя вначале невыгодный было, моя персона был до самого тебя. Сперва симпатия была моя. — Он тихонько засмеялся. — Надо же, в какой мере полет мы клял тебя, думал, твоя милость затащил ее во болото, а сие совершенно с подачи меня. Из-за меня!

— Тут сам черт безграмотный виноват, Фрэнк, никто! — воскликнул иерей равно схватил его за, плечо. — Неисповедимы пути господни, поймите это!

Фрэнк стряхнул его руку да легким, неслышным своим шагом, медленно опасного крадущегося зверя уходи для выходу.

Да, дьявол прирожденный боксер, мелькнуло на мозгу отца Ральфа — на бесстрастном мозгу прирожденного кардинала.

— «Неисповедимы пути господни!» — передразнил со порога Фрэнк. — Когда ваша сестра разыгрываете пастыря духовного, вам нетрудно попугай, святой дескать Брикассар! Да помилуй Бог вы самого, во который моя персона вас скажу, с всех нас вас тогда сам соответственно себе убеждения малограмотный имеете, что-нибудь ваша милость такое держи самом деле!

Пэдди, мертвенно-бледный, сидя сверху стуле, безграмотный сводил испуганных мигалки вместе с Мэгги, а возлюбленная съежилась нате коленях у камина да совершенно плакала равно раскачивалась назад равно вперед. Он встал, шагнул было ко ней, да родимый Ральф в резкой форме оттолкнул его.

— Оставьте ее. Вы уж натворили бед! Возьмите вслед за тем во буфете виски, выпейте. И невыгодный уходите, пишущий эти строки уложу девочку, а позднее вернусь, поговорим. Слышите вам меня?

— Я безграмотный уйду, ваше преподобие. Уложите ее на постель.

Наверху, на уютной светло-зеленой спаленке, папаша Ральф расстегнул нате девочке одежда да рубашку, усадил ее в кайма кровати, воеже отстранить ботинки равно чулки. Ночная рубашка, приготовленная заботливой Энни, лежала в подушке; батька Ральф икта ее девочке вследствие голову, беспритязательно натянул прежде пят, далее снял вместе с нее штанишки. И по сию пору срок несколько болтал что до пустяках — пуговицы, мол, малограмотный хотят расстегиваться, да родаки ото башмаков с умыслом малограмотный развязываются, равно ленты неграмотный желают выплетаться с кос. Не взять в толк было, слышит ли Мэгги сии глупые прибаутки; остановившимися глазами симпатия с убитым видом смотрела бог весть куда через его плеча, равно на глазах сих была невысказанная очерк усердствовать ранних трагедий, недетских страданий равным образом горя, тяжкого никак не согласно годам.

— Ну, сегодня ложись, девчурка моя дорогая, равным образом постарайся уснуть. Скоро ваш покорный слуга вторично ко тебе приду, ни касательно нежели неграмотный тревожься, слышишь? И тут об по всем статьям поговорим.

— Как она? — спросил Пэдди, от случая к случаю батюшка Ральф вернулся во гостиную.

Священник взял со буфета бутылку да налил себя полстакана виски.

— По совести сказать, безвыгодный знаю. Бог свидетель, Пэдди, хотел бы аз многогрешный понять, сколько пользу кого ирландца самый плохой тройчатка — его склонность ко выпивке тож сатанинский нрав? Какая нелегкая вы дернула отметить это? Нет, никак не трудитесь отвечать! Тот самый нрав. Конечно, сие правда. Я знал, зачем симпатия вас безграмотный сын, понял не без; первого взгляда.

— Вы, видно, по сию пору замечаете?

— Многое. Впрочем, порядком равно самой обыкновенной наблюдательности, дабы заметить — некоторый с моих прихожан встревожен другими словами страдает. А в отдельных случаях ваш покорнейший слуга вижу такое, мои задолженность — помочь, до какой степени сие на моих силах.

— Вас на Джилли куда любят, ваше преподобие.

— Без сомнения, сим мы обязан моей наружности. — Священник хотел произносить сие небрежно, но, в сравнении из чем его воли, во словах прозвучала горечь.

— Вон вам наравне думаете? Нет, ваше преподобие, ваш покорнейший слуга безвыгодный согласен. Мы вы любим, благодаря тому что что-нибудь ваша милость благой пастырь.

— Ну, в всяком случае, я, видно, ранее по мнению ушки увяз на ваших неприятностях, — невыгодный помимо смущения сказал батька Ральф. — Так ась? давайте выкладывайте, в чем дело? у вы держи душе, приятель.

Пэдди уставился в горящие поленья — некто терзался раскаянием, безвыгодный находил себя места и, ради примерно чем-то заняться, сей поры пресвитер укладывал Мэгги, развел во камине целешенький костер. Пустой микрофон приблизительно равно прыгал во его трясущейся руке; родимый Ральф встал следовать бутылкой да налил ему сызнова виски. Пэдди хищно выпил, вздохнул, утер рыло — заранее некто безграмотный замечал, зачем в области щекам текут слезы.

— Я да самостоятельно малограмотный знаю, который священник Фрэнка. Мы от Фионой впоследствии познакомились. Ее родные во Новой Зеландии, дозволительно сказать, самые видные люди, у отца вслед за Ашбертоном, получи Южном острове, громадное имение, после да овцы, равным образом пшеница. Деньгам счету нет, а Фиа у него единственная. Я приблизительно понимаю, возлюбленный интересах нее всю век прежде обдумал: съездит возлюбленная на Англию, представят ее ко двору, найдут подходящего мужа. В доме она, понятно, ни вплоть до какой-либо работы безвыгодный касалась. У них лишь хватало: равным образом горничные, равным образом дворецкие, да лошади, равно кареты… Жили что важные господа.

Я после работал подручным возьми маслобойне, бывало, видел издалека — Фиа гуляет вместе с мальчонкой, годика один не без; половиной ему. И гляди раз в год по обещанию приходит ко ми самовластно Джеймс Армстронг. Дочь, говорит, опозорила взяв семь раз — незамужняя, а родила. Тогда это, конечно, замяли, хотели согнать ее подальше, истинно помешала бабушка, перед того расходилась — уделывать нечего, на худой конец равным образом неловко, а оставили они ее на доме. А теперь, говорит ми Джеймс, буква бабуня помирает, да уже минуя нее они с дочки не без; ее младенцем неотменно избавятся. А я, мол, личность одинокий; коль женюсь в ней несомненно обещаю завезти ее не без; Южного острова, они нам дадут денег получай в сторону равным образом снова через того пятьсот фунтов.

Что ж, ваше преподобие, ради меня пятьсот фунтов — богатство, да перестарок общежитие надоела. Только мы вечно был стеснительный, предварительно девушками робел. Ну равно подумал, может, оно равным образом нехудо получится, а ась? ребенок, беспричинно мы окончательно безграмотный против. Бабушка для сие прослышала и, уж на что положительно уж плоха была, послала вслед за мной. Голову прозакладываю, раньше возлюбленная была сущая ведьма, же сколько благородная тетенька — сие точно. Она ми рассказала капелька ради Фиону, же ради то, кто такой родимый малыша, — ни звука, да ми сердце не лежит было спрашивать. Ну равно вот, взяла возлюбленная вместе с меня слово, почто Фиа ото меня зла неграмотный увидит… возлюбленная понимала: только лишь симпатия помрет — они свою дочку на банан счета изо дому выгонят, вона равно подсказала Джеймсу, мол, сыщите ей мужа. Я тут-то старушку пожалел, Фиа ей была подороже всех для свете.

Хотите верьте, хотите нет, ваше преподобие, а ваш покорнейший слуга из Фионой блюдо изречение сказал всего только во оный день, если пишущий сии строки повенчались.

— Охотно верю, — прошептал папа Ральф. Поглядел получи особенный стакан, разом выпил виски, потянулся для бутылке равно снова-здорово наполнил обана стакана. — Значит, вас женились для знатной особе, Пэдди, целый ряд меньше вы за рождению.

— Ну да. Поначалу мы ее давно смерти боялся. Она на ту пору была такая красавица, батька Ральф, да такая… сторонняя, что такое? ли, во вкусе бы сие хорошенько объяснить. Будто ее тогда да нет, как совершенно сие малограмотный вместе с ней, а из кем другим происходит.

— Она да в тот же миг красавица, Пэдди, — снисходительно сказал папаша Ральф. — Я по части Мэгги вижу, какая была ее мать, ноне неграмотный начатки стареть.

— Ей туго жилось, ваше преподобие, однако неграмотный отрицаться а ми было? Со мной она, в области крайности, пристроена, да поуже ни одна собака малограмотный был способным надо ней измываться. Целых двойка годы ваш покорный слуга набирался храбрости, покуда… ну, до времени неграмотный стал ей мужем по-настоящему. И пришлось ее всему научить: стряпать, полы подметать, стирать, гладить. Она околесица отнюдь не умела.

И ни разу следовать совершенно годы, сколько пишущий сии строки женаты, ваше преподобие, ни единого разу возлюбленная безграмотный пожаловалась, да никак не засмеялась, равным образом безграмотный заплакала. Только на самые-самые секретные минуты, от случая к случаю автор сих строк из ней вместе, видно, ась? Фиа малограмотный бесчувственная, равно ажно тут симпатия ни словечка отнюдь не скажет. Я однако надеюсь, может, заговорит, равно неграмотный хочу тоже, что-то боюсь, предисловий симпатия того сообразно имени назовет. Нет-нет, пишущий эти строки никак не говорю, сколько возлюбленная ко ми тож для детьми хоть в петлю полезай относится. Но я-то ее люблю всей душой, а она, думается, более уж шиш такого прочувствовать неграмотный может. Только ко Фрэнку. Я спокон века знал: Фрэнка возлюбленная любит в большинстве случаев нас всех, дружно взятых. Наверно, его отца возлюбленная любила. Только ми ради него шиш малограмотный известно, кто такой возлюбленный был такой, благодаря этому ей запрещается было после него выйти.

Отец Ральф, понурясь да неоднократно мигая, смотрел получи и распишись домашние руки.

— Ох, Пэдди, какая адская мучительство — жизнь! Слава богу, у меня исключительно равно хватило мужества разгуливать по части самому ее краешку.

Пэдди, пошатываясь, поднялся.

— Ну вот, наделал мы дел, верно, ваше преподобие? Выгнал Фрэнка, ныне Фиа ми ни в жизнь неграмотный простит.

— Вы безграмотный можете ей сие сказать, Пэдди. Нет, вас отнюдь не должны ей рассказывать, ни на коем случае. Скажите просто, что такое? Фрэнк сбежал из боксерами, да довольно. Она знает, какой-нибудь некто беспокойный, симпатия вас поверит.

— Не могу но ваш покорный слуга ей соврать! — ужаснулся Пэдди.

— Надо, Пэдди. Неужели возлюбленная маловато страдала да мучилась? Не взваливайте для нее нового горя.

А для себя духовенство подумал: во вкусе знать? Быть может, любовь, которую возлюбленная отдавала Фрэнку, возлюбленная научится в конце концов презентовать равно тебе — тебе да праздник крошке наверху.

— Вы да действительно таково думаете, ваше преподобие?

— Да, так. О том, зачем нонче случилось, хлеще миздрюшка вкушать отнюдь не должен.

— А как бы а Мэгги? Она всегда слышала.

— О Мэгги малограмотный тревожьтесь, сие автор улажу. Думаю, возлюбленная далеко не совершенно поняла, знает только, зачем ваш брат из Фрэнком поссорились.

Я ей объясню: крат Фрэнк уехал, высказать матери оборона вашу ссору — вероятно всего пока что сильней ее огорчить. Впрочем, ми кажется, Мэгги далече малограмотный во всех отношениях делится от матерью. — Он поднялся. — Идите спать, Пэдди. Не забудьте, будущее вас потребно взяться таким же, равно как всегда, равным образом во придачу галопировать лещадь дудку Мэри.

Мэгги до сей времени далеко не спала: возлюбленная лежала со неограниченно раскрытыми глазами, нетвердо освещенная ночником у постели. Отец Ральф сел вблизи равным образом здесь заметил, что-то косы ее всегда покамест заплетены. Он исправно развязал темно-синие ленты равным образом политично отделял волос ради прядью, сей поры ее волосня никак не покрыли оптом подушку волнистым расплавленным золотом.

— Фрэнк уехал, Мэгги, — сказал он.

— Я знаю, ваше преподобие.

— А знаешь почему, детка?

— Он поссорился от папой.

— Что твоя милость в эту пору будешь делать?

— Я уеду вместе с Фрэнком. Я ему нужна.

— Ты невыгодный можешь уехать, малец моя Мэгги.

— Нет, могу. Я хотела днесь его искать, лишь у меня цирлы неграмотный идут, равным образом пишущий эти строки невыгодный люблю, в некоторых случаях темно. А наутро пойду его искать.

— Нет, Мэгги, приблизительно нельзя. Пойми, Фрэнку нужно своеобразно определить свою жизнь, час ему уехать. Я знаю, тебе сего малограмотный хочется, так он-то издревле поуже хотел покинуть изо дому. Нельзя воображать исключительно относительно себе, дай ему пребывать по-своему. — Отцу Ральфу показалось, что, заново равным образом опять двадцать пять повторяя одно равным образом так же, спирт внушит ей эту мысль. — Когда да мы вместе с тобой становимся взрослыми, сие наше льгота равно наше естественное алчность — выведать другую жизнь, кончиться изо стен родного дома, а Фрэнк еще взрослый. Пора ему приобрести собственным домом, равно женой, равно своей семьей. Понимаешь, Мэгги? Фрэнк из твоим папой поелику да поссорились, сколько Фрэнку обязательно охота уйти. Вовсе никак не оттого беспричинно получилось, что-нибудь они малограмотный любят побратим друга. Очень многие подрастающее поколение сыны Земли вот поэтому и есть приблизительно равным образом уходят с дому, сие на них как бы бы предлог. Эта перебранка в целях Фрэнка несложно предлог, дай тебе притечь так, во вкусе ему ахти давненько хотелось, предлог, дай тебе отлучиться изо дому. Ты поняла, моя Мэгги?

Она посмотрела ему торчмя на лицо. Такие усталые бельма были у нее, такие страдальческие, совершенно отнюдь не детские.

— Я знаю, — сказала она. — Знаю. Фрэнк хотел уйти, при случае ваш покорнейший слуга была маленькая, равным образом далеко не вышло. Папа его вернул равно заставил пребывать со нами.

— Но получай настоящий присест папочка далеко не способен возвращать Фрэнка, вследствие чего ась? нынче некто сделано никак не может раскрутить его остаться. Фрэнк ушел навсегда, Мэгги. Он безвыгодный вернется.

— И аз многогрешный лишше отроду его никак не увижу?

— Не знаю, — не за страх признался батька Ральф. — Я равно радехонек бы тебе ответить: конечно, увидишь, хотя ноль без палочки безвыгодный может накаркать будущее, Мэгги, инда священник. — Он перевел дух. — Не выкладывай маме, в чем дело? они поссорились, Мэгги, слышишь? Это очень, адски ее расстроит, а возлюбленная малограмотный положительно здорова.

— Потому который у нас быстро склифосовский до сей времени ребеночек?

— А зачем твоя милость об этом знаешь?

— Мама любит отращивать малюток, возлюбленная бессчетно отрастила. И у нее такие милые малютки получаются, ваше преподобие, ажно эпизодически симпатия нездорова. Я равным образом одного отращу, по-видимому Хэла, в то время ми безвыгодный в такой мере уныло полноте вне Фрэнка, правда?

— Партеногенез 0 Однополое половое амфигония , — промолвил родимый Ральф — Желаю удачи, Мэгги. Только предисловий твоя милость невыгодный сумеешь вырастить ребеночка?

— Ну, у меня вкушать Хэл, — сонно пробормотала Мэгги, сворачиваясь клубком. Потом спросила:

— Ваше преподобие, а ваш брат также уедете? Вы тоже?

— Когда-нибудь уеду, Мэгги. Но, наверно, безвыгодный скоро, таково зачем невыгодный волнуйся. Чует мое сердце, что-то аз многогрешный надолго, архи на долгий срок застрял на Джилли, — сказал священник, да во глазах его была горечь.



Глава 0

Ничего неграмотный поделаешь, пришлось Мэгги вернуться домой. Фиа малограмотный могла осведомляться сверх нее, а Стюарт, оставшись одиночный на Джиленбоунском монастыре, безотлагательно начал голодовку — равно таким образом в свой черед вернулся на Дрохеду.

Настал поуже серпень равным образом принес жестокие холода. Прошел казаться время не без; их приезда на Австралию, хотя буква зимка оказалась несть холоднее. Дождей нет, с морозного воздуха перехватывает дыхание. На вершинах Большого водораздела, встающего вслед триста миль ко востоку, экий гладкий экзина снега, какого безграмотный многие годы, однако не без; минувшего лета, позднее ливней, принесенных о ту пору муссонами, западнее Бэррен Джанкшен неграмотный выпало ни лекарство дождя. Опять нужно постоять кого засухи, говорили на Джиленбоуне, эпоха ей быть, искони медянка отнюдь не было, видно, в эту пору безвыгодный миновать.

Мэгги увидела матушка задним числом долгой разлуки — равным образом что страшная серьёзность ее придавила; бытовать может, так уходило детство, всколыхнулось предугадывание — гляди ась? чисто присутствовать женщиной… С виду Фиа на правах как далеко не переменилась, всего-навсего мамон большой; только вещь во ней ослабело, мнимый рессора на старых усталых часах, которые постоянно замедляют да замедляют ход, доколе невыгодный остановятся навсегда. Не итак прежней, приближенно свойственной Фионе живости движений. Теперь возлюбленная нетвердо переставляла ноги, что позабыла, что сие делается, на самой ее походке появилась растерянность; равным образом симпатия ничуть отнюдь не радовалась будущему ребенку, невыгодный было инда того тщательно сдерживаемого довольства, не без; каким симпатия ждала Хэла.

А настоящий крохотный рыжичек сегодня ковылял по мнению всему дому, поминутно лез гораздо отнюдь не надо, только Фиа равным образом далеко не пыталась прививать его для порядку иначе говоря хотя бы бы следить, нежели симпатия вслед за тем занят. Она брела весь в области тому но вечному кругу — с плиты ко кухонному столу, с стола для раковине — равным образом полоз ни аза свыше безвыгодный замечала вокруг. И у Мэгги неграмотный оставалось выбора, симпатия заполнила пустоту на жизни малыша равным образом стала ему матерью. Это далеко не далеко не было жертвой, тогда симпатия слегка любила братишку, равным образом возлюбленный приближенно беспомощно, таково добровольно принимал всю любовь, которую ей ранее желательно получи и распишись кого-то излить. Он во всякое время звал ее, ее название научился болтать до всех других, для ней просился возьми руки; да сие таково радовало, сие было счастье. Наперекор нудным повседневным заботам, вязала ли она, шила, чинила, стирала равным образом гладила, кормила ли кур иначе выполняла иную работу до дому, Мэгги безвыездно так же была довольна жизнью.

Никто безграмотный упоминал относительно Фрэнке, а каждые один не без; половиной месяца, заслышав далеко стручок почтальона, Фиа вскидывала голову да на малое время оживлялась. А далее обращение Смит приносила все, сколько пришло для название Клири, корреспонденция с Фрэнка в дальнейшем неграмотный оказывалось, да мимолетное болезненное воскресение заново угасало.

В доме появились двуха новых человечка. Фиа родила близнецов, до этих пор двух рыженьких Клири, их назвали Джеймс равным образом Патрик. Такие славные мальчишки, безвыездно во отца — неунывающие, доброжелательные, они не без; первых дней оказались сверху общем попечении, хозяйка Фиа примерно безграмотный обращала в них внимания, только лишь грудью кормила. Вскоре их стали чествовать в двух словах — Джиме да Пэтси; они сделались любимцами женщин на Большом доме — двух старых дев — горничных равным образом бездетной вдовы — экономки госпожа Смит, всегда три издавна истосковались в соответствии с этой радости — хороводиться вместе с малышами. Появление за единый вздох трех любящих матерей помогло Фионе для редкость несомненно пренебрегать что касается близнецах, равным образом незадолго ранее само собою разумелось, сколько они, в отдельных случаях отнюдь не спят, с однако времена проводят на Большом доме. Мэгги нетрудно недосужно было позаимствовать их подо свое крылышко, дай Отец Небесный справиться не без; Хэлом, оный невыгодный желал от ней расплевываться ни держи минуту. Неловкие, подобострастные заигрывания обращение Смит, Минни равным образом Кэт Хэлу никак не объединение вкусу. Мэгги — гляди любящее штаб-квартира его мирка, сам черт ему чище далеко не нужен, никого нет спирт чище отнюдь не желает — всего только Мэгги!

Непоседа Уильяме сменял своих отличных ломовых лошадей равным образом гигантский сарай для грузовик, да в эту пору эстафета приходила чаще — единовременно далеко не во один из половиной месяца, а во месяц, хотя через Фрэнка все еще ни слова. И понемногу воспоминание что касается нем блекло, на правах денно и нощно блекнут воспоминания, ажно самые дорогие сердцу; можно представить вдобавок нашего сознания грудь исцеляется равным образом заживают раны, в духе бы ни была велика наша отчаянная решимость ни аза никак не забыть. К Мэгги излечение приходило со ноющей грустью: сделано далеко не вспомнить, каковой спирт был, Фрэнк, смутны стали милые черты, их заслонил известный поперед святости ясный облик, эдак но скудно подобный от настоящим Фрэнком, что иконописный Спас — со тем, каким, наверно, был Сын человеческий. А ко Фионе с тех молчаливых глубин, идеже в полном молчании совершалось продвижение ее души, пришло в смену новое чувство.

Происходило сие исподволь, ноль без палочки сносно неграмотный замечал. Ведь Фиа завсегда замыкалась во молчании, во непроницаемой сдержанности; равным образом эту глубинную внутреннюю перемену шишка на ровном месте безвыгодный успевал уловить, ее ощутил едва тот, сверху кого сейчас обратилась ее любовь, же невыгодный подавал виду. Это потаенное, невысказанное соединяло их да облегчало им грузы одиночества.

Пожалуй, по-иному равно малограмотный могло быть, фактически изо всех детей одинокий всего только Стюарт сделай так во мать. В приманка четырнадцать планирование симпатия был для того отца да братьев эдакий а неразрешимой загадкой, что накануне Фрэнк, но, во медаль с Фрэнка, безграмотный вызывал досады равным образом враждебности. Не жалуясь, исполнял все, зачем ведено, работал ни вот столько безвыгодный в меньшей степени других равно вничью малограмотный возмущал безветрие истинно вышивка во доме. Он был рыжий, в качестве кого постоянно мальчики, хотя потемнее — волосоньки цвета красного дерева, а глаза, ясные, прозрачные, ровно ключевая водыка во тени, казалось, проникли во углубление времен, ко началу начал равно целое видели таким, в качестве кого оно есть. И дьявол лишь изо сыновей Пэдди обещал сложение красивым мужчиной, даже если Мэгги во душе невыгодный сомневалась, ась? Хэл, нет-нет да и вырастет, затмит его. Никто неграмотный знал, касательно нежели Стюарт думает: он, как бы Фиа, был безграмотный щедр бери сотрясение воздуха равным образом вовек ни об нежели далеко не высказывал своего мнения. И до оный поры симпатия умел раз как-то хорошо затихать, как замирало на неподвижности невыгодный только лишь тело, только равным образом душа, равно сестре, со которой они были погодки, казалось, возлюбленный черт знает куда уходит, куда ни на есть свыше никому несть доступа.

Отец Ральф определял сие по-другому.

— У сего паренька однако отнюдь не по-людски! — воскликнул возлюбленный во день, когда-когда привез Стюарта к родным пенатам с монастыря, идеже оный лишенный чего Мэгги устроил голодовку. — Хоть бы спирт сказал, почто хочет домой! Хоть бы сказал, зачем скучает лишенный чего Мэгги! Ничего подобного! Просто взял равно перестал кушать равно выдержано ждет, непостоянно сии тупые головы сообразят, не без; в чем дело? сие он. И ни словечка жалобы. Пришел автор этих строк для нему, заорал: твоя милость что, до дому хочешь? — а дьявол исключительно улыбнулся равно кивнул!

Но со временем некогда молчаливо признано было, аюшки? Стюарт никак не пойдет потеть над чем получи и распишись выгонах от Пэдди да вместе с братьями, так например спирт ранее неграмотный маленький. Его обязанности сохраниться подле доме, наступать на любимую мозоль дрова, следить ради огородом, даивать корову — счету в отлучке хозяйственным заботам, а нет-нет да и возьми руках трое малых детей, женщинам от края до края никак не поспеть. Да равным образом осторожности чтобы пусть себя на здоровье хорэ во доме мужчина, возьми хоть да невыгодный взрослый, по-видимому что знак, зачем вкушать да часть поблизости. Мало ли который заявится чуждый — громыхнут чужие пимы сообразно деревянным ступеням задней веранды, заграничный звук окликнет:

— Эй, хозяйка, безвыгодный накормите прохожего человека? В здешней глуши они кишмя кишат — сезонники от закатанными во синее конверт пожитками сверху горбу скитаются через фермы для ферме, который изо Квинсленда, кто такой изо Виктории; бедолаги, кому неграмотный повезло, равным образом такие, кто именно побаивается связать себя постоянной работой, а предпочитает держать путь тысячи миль на поисках бог знает чего. Почти целое они сыны Земли порядочные: придут, наедятся досыта, сунут на плойка одеяла сколько им дадут — капелька чаю, сахару, страдания — равно уходят по части немалый дороге, держа конец держи Барколу либо — либо Нарранганг, позвякивая помятыми жестяными котелками, равно вслед за ними плетутся тощие псы. Австралийские путники в кои веки ездят верхом; они передвигаются в своих двоих.

Но эпизодически появляется да злющий гость, высматривает дом, идеже остались одни женщины, лишенный чего мужчин, невыгодный с целью насилия — в целях грабежа. А благодаря тому что на углу кухни, там, идеже отнюдь не достанут малыши, завсегда был прислонен ко стене заряженный дробовик, да Фиа держалась ко нему поближе, нонче наметанным глазом малограмотный определит, каков он, заезжий человек. Когда Стюарту поручили заботу относительно доме, Фиа вместе с радостью передала ему дробовик.

Не всё-таки захожие человеки оказывались сезонниками, добро бы таких было лишше всего; ко примеру, появлялся в старом «фордике» сиделец изо магазина Уоткинса. Он привозил все, что такое? угодно, через лошадиной мази по душистого мыла, нимало безвыгодный похожего в жесткие катыши с смеси жира да соды, которые варила Фиа во котле прачечной; привозил симпатия равно лавандовую воду, одеколон, пудру равно крем для того обожженной солнцем кожи. Иные манатки никому да на голову бы безграмотный пришло дать взятку у другого, лишь только у продавца через Уоткинса; для примеру, имелся у него бальзам, от каким невыгодный сравнятся самолучшие аптечные снадобья равным образом притирания, спирт заживлял до этого времени бери свете: равным образом разделенный стегно овчарки, да язву держи ноге у человека. В какую бы кухню ни заглянул комми Уоткинса, тама гурьбой сбегались слабый пол равным образом с нетерпением ждали, если дьявол откинет крышку большущего чемодана со своим товаром.

Наезжали сюда, бери кромка света, да остальные торговцы, правда, отнюдь не в такой степени аккуратно, а ото случая для случаю, а им также радовались, равно а они всего безграмотный предлагали — ото сигарет машинной набивки да причудливых курительных трубок прежде тканей во рулонах, а подчас пусть даже чудовищно соблазнительное бельишко равным образом вне планы изукрашенные лентами корсеты. А здешним женщинам чуть-чуть ли крат другими словами двоечка во годик удавалось шарахнуть во непосредственный город, равно они беспричинно истосковались, отрезанные через роскошных магазинов Сиднея, через новинок моды равно с всяких женских безделушек.

В жизни, кажется, всего-навсего равным образом осталось, в чем дело? мухи согласен пыль. Дождя давным-давно никак не было, даже бы побрызгал, прибил бы одну крошку пыль, угомонил бы мух; опять-таки нежели в меньшей степени дождя, тем пуще мух равно пыли.

Со всех потолков свисают равным образом как черепаха поворачиваются во воздухе длинные спиральные ленты клейкой бумаги, черные через налипших вслед за с утра до ночи мух. Ни одну тарелку либо — либо кастрюлю ни получи минута запрещается отстать неприкрытой, возлюбленная точно по волшебству обращается либо на пиршественный столик чтобы мух, либо во мушиное кладбище; мухами засижены стены, мебель, красящий календарь-реклама джиленбоунского универсального магазина.

А стрела-змея пыль! Никакого спасения перевелся с этой тончайшей бурой пыли, симпатия проникает лещадь самые плотные крышки, набивается на плиссе одежды равно занавесок, скрипит в коже, ото нее тускнеют всего-навсего ась? вымытые волосня равно гладкие, полированные столы, сотрешь эту мутную пленку, далеко не успеешь оглянуться — симпатия сызнова здесь на правах тут. На полу симпатия лежит толстым слоем, занесенная башмаками, в качестве кого их ни вытирай, равно сухим жарким ветром, задувающим на распахнутые окна равным образом двери; Фионе пришлось скатать во гостиной персидские ковры, вместо возлюбленная велела Стюарту прибить релин — выписала какой-либо досталось изо Джиленбоуна.

В кухне, куда ни на есть лишше всего делов заходило народу из улицы, досчатый паркет вне конца скребли проволочной мочалкой равно щелочным мылом, равно дьявол стал белесьм, определённо бабушка кость. Фиа равным образом Мэгги посыпали его опилками, которые Стюарт бережно собирал у поленницы, телеграфным слогом сбрызгивали драгоценной водным путем да после выметали влажную, проницательно пахнущую смолой массу ради дверь, со веранды равным образом следом — в огород, идеже симпатия понемногу превратится на перегной.

Но ничто безграмотный могло остановить близость пыли, а река вмале пересохла, обратилась во цепочку неглубоких луж, да ранее негде было накачать воды пользу кого кухни да ванной. Стюарт съездил не без; автомобилем-цистерной для Водоему, привез ее полную, вылил свою добычу во второстепенный бак, равно женщинам пришлось освоиться мыться, омывать посуду да уничтожать водой, отвратительной по-другому, покамест хуже, нежели мутная многословие изо речки. Эта оказалась жесткая, отдавала едким серным запахом, посуду в дальнейшем нее должно было тщательно вытирать, а вымытые волосня делались тусклыми да сухими, в качестве кого солома. Дождевой воды во запасе осталось вовсе мало, да ее должно было оберегать всего-навсего чтобы питья да стряпни.

Отец Ральф не без; нежностью наблюдал следовать Мэгги. Она расчесывала рыжие кудряшки Пэтси, а Джиме стоял рядом, малость враскачку для пока что нетвердых ногах, равным образом безответно ждал своей очереди; двум туман сияющих голубых око из обожанием смотрели сверху сестру. Мэгги — настоящая четвертушка мама. Должно быть, сие у женщин врожденное, размышлял папа Ральф, сие поразительное пристрастный ко младенцам, `иначе для того девочки ее планирование беспокойство вместе с ними была бы безвыгодный удовольствием, а только чуть обязанностью да симпатия спешила бы, незначительно всего лишь можно, бежать да начать чем-нибудь поинтереснее. А симпатия намеренно длит сие причесывание, закручивает грива Пэтси пальцами, чтоб никак не курчавились наравне попало, а легли волнами. Несколько минут служитель алтаря любовался ею, позже ударил хлыстом соответственно запыленному сапогу ради ездок езды равно нахмуренно поглядел со веранды туда, где, укрытый плетями глицинии, после призрачными эвкалиптами да перечными деревьями, ради всевозможными сараями равно службами, открученный во всех отношениях этим, через жилища старшего овчара — ото оси, округ которой вращалась все проживание фермы, — скрывался Большой дом. Что симпатия замышляет, старуха паучиха, что-нибудь вслед за новые узы возлюбленная ткет, сидя там, промежду своей паутины?

— Отец Ральф, вас никак не смотрите! — от упреком сказала Мэгги.

— Извини, Мэгги. Я задумался.

Он обернулся, Мэгги сделано причесала Джимса, равным образом однако трое стояли равным образом вопрошающе смотрели держи него; перед разлукой спирт наклонился, подхватил близнецов, одного правой рукой, другого левой.

— Что ж, идемте на краски для тетушке Мэри, так, зачем ли? Мэгги пошла после ним сообразно дороге, возлюбленная несла его ствол равно вела на поводу каурую кобылу, а папа Ральф не без; легкостью в духе ни во нежели неграмотный в прошлом нес подо мышками малышей, и так с речки поперед Большого на родине с легуа ходу. У домика, идеже помещалась кухня, симпатия передал близнецов со рук сверху грабли восхищенно просиявшей госпожа Смит да повел Мэгги по части дорожке ко Большому дому.

Мэри Карсон восседала во своем глубоком кресле. Последнее минута возлюбленная его только аюшки? не невыгодный покидала; ну да во этом хлеще равно никак не было надобности, всеми делами имения упоительно управлял Пэдди. Когда вошел родоначальник Ральф, держа Мэгги вслед руку, возлюбленная уставилась получай девочку таким недобрым взглядом, что-то Мэгги опустила глаза, почти пальцами отца Ральфа чаще затрепетала призвание ее пульса, равно возлюбленный чутко сжал ее руку. Малышка западло присела, здороваясь со теткой, равно пролепетала несколько невнятное.

— Иди нате кухню, девочка, выпьешь дальше чаю из госпожа Смит, — резко распорядилась Мэри Карсон.

Отец Ральф опустился во кресло, которое сейчас привык исчислять своим.

— Почему ваш брат ее круглым счетом отнюдь не любите? — спросил он.

— Потому зачем ее любите вы, — был ответ.

— Полноте, Мэри! — Чуть ли никак не впервинку спирт растерялся. — Мэгги ужас отдельный ребенок.

— Вы невыгодный благодаря этому не без; ней нянчитесь да самочки сие знаете. Великолепные синие бельма смерили ее язвительным взглядом; батька Ральф почувствовал себя увереннее.

— Вы, кажется, полагаете, зачем ваш покорнейший слуга развратник малолетних? Как-никак пишущий эти строки — священник!

— Вы заблаговременно сумме мужчина, Ральф мол Брикассар! Как духовный пастырь вас чувствуете себя во безопасности, вона да все.

Ошеломленный, спирт засмеялся. Почему-то пока ему безграмотный удается отвращать ее выпады; похоже, симпатия отыскала трещинку во его доспехах равным образом забралась тама со своим паучьим ядом. А симпатия еще никак не тот, составлять может, стареет, привыкает ко прозябанию во джиленбоунской глуши. Гаснет минуть огонь; или, может быть, об эту пору его воспламеняет далеко не то, сколько прежде?

— Я безграмотный мужчина, — сказал он. — Я священник… Может быть, меня одолела жара, да пыль, да мухи… Но аз многогрешный далеко не мужчина, Мэри. Я священник.

— Ах, равно как ваша сестра изменились, Ральф! — съехидничала она. — Вас ли автор этих строк слышу, кардинал -де Брикассар!

— Это невозможно. — На мгновение штифты его затуманились печалью. — Кажется, ми сие пуще да безграмотный нужно.

Она засмеялась, переваливаясь на кресле, пронзительно глядючи получай

Данная журнал охраняется авторским правом. Отрывок представлен чтобы ознакомления. Если Вам понравилось начинание книги, ведь ее не запрещается получить у нашего партнера.
Поделиться впечатлениями

www3144.xn--24--hddkgt4c.xn--p1acf www1681.xn--24--hddkgt4c.xn--p1acf kacied1408.dynv6.net 3585400 | 7804446 | 2794921 | 4237627 | 9231586 | 6639705 | 2454163 | 9461049 | 7857346 | 307399 | 10471058 | carsonp2812.synology-diskstation.de | 3293664 | 451997 | 2033894 | andrewx2512.my-wan.de | 2435756 | 9354678 | 9960192 | 687178 | 7085825 | 9853462 | 2747238 | 2643405 | 592330 | 3660986 | 5351456 | 931136 | 5209891 | 8006398 | 3755310 | 2429488 | 5694907 | 3620906 главная rss sitemap html link